Rambler's Top100

вгик2ооо -- непоставленные кино- и телесценарии, заявки, либретто, этюды, учебные и курсовые работы

Зензинов Алексей
Забалуев Владимир

ВТОРОЙ ПЕРВЫЙ БРАК

комедия

Действующие лица:

Ксана, тележурналистка, 29 лет.

Деня, ее брат, студент гуманитарного колледжа, 18 лет.

Мать Ксаны и Дени, 50 лет.

Отец Ксаны и Дени, 50 лет.

Лорин, бывший муж Ксаны, бизнесмен, 29 лет.

Маха, его сестра, студентка экономического колледжа, 17 лет.

Алла, убежденная феминистка, подруга Ксаны со времен школы и ее коллега по работе, 30 лет.

Паша и Саша, сиамские близнецы, технические работники телекомпании, где работают Ксана и Алла, 37 лет.

Любовник Ксаны, 40 лет.

(Остальные персонажи присутствуют виртуально — на телевизионном экране или просто голосом.)

Место действия — Россия.

Время действия — начало ХХI века.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

Комната Дени в доме родителей: стол с компьютером, несколько шкафов, большой телевизионный экран (он будет присутствовать во всех действиях пьесы, меняя функции). На экране — пляжи, пальмы, морские волны. Звучит музыка для медитаций. Спиной к зрителям сидят в креслах Отец и Мать.

В комнату входит Деня, на ходу ест банан. Открывает ящик стола, заглядывает туда и, полюбовавшись чем-то, закрывает. Затем берет пульт и чуть приглушает музыку.

Деня (голосом профессионального психотерапевта). А теперь плавно переходим от медитации к расслаблению. Ровно дышим и сидим с закрытыми глазами, пока я объясняю домашнее задание. К следующему сеансу вам необходимо вспомнить четыре самых стыдных момента вашего детства. Вспомнить и проанализировать, потому что именно в них коренится суть ваших сегодняшних проблем. Можете, не спеша, открыть глаза, медленно встать и сделать легкую, очень легкую разминку.

Родители некоторое время сидят неподвижно, затем неуверенно встают. Пока Деня задумчиво смотрит в окно, Отец пытается выскользнуть из комнаты. Деня оборачивается, и Отец замирает с поднятой ногой.

Деня (после короткой паузы, с отлично артикулированной грустью и укоризной). Ну, почему вы меня так не уважаете? Все, что я делаю, я делаю для вас. Легче всего было бы отпустить вас на волю, махнуть рукой и сказать — живите, как хотите, я вам не помощник, и Бог вам судья! Признайтесь, вы этого хотите?

Мать. Ну, что ты, сыночек!..

Отец. Понимаешь ли, Деня...

Деня (перебивает Отца). Я выбиваюсь из сил, а что в ответ? Попытка сбежать — не от меня, от себя самих. Я хочу помочь вам познать себя, чтобы вы могли выйти в жизнь не робкими наблюдателями и не записными неудачниками, а хозяевами любой ситуации. Вам в этом году стукнуло 50 лет. Прекрасный возраст! Жизнь, по большому счету, только начинается. Я уже почувствовал отдачу от наших занятий... Ну, думаю, еще немного — со спокойной душой отпущу вас в большой мир, и пожалуйста!.. (Сухо, и по-деловому.) Надеюсь, больше мне не придется возвращаться к этой теме. Занятие окончено. Помнится, вам нужно было отработать психологический этюд «визит к директору колледжа»? Во-первых...

Мать. Во-первых, сынок, нам следует сохранять спокойствие, не спорить с ним, и не поддакивать.

Деня. Во-вторых...

Отец. Во-вторых, помнить, что ты учишься на платном отделении, а директор не дурак, чтобы резать курицу, которая несет ему золотые яйца.

Деня. Молодцы! Вы не просто оправдываете мои надежды — вы их опережаете... Но что-то сегодня было еще.... Что сегодня было еще? (Трет лоб, потом смотрит на родителей.) Ну, подскажите, что сегодня должно быть еще?

Родители переглядываются и робко пожимают плечами.

Мать. Может быть...

Звонок в дверь. Деня властным жестом останавливает Мать.

Деня. Потом... Оставайтесь здесь. Я сам открою. (Идет к двери).

Те же, без Дени. Отец опускает ногу и с шумным облегчением вздыхает.

Отец. Мать, дай денег! Душа вина просит!

Мать. Ты с ума сошел, папусик! Нам в колледж идти, а потом отчет держать.

Отец. А-а, черт! (Начинает рыться в книжных шкафах).

Мать. Ты что, решил что-нибудь почитать на ночь?

Отец. Ищу заначку.

Мать. Во втором томе собрания сочинений Зигмунда Фрейда?

Отец. Во втором томе собрания сочинений Фрейда. В середине работы про толкование снов. А ты откуда знаешь?

Мать. Не ищи. Деня вчера случайно открыл том и нашел деньги. Это, говорит, не батины?

Отец. И что ты сказала?

Мать. Нет, говорю.

Отец. Слава Богу! Спасибо, мать!

Мать. Тогда, говорит, я их возьму. Не пропадать же деньгам.

Отец. А вот это неправильно. Тут вы оба не правы.

Мать. Мне нужно было сказать, что ты прячешь от него деньги?

Отец. Нет, только не это! Устроит часовую лекцию и докажет, что я, старый хрыч, ставлю жирный крест на радужных перспективах моей жизни. (Мрачно, скорее, по инерции, продолжает вытаскивать и перетряхивать книги).

Мать. Ты что ищешь? Заначку?

Отец. Нет, ищу, что почитать на ночь. (Переходит к столу и открывает верхний ящик.) Мать, иди-ка сюда!

Мать. Что там? (Подходит, смотрит внутрь ящика, всплескивает руками.) Кто бы мог представить!... Наш сынуля!..

Отец. То-то и оно!... (Слышит шум.) Идут.

Закрывает ящик и оба торопливо возвращаются от стола к креслам, сделав вид, что медитируют.

В комнату влетают Деня, Ксана и Алла. Ксана — стремительная, железная, целеустремленная, молодая карьерная женщина лет двадцати восьми. Алле почти столько же, но старательно культивируемая мужефобия наложила на нее печать легкого увядания и неряшливости женщины, которая не ждет комплиментов своей внешности.

Ксана. Прекратили это шаманство! (Хватает пульт и выключает телеэкран.) Вопрос всем присутствующим: какие у вас планы на сегодня?

Деня. Вечером им на дачу — в выходные там работают строители. А сейчас они идут в колледж. Директор ведет себя просто вызывающе, старикам дано задание его приструнить.

Ксана. Яйца наставляют кур?

Деня. Юпитерша, ты сердишься, значит, ты злишься.

Ксана. Если будешь и дальше позорить родителей и меня, сниму с довольствия — сам тогда зарабатывай на учебу! (Родителям.) А вы почему позволяете этому сопляку командовать собой?

Мать. Доченька...

Ксана. Не перебивай. А ты, мозговед доморощенный, что собирался делать?

Деня. Не собираюсь продолжать разговор в таком оскорбительном тоне... Хотел что-то сделать, да забыл...

Отец. Ксана...

Ксана. Я же сказала — не перебивайте. В общем так: все отменяется. У меня горит пилотный эфир программы «Будь собой!» Сдвинули на сутки вперед, все планы полетели к черту. Вы едете в студию, будете изображать аудиторию (Дене.) Есть возражения?

Деня. На что не пойдешь ради сестры, особенно если у нее, наконец-то, неприятности.

Ксана. Отлично! Машина внизу. Осталось найти гостя студии. Он должен быть холост, не слишком молод, ярок, а лучше — экстравагантен. По ходу передачи мы с Аллой вынудим его предложить руку и сердце одной из приглашенных девушек. Запланированный персонаж в отъезде, а замены у нас нет.

Деня. Предлагаю моего приятеля Макса.

Алла. Рабочие данные?

Деня. Максим Кривошеин, пол мужской, позавчера исполнилось тридцать лет. Холост. Политические убеждения — радикальный девственник.

Ксана и Алла переглядываются.

Алла. Самое то.

Ксана. Пожалуй!

Алла. Припрем его к стенке, и если он хоть немного мужик, позовет девушку замуж. А если нет, ежу станет понятно, что мужчины у нас повывелись.

Деня. Вы рассчитываете женить Макса? Скорее он запишет вас в партию девственниц.

Ксана. В девственницы уже никак не получится. А что тебя с ним связывает, любимое, но мерзкое созданье? Он, надеюсь, не гей?

Деня (с достоинством). Он не педераст, он просто талантлив. Говоря грубо, он — убежденный холостяк, я — воплощенная мужественность, а противоположностям, как известно, есть что сказать друг другу.

У Ксаны звонит мобильный телефон.

Ксана. Звони ему немедленно. (Говорит в трубку.) Кто там? Сиамские? Паша? А, Саша! Один хрен!.. Я все уладила. Ваша задача — обеспечить железо. После первой заминки — уволю. (Выключает телефон.).

Деня. Уволишь? Они же сиамские близнецы!

Ксана. И что из того? Были б сиамские кошки, вступилось бы общество защиты животных, а так про них даже профсоюз не вспомнит. Бьют балду вдвоем за полторы ставки на контракте. (Что-то быстро строчит в блокноте, потом трет лоб.) Что-то еще у меня стояло сегодня в планах... (Родителям.) Что еще сегодня должно было произойти?

Мать. Доченька...

Деня (набирает номер и жестом останавливает всех). Макс, это Деня. Хай! Каково твоей головушке после вчершней party? Отлично! Выручай, брат! Сможешь прийти сегодня... (Ксане.) Во сколько?

Ксана. В семь.

Деня. ... прийти в семь в телекомпанию «Бегемот»? Зачем? Рассказать о своих политических воззрениях. Всегда готов? Вот спасибо! Ну, тогда до встречи. Я там тоже буду — в группе поддержки... Говоришь, видел Лорина? С отпадной брюнеткой в зеленом платье? Ехали в розовой «Ауди»? Клево! Ну, пока! Чао! (Складывает телефон, сестре.) Слышала? Лорин катается с маленькой брюнеткой в зеленом платье на розовой «Ауди»!

Ксана. Пошлятина — розовое с зеленым! У Лорина всегда были плебейские замашки!

Мать. Пока он был тебе мужем, ты этого не замечала.

Ксана. Скорее, не говорила вслух. Все-таки, сперва — друг детства, потом — названный братец... Если б десять лет назад вы проявили мудрость и характер и не позволили нам жениться, я, пожалуй, и сейчас была бы к нему гораздо терпимее.

Отец. Но...

Ксана. Все, проехали! Не хочу говорить на эту тему.

Звонок в дверь.

Это еще кого леший принес? Деня, живо открой.

Деня (с достоинством). Пардон, конечно, но есть такое волшебное русское слово — please!

Уходит.

Отец (Алле). Рад тебя видеть, Алла.

Алла. И я тоже.

Отец. Замуж не собираешься?

Алла. Не время! Пока гремят пушки, вальс Мендельсона не уместен! Женский класс в непримиримой войне с самцами. Пока она не кончится полной победой одной из половин человечества, я не могу изменить нашей общей солидарности.

Отец. Да, ты с детства любила умные слова. Но вы, я так понял, у себя в студии чуть ли не свахами будете?

Алла. Самцов — не жалко. А для женщин — это тест на здравомыслие. Спасти можно лишь того, кто хочет быть спасенным.

Отец. А скажи-ка мне...

В дверь врываются. Маха, Лорин и Деня. Маха — юная брюнетка 17 лет, тащит огромный чемодан, не давая приплясывающему вокруг нее Дене отобрать тяжесть. Ни на кого не глядя, она проходит в центр сцены. Следом в белом летнем костюме идет Лорин — он спокоен и невозмутим.

Родители всплескивают руками, Ксана издает радостный вопль.

Ксана. Вот про что я пыталась вспомнить целый день! Маха, милая!

Деня (родителям). Почему вы мне не напомнили, что сегодня Маха возвращается из круиза?

Мать. Сынок, вы же с Ксаной слова не дадите вставить. (Махе.) Бедная моя девочка! И никто-то тебя не встретил...

Деня (вертясь вокруг Махи и пытаясь выхватить у нее из рук чемодан). Маха, отдай чемодан!

Ксана. Ты с ума сошла — тащить такие тяжести! Лорин, ты варвар — так обходится с сестрой.

Лорин. Нечего с ней нянькаться. Слава Богу, уже не маленькая. Здоровая деваха...

Маха. А за деваху — ответишь!

Лорин. ...Здоровая деваха, все может, все умеет, а тут — какой-то чемодан! Хватит того, что я ее встретил и подбросил на машине.

Маха, фыркнув, бросает чемодан и демонстративно ложится на пол.

Маха. Хорошо-то как, Господи!

Деня (хлопнув себя по лбу). До меня дошло: Лорин, тебя видели сегодня с маленькой брюнеткой в розовой «Ауди».

Маха. Не маленькой, а миниатюрной!

Лорин. Брюнетка? Спасибо, что напомнил. (Вытаскивает телефон и, отойдя в сторону, набирает номер.) Алло, Светик? Сегодня вечером жду тебя дома. Одна просьба — позвони перед тем, как прийти. Мало ли что может быть — дела, то да сё...

Лорин отключает мобильный и подмигивает Ксане.

Мать. Тебе не плохо, Машенька?

Маха. Не-а! Сейчас я встану, всех обниму и расцелую!.. Только вот дух переведу.

Отец. Может, ты на диванчик ляжешь? Поспишь с дороги...

Лорин. Сосочку ей — и в колыбельку!...

У Лорина снова звонит телефон.

Лорин слушает!... Катенька, прелесть моя! Ну, конечно, приходи! Время значения не имеет. Только позвони предварительно, вдруг меня дела задержат... Ты оба моих номера знаешь? Целую ...

Деня. А что, я тоже лягу. (Ложится.) Ох, хорошо — лежать на земле и смотреть в небо.

Маха. Лично я вижу потолок, который к тому же нуждается в побелке.

Деня. Когда родители достроят дачу, я их организую на ремонт в доме.

У Ксаны, которая искоса следит за Лориным, звонит мобильный телефон.

Ксана. Слушаю... Какой Жора? Ах, Жора... Теряешь надежду?.. Это я вожу тебя за нос?... А не пошел бы ты.... (Переводит взгляд на Лорина и глаза ее вспыхивают мстительным блеском.) Ладно, можешь нарисоваться нынче вечером. После двенадцати. Да-да, ты дождался своего дня. Уйдешь утром...Взять с собой зубную щетку? Мать моя, уж это-то ты можешь решить сам... Ладно, ладно... Мне некогда... После двенадцати... Подтверждаю... (Отключает телефон).

Лорин (небрежно). Рад, что у тебя наладилась личная жизнь.

Ксана. А я тебе искренне сочувствую. Как ты будешь разводить сразу двух любовниц?...

Лорин. А, ерунда!... Первый раз, что ли? У одной случится что-то женское непредвиденное, зато другая мимо рук не пройдет.

Ксана. Ну, ты деловой!

Лорин. На том стоим — и я, и бизнес.

Деня. Бизнес — это временно. Ходят слухи, Лорин собрался в губернаторы.

Лорин. А может, в мэры. Я еще не решил.

Деня. А может, и в мэры. Он еще не решил.

Алла. Маха, ты сейчас едешь к нам в студию вместе со всей массовкой.

Маха. А что, опять какая-то программа в заднице? Ладно, когда же я вам отказывала? (Лорину.) Братец, а ты с нами?

Лорин. Чего не сделаешь во имя семьи! И жены — даже бывшей. Во сколько съемки?

Алла. В семь.

Лорин (смотрит на часы). Опаньки! Сожалею. В семь у меня интервью в прямом эфире городских новостей. Последняя информация с фронта ритуальных услуг.

Ксана. А ты что — помирать собрался?

Лорин. Ты, как всегда, слишком занята собой. Могла бы знать, что мы на пару с папой купили фирму «Последний приют». Развиваю базу, обновляю концепцию, наступаю на пятки конкурентам.

Ксана. Не понимаю, как обновляют концепцию похорон. Ложатся в гроб на пару с покойницей? Ну, да ладно, народу я набрала, так что твое присутствие необязательно.

Отец (внезапно расчувствовавшись). Родные мои, дети мои! Хоть у вас-то все хорошо!.. (Лорину.) Были б живы родители, вот они бы за вас порадовались... Сиротинки...(Вытирает слезу).

Лорин (обнимая отца). Ну, что вы, папа, что вы! Какие мы сироты. Вы у нас — вторые родители. Уже пятнадцать лет.

Маха (с пола). Пап-мам, я вас тоже обнимаю! Отдохну, встану и обниму.

Отец. И ты у нас, Алла, все эти годы как родная.

Алла. Это точно.

Отец. А скажи мне... (смотрит поочередно на родных и названных детей)...скажи, значит, мне... Алла! Что это вы никто не хотите заводить семью, замуж, черт меня возьми, выходить, или жениться, значит...

Ксана. Хватит с меня!

Лорин. Избавь Бог!

Деня. Вот еще предрассудок!

Маха. А чего спешить-то?

Алла. В кабалу к мужчине?

Отец. А чего вы все развозмущались? Свадьба — это же праздник, который раз в жизни! Вспомните, как у Ксаны с Лориным. Белое платье, черный костюм, гости, песни, застолье, «Чайка» с куклой на капоте...

Лорин. Ага! А потом пять моих самых близких друзей сказали: лучше бы ты женился на кукле с капота, а не на этой своей Ксаночке.

Ксана. Кому же из твоих друзей я дорогу перешла?

Лорин. Тебе пофамильный список выдать?

Отец (Лорину). Ты, сынок, сегодня ее не цепляй. Я про куклу с другим смыслом сказал. Хочется, понимаешь, с внуками понянчится.

Деня. Какие внуки? Зачем вам эта стариковская блажь, если жизнь ваша только начинается? Не беспокойтесь — мы вас в такие хлопоты вводить не будем.

Ксана. Замолчи!.. (Отцу.) И ты ничего больше не говори. (Прижимается к матери).

Отец. А что я такого сказал?

Озирается, не находя понимания и сочувствия. Неловкое, и, в общем-то, внешне беспричинное молчание.

Алла (разряжая обстановку). У меня идея. Мы так редко в последнее время собираемся вместе. Давайте я вас всех сфотографирую. Ну-ка, сгруппируйтесь.

Все выстраиваются в ряд. Лорин и Ксана, случайно оказавшись вместе, расходится, чтобы не стоять рядом. Когда все построились, у Лорина и Ксаны звонят мобильные телефоны, а у Махи пищит пейджер.

Алла. Да не дергайтесь вы! Не Господь же Бог вам звонит, в конце концов. Обнимитесь! Всем молчать и не двигаться! Обнимитесь! Дружно сказали «Cheese!» Правда ведь, не смешно?

Все смеются. Алла нажимает на затвор, затем еще раз, затем еще раз. Пауза.

Странно. Не сработал. Никогда такого не было.

Ксана. И в самом деле — не смешно... Ну, господа массовка, по машинам..

Действующие лица, суетясь и натыкаясь друг на друга, покидают сцену. Свет медленно гаснет и снова появляется картинка на экране. На этот раз экран — монитор в студии телекомпании «Бегемот».

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

На экране — пока еще пустая студия калиновской телекомпании «Бегемот». Голоса братьев Сиамских: «Так, нормально ... Обратку выдай... Пятый убавить...Что за мудак третий выставлял? Где баланс? Баланс где, дубина?» На экране появляется Ксана, занимает место ведущей. Что-то говорит в микрофон, мы не слышим. Голоса Сиамских: «Дайте ей в ухо... Да рано еще... Говорю тебе, дай, чтобы слышала...А то ее не знаешь. Она первого мужа заездила... А второго уже не будет... Нет, что вы, Ксана Игоревна, это не про вас, это я про уборщицу. Микрофончик поправьте, пожалуйста». Экран гаснет.

Медленно загорается свет в холле телекомпании. Деня и Маха сидят в креслах.

Маха. ...целовались, пока не отчалил трап, так что едва успела соскочить на берег. Бедняжка стюард. Скорей всего, его уволят...

Деня. За какой такой криминал?

Маха. Пропустил смену, чтобы запереться со мной в каюте.

Деня. Понятно. За такое дело надо взашей.

Маха. Кто спорит? Так он был у меня четвертым... или пятым? Смешно сказать, но память-то девичья... Ну, а ты как оттягивался?

Деня. Да так, по мелочевке. Перетерлись с учихой из колледжа, потом ночь с проезжей байкершей из Питера, не считая местных метелок. Теряю форму, Маха, теряю форму.

Маха. Да, стареем... Скучно, Деня. Путешествия меня уже не увлекают. Мужчинами я пресытилась. Учеба — дело рутинное. Хочется перчику под хвост подсыпать, чтобы все болото верх дном перевернулось.

Деня. Про скуку — это ты в самую кассу. А еще родичи заели. Сеструха по три раза на день вспоминает, что платит за колледж. Перед стариками неудобняк.

Маха. А меня Лорин достал. Никакой деликатности. Будто я не сестра его, а так, наемная работница и приживалка, а сверх того — симулянтка. Ну, народ! Научились башли забивать и думают, что все знают о жизни.

Деня. Зарабатывать они научились, а тратить — нет. Нет у них уважения к нашему брату. И к сестре тоже. А не будь нас — куда бы они свои купюры вложили?

Маха. Как говорил мой девятый бойфренд, хохол: «Обережно, двери зачиняются». Проучим Лорина и Ксану на пару?

Деня. А что, у тебя есть готовый проект?

Маха. А як же!

Появляются Паша и Саша Сиамские — они сращены боками, но верхние конечности свободны, а посему они являют собой существо с двумя головами, тремя ногами и четырьмя руками.

Паша и Саша. Сколько зим, сколько лет!

Маха и Деня. Сколько лет, сколько зим!

Саша. В общем, шолом алейкум! Неужели я лицезрею Маху? Судя по загару, ты соблазнила не одну тысячу курортников.

Паша. Скажешь тоже! Одна радость в жизни — оскорбить невинное создание.

Маха. А за невинное — ответишь...

Близнецы втискиваются между Деней и Махой, и далее Паша говорит исключительно с Деней, а Саша — с Махой.

Паша (Дене). Ну, и змеюка твоя сестрица! Придирается ко всякой мелочи, а сегодня даже уволить обещала.

Деня. Слышал. Сочувствую! Если честно, сам страдаю от ее характера.

Саша (Махе). Вообще-то, это она из-за Пашки на нас взъелась. Бездельник редкостный. Я, как могу, его хвосты зачищаю, но на две работы меня не хватает.

Паша (Дене). А что, дядя твой, Лорин Великолепный, спасать нас не придет? А впрочем, он человек занятой. Почти как я. Если бы у меня в ногах этот (кивает на Сашу) не болтался, я бы давным-давно такую карьерищу сделал!..

Деня. Каждый несет свой крест. Я, например, — сестру и родителей.

Саша (Махе). А как мне его жена надоела! Чем дальше, тем больше не понимаю, что он нашел в ней, а она в нем? Пашка — куда не шло, все-таки младший брат, а значит, по русской традиции — дурак. Но она-то — дурында несусветная! Что-нибудь брякнет, он в восторге, а она глядит на меня, рот до ушей, ждет, чтобы я похвалил! Да в жизнь не дождется!

Маха. А может, тебе тоже пора жениться? Заведешь свою красавицу, будешь умиляться ее глупостям. Чем не благодать?

Саша. Я? Да мне женщины не нужны. Я человек духа — мне бы на футбол сходить, пива хлопнуть, вечером по видику порнушку посмотреть. А женщина — это сколько ж хлопот!

Паша (Дене). Кстати, насчет креста. Я тебе первому это сообщаю — сугубо конфиденциально, конечно. До Чернобыля я был совершенно нормальным человеком. А потом, когда я в одиночку ликвидировал прорыв в четвертом блоке, получил запредельную дозу. Год лежал в коме. А когда очнулся, гляжу — Сашка откуда-то вырос. Так что он мне даже не брат, а так — мыслящая доброкачественная опухоль. Впрочем, иногда — стопроцентно злокачественная.

Деня. Да, этого ты мне еще не говорил.

Саша (Махе). Между прочим, Пашка нарушил субординацию, когда женился. Все-таки я — старший брат. При родах я первый вышел — его еще два дня вытаскивали. С тех пор он такой тормоз.

Маха. А как же ты шел в этот свет — ногами вперед, или головой?

Саша. Я — головой, а он — ногами, да все упирался. На третий день акушеры плюнули и сделали кесарево.

Голос Ксаны из динамика. Сиамские! Работа или увольнение! Считаю до двух! Время пошло.

Близнецы степенно, сохраняя достоинство, поднимаются с кресел.

Саша (Дене). Подозреваю, он на меня всяческую грязь лил?

Паша (Саше). Подозреваю, ты, как всегда, делал то же самое.

Саша (Дене и Махе). У меня такой принцип: лучше нахамить человеку, чем потихоньку думать, какая он свинья.

Паша (Дене и Махе). Мой довесок, конечно, паразит, но и в искренности ему не откажешь.

Близнецы жмут друг другу руки и красиво уходят.

Деня. Так что за идея тебя осенила?

Маха. Как? До тебя еще не дошло? Это ж элементарно!..

Деня. Да? А вот и старики...

Появляются Отец и Мать.

Отец. Может, не пойдем никуда, а, мать?

Мать. И не думай! Ты что, хочешь всю дочкину карьеру пустить коту под хвост?

Отец. Хочу! Иногда — до смерти хочу. Потому что эта карьера пустила коту под хвост всю нашу жизнь.

Мать. Папуся, ну чем ты недоволен? Дети сыты, здоровы, большими людьми стали. А что Ксана не замужем...

Отец. Ксана не замужем, сын говорит, что семья — пережиток, Маха с Лориным гнут в ту же сторону. Похоже, внуков мы не дождемся. Вся наша родословная от Адама до Евы на детках закончится. Скажи, для чего мы этих олухов рожали?

Мать. Чтобы не кончилась на нас родословная от Адама до Евы. Не брюзжи, папуся! Уж мы-то, что полагалось, сделали.

Видят Маху и Деню и сразу робеют.

Деня (выдержав паузу, весомо). Если у вас есть вопрос, можете его задать.

Мать. Сынок, нам куда идти?

Деня. Прямо и налево. В дверь, где табличка «Студия №1».

Отец (стараясь не глядеть в глаза Дене). Маха, дочка, мы тут познакомились с братьями Сиамскими... (Смелея оттого, что его не прерывают.) Я одного не понял: почему у них разный говор. Один акает, другой окает. А сами вроде бы близнецы...

Маха. Во-первых, папа, фамилия у них Сидоровы.

Деня. Хотя Саша утверждает, что он по паспорту Иванов.

Маха. Во-вторых, они говорят, что у них разные родители: у Паши — из Краснодара, у Саши — из Костромы.

Деня. По другой версии, у них отец из Краснодара, а мать из Костромы. Саша — мамин, Паша — папин сын, значит, и говор у каждого свой.

Маха. Правда, иногда они забываются, и тогда Паша — окает, а Саша — акает. Так что приготовьтесь — они вам еще и не такое впарят.

Мать. Маха, доченька...

Деня. Еще вопросы есть? Тогда свободны. Прямо и налево. Студия...

Мать. ... номер один. Идем, идем...

Родители торопливо уходят.

Деня. Кажется, я все понял.

Маха (с иронией). Кажется?

Деня (задетый). Я все понял. Просто надеялся, ты придумаешь что-нибудь менее элементарное.

Маха. Ах, какой он обидчивый! (Заметив, что Деня действительно обиделся.) Ладно, проехали! Но предупреждаю сразу — идея моя, бензин твой.

Деня в волнении встает и два раза обегает вокруг кресел и снова садится.

Деня (махнув рукой). Ладно! Будем как боги, что распоряжаются людскими судьбами.

Маха. Хорошо сказано. Давно примерялась на роль богини. А вон и братец идет. Гоголь-моголь. Ну-ка, крапивки ему под хвост!

Входит Лорин, на ходу переговариваясь по телефону.

Лорин. Привет, Деня! Маха, девочка моя, еще раз обнимаю. Сегодня вечером обязательно загляну к тебе, если...

Маха. Если не отвлекут бабы...

Лорин. Ты всегда отличалась способностью выражаться точно по сути, и некорректно по форме. Впрочем, от этого я тебя меньше не люблю.

Деня. Правильно, как можно баб не любить...

Лорин. Слушай, Деня, я где-то читал, что ранний цинизм — признак преждевременного увядания. Кто-то любит баб, а кто-то Женщин с большой буквы. (В трубку.) Алло, Светочка, побудь на трубе.

Деня. Слушай, Лорин, ты ведь дашь мне ключи от «Вольво» — на полчасика, пока ты записываешься?

Лорин. Я тебе дам кое-что более ценное — житейский совет. Заработай, купи и езди, сколько влезет. Куда мне идти на эфир?

Деня (вполголоса). Чтоб тебя такими советами любовницы встречали! (Громко.) Ладно, иди налево, в павильон намбе ван — тебя там заждались.

Лорин. Много ждущих, но мало дождавшихся... (В трубку.) Вот теперь, Светочка, мы сможем поговорить без лишних ушей.

Лорин уходит.

Деня (торжественно). Герой не услышал, как в дверь постучала судьба. (Передразнивая Лорина.) «Светочка, побудь на трубе»... (Махе.) Посмотрим, как он сейчас затрубит перед Ксаной и всеми гостями.

Маха. Ага! Как слон в брачный период... А что они с нами сделают, когда все откроется? (В ответ на недоуменный взгляд Дени.) В конце концов, я слабое создание, сирота. Меня всякий может обидеть...(Меняя тему разговора.) Слушай, может, тебе пригодится... Я тут придумала новый способ психотерапии. Заменяем бранные слова названиями цветов и спокойно говорим о человеке все, что думаем, соблюдая приличия.

Деня. Ну да, все условности мира придумали женщины. Все эти ваши словечки: «милый», «любимый», «единственный»... Что там на твоем языке означает слово «роза»?

Маха. Проститутка.

Деня. И вправду, «роза» гораздо грязнее. «Проститутка» — всего лишь профессия, вроде многостаночницы. А «роза» — это просто ужас какой-то, от такого прозвища повеситься можно! А что такое «незабудка»?

Маха. Сука.

Деня. А лепесток незабудки — сукин сын.... «Василек»?

Маха. Мужчина нестандартной сексуальной ориентации.

Деня. Ну, да, это я мог бы сам догадаться. А что, скажем, значит слово «благоухать»?

Маха что-то шепчет ему на ухо.

Голос из динамика. Просим господина Лорина пройти во второй павильон, до эфира остается пять минут.

Деня. А вот и мой приятель Макс поспешает. Прямиком во второй павильон... (Звучит звонок.) А это уже нас зовут. Жребий брошен, Маха!

Маха. А может, на улице переждем?

Деня и Маха уходят. На сцене медленно гаснет свет.

Снова загорается экран монитора — и после заставки программы «Городские новости» на экране Ведущий и Макс.

Ведущий (на экране). А теперь новости с фронта ритуальных услуг. Прежде, чем представить вам собеседника, хочу задать ему несколько вопросов.

Макс (на экране). Интересное начало. Валяйте!

Ведущий (на экране). В смысле?

Макс (на экране). В смысле спрашивайте, а я вам отвечу без всякого смысла.

Ведущий (на экране). Спасибо... Не могли бы вы обрисовать ваш идеал кладбища?

Макс (на экране). Терпеть не могу кладбищ. Сам туда не хожу и никому не советую.

Ведущий (на экране). Но ваша профессия...

Макс (на экране). Моя профессия здесь не при чем. Да, я посещал анатомические театры, когда учился основам мастерства, и именно с тех пор ненавижу морги, кладбища, поминки. А теперь я хочу задать вам вопрос, чтобы перейти к тому, ради чего я, собственно и пришел.

Ведущий (на экране). Валяйте... То есть, я хотел сказать, спрашивайте, если вам так угодно...

Макс (на экране). Вы — девственник?

Ведущий (на экране, заметно нервничая). Простите, но какое отношение это имеет к похоронам?

Макс (на экране). У вас что — неизлечимая болезнь? Вас все время клонит к могильным разговорам. Формулирую вопрос более корректно: как вы предполагаете умереть — в целомудрии или разврате?

Ведущий (на экране). Если вы хотели оскорбить меня, вам это удалось дважды.

Макс (на экране). Нет, это вы ударили меня ногой в самое сокровенное. Если б я знал, для чего меня заманили в эту студию!... (Хватает ведущего за галстук.) Извиняйся, подонок...

Ведущий (на экране). Руки!.. Я сказал, руки...

Макс (на экране). Сейчас ты у меня протянешь ноги, любитель ритуальных услуг...

Схватившись, оба выпадают из кадра. Хрипы, ругательства, грохот микрофонов. Тишина. Неожиданно на экране появляется рекламный ролик нового шампуня, а затем экран гаснет.

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

Квартиры Лорина и Ксаны. Первым загорается свет в комнате Лорина. Лорин сидит за столом, пьет виски, смотрит телевизор и разговаривает сразу по двум телефонам.

Лорин (в одну трубку). Светик, любимая, я жду, не дождусь, когда же, наконец, мы будем вместе. Ты что-то хотела сказать? Что-то очень личное?

(В другую трубку.) Да, Катенька! Я не просто переживаю — я вне себя потому, что мы сейчас не рядом. Я сейчас ненавижу свой бизнес. Какой, к черту, бизнес, если вместо цифр на мониторе я вижу твое глаза, твое лицо, шею, плечи, талию... И дальше, всю тебя, какая ты есть. Слишком резвый? Ну, что ты, Катенька, для трех дней знакомства — это скромный сигнал первых чувств. Что такое три дня? С высоты вечности — ничто, а для нас, не ведающих своего смертного часа — это вечность. Ничего не поняла? Чувствуешь себя дурой? Ах, ты мое сердечко! Обожаю! Женщина должна быть совсем немножко, самую капельку дурой. Я буду звать тебя «дурочка моя маленькая!». Я и не сомневался...Что ты будешь не против.

(В первую трубку.) Ты вспоминаешь последнюю ночь? Самую последнюю? Или последнюю после того, как ты ушла от мужа? Да разве такое забудешь! Сходишь с ума? Немедленно опиши симптомы! Сердцебиение? Шум в голове? Ноги подкашиваются? Сладкая истома по всему телу? Ну, ясно: ты слишком долго засиживаешься в горячих ваннах. Главное — ни о чем не беспокойся. Все, что с тобой происходит, лечится простейшими народными средствами.

(В другую трубку.) С чего ты взяла, что я молчу? Просто обдумываю, что сказать в ответ. Вопрос слишком серьезен, а я хочу говорить так, чтобы мог подписаться под каждым своим словом. Так о чем это я...О наших чувствах...Ага... Ага...

(В первую трубку.) Ты молчишь?.. Как это восхитительно — молчать вместе с самым дорогим человеком, потому что двум влюбленным сердцам не нужны слова...

По телевизору начинается повтор программы «Будь собой» с участием Ксаны и Лорина.

Ксана (на экране). Итак, вы хотите сказать, что могли бы жениться только на женщине, которая будет потакать всем вашим прихотям, привычкам и слабостям, не спрашивая ни себя, ни вас, за что ей выпал такой крест?

Лорин (на экране). Хотя в вашем вопросе я чувствую какую-то личную, я бы сказал, застарелую обиду, скажу вам прямо...

Свет гаснет и загорается в комнате Ксаны — та нервно ходит от стены к стене и разговаривает с Аллой.

Ксана. Откуда мне знать, как это вышло? Ошибка вышла. Все мало-мальски серьезные вещи в этой жизни происходят по ошибке. Я, например, по ошибке родилась. Забыла предупредить Сиамских, чтобы за пять минут до эфира привели собеседника в студию, а не выпихивали его сразу, как в первом варианте сценария. За-бы-ла, понимаешь?

Алла. Забывки на загривке, Ксения Игоревна! Вот и расхлебывай теперь новый союз со старым мужем. Родителей ты успокоила?

Ксана. Кажется. Это, говорю, телевидение, а потому никогда не верьте глазам своим. В общем, навешала им лапшу на уши и сплавила на дачу — пусть там занимаются строительством. А что этот радикал-девственник? Ты с ним разобралась? Скандал улажен?

Алла. На корню. Парень вполне вменяем — я его даже зауважала за последовательность. Договорились встретиться и обсудить ...

Звонок в дверь. Ксана выходит и возвращается с Любовником. У того в руках букет роз и бутылка шампанского. Любовник хочет поцеловать Ксану, но она отпихивает его локтем и отходит в сторону.

Алла. А это что еще за крендель?

Ксана. А-а, ерунда! Такая ерунда, что и говорить не о чем.

Любовник (расставляя розы и откупоривая шампанское). Ну, комедия! Меня восхищает твое чувство юмора. У тебя на редкость правильное отношение к жизни — учусь, Кыся, учусь.

Алла. За науку, котик, надо платить.

Ксана. (Алле). Вот Лорин, тот всегда дарил только обещания. Помню, перед восьмым марта у меня побежала петля на единственных колготках. Я Лорина прошу, как человека: «Купи, говорю, мне колготки». «Хорошо, говорит, базара нет». Он как раз в то время деловым себя почувствовал, новый стиль осваивал. А в глазах у самого просто-таки бесовские огни сверкают. «Куплю, говорит, но первый номер нашей обширной программы — видеокамера. Представляешь, говорит, как мы в старости будем смотреть на себя нынешних!» Я представила, как в старости буду смотреть на себя — худую, драную, в рваных колготках, и заревела во весь голос.

Любовник. Кыся, ты была замужем? Вот комедия! (Преподносит ей бокал шампанского. Ксана недоуменно смотрит на него).

Ксана. (Алле). По какому, интересно узнать, поводу?

Алла. Ты вообще-то как, запойный? Или просто любишь, когда женщины с тобой винцо потягивают?

Любовник. Как? Сегодня наш первый совместный вечер. Вечер, переходящий в совместную ночь, совместное утро, а потом, Кыся, в нашу долгую совместную, обязательно счастливую семейную жизнь.

Алла. Этот хрен с горы, похоже, решил, что ты будешь ублажать его похоть, и не один раз, а долгие годы.

Ксана. Типичный приват-жеребец, по твоей классификации. Собственно, потому его и позвала: надоела вся эта телевизионная голубятня и мальчики из ночных баров. Он-то, по крайней мере, знает, чего хочет. Сразу так и сказал: желаю, чтобы моя соль осталась на твоей коже.

Любовник. В общем-то, это, скажу тебе, не деликатно рассказывать о моих святых чувствах Бог знает кому...

Ксана. Что? Это ты черт знает кто, без году неделя мой знакомый, а она, она — моя лучшая подруга с детского сада.

Любовник (Алле). Подруга? Ну, подруга, давай дружить, что ли. Ну, выпьем, что ли... За долгожданную близость душ... и тел...

Ксана (нетерпеливо чокается, делает глоток из бокала и ставит его на стол). Пришел, нечистый, по мою душу... и тело. (Алле.) Терпеть не могу, когда мужики мучаются. Особенно на половой почве. И самое главное, каждый из них норовит закабалить меня по гроб жизни... Мрак и погибель, сестрица! Тебе приходилось резать хвосты собакам?... То-то и оно!..

Любовник обвивает ее за талию.

Ксана (Алле). Что он забыл в районе моей талии?

Алла (Любовнику). Рученки спрячь пока. За спину.

Любовник (осторожно убирая руки). Кыся, птичка, это ты забыла, для чего мы с тобой решили встретиться в такой поздний час. (Алле.) Ну, подруга, это комедия! Это, я тебе скажу, будет счастливейшая ночь в моей жизни.

Алла. Счастливейшая ночь? (Ксане.) Ну, да, трахаться пришел. (Любовнику.) Что стоишь? Раздевайся. Она тебе не мамочка.

Свет гаснет и загорается в комнате Лорина.

Лорин (в первую трубку). Ты все еще дуешься, Светик? А, ты Катенька, и ты вовсе не дулась?

(В другую трубку.) Ты все еще дуешься, Светик? Уже не дуешься! Умница моя, обожаю! На тех, кто дуется, воду возят. А я на тебе не воду возить хочу...Ты догадываешься, что я хочу?..

(В первую трубку.) Почему бросил слушать на полуслове? Надо проверить телефон. Почему назвал тебя Светиком? А как еще? Светик, лучик, солнышко...

Смотрит телевизор, по которому идет программа «Будь собой» с участием Ксаны и Лорина.

Лорин (на экране). ...В конце концов, все эти нежные глупости, которые влюбленные люди говорят друг другу, невозможно повторить уже через год после свадьбы.

Гостья в студии (на экране). А такое слово, как «супружеский долг» вам знакомо? Верность, добродетель, совесть, наконец?

Лорин (на экране). Супружеский долг — это два слова, взаимоисключающих, вроде горячего снега. А что касается совести...

Ксана (на экране). Это некорректный вопрос, вы можете на него не отвечать.

Лорин (на экране). Почему же? Задавать некорректные вопросы — это главная фишка вашей программы, не так ли? Так вот, скажу вам...

Далее Лорин на экране — в полный голос, Лорин реальный — вполголоса и Ксана — еле слышно говорят одни и те же слова.

Лорин (на экране). Милая, родная! Ну, почему, почему в этой жизни все складывается не так, как нам хотелось бы в юности! Если бы я имел смелость снова заговорить с тобой и предложить тебе каждый час своей жизни, всю свою глупую нежность... Ты никогда мне не поверишь, и кто же тебя осудит? Кто упрекнет тебя хотя бы за каплю сомнения? И все-таки мне хочется снова набраться молодой наглости и сказать: будь моей женой! И если ты ответишь «нет»...

На экране — округлившиеся глаза зрителей, среди которых — родители Дени и Ксаны, потупленно-вороватый взгляд Дени и Махи, сидящих рядом, бесцельно вертящая головой Алла и белое, как мел, лицо Ксаны.

Лорин (осознав, что всю эту прочувствованную речь он произнес в обе трубки). Простите, что за рев? Ах, вам меня жалко? Ничего себе!.. Согласны выйти за меня замуж? (В сторону.) Во, влип! (В обе трубки.) Это была проверка на вшивость. В каком смысле? В самом прямом. Теперь я точно знаю ваши корыстные намерения. Пока я жив, женатым мне не бывать. Вот когда испущу дух, делайте со мной, что хотите! Я был однажды счастливым мужем, и второй брак — это мерзость и позорище! (В сторону.) Боже, какие стервы! Нужно срочно пресекать опасность. На самом корню! Выжигать железным коленом! (В обе трубки.) Итак, слушайте меня внимательно. Ага, слезы уже высыхают. Это кстати. Почему я обращаюсь к вам на вы? (В сторону.) Почему я обращаюсь к ним на вы? (В обе трубки.) Потому что я говорю с двумя особами, мне милыми, мною любимыми, и не имеющими шансов стать моими женами. Светик! Катенька! Прошу любить и жаловать друг друга! Поговорите, девочки, по душам, вы друг другу понравитесь! (Кладет трубки друг к другу).

Взволнованно ходит взад-вперед по комнате.

Согласны быть моими женами! Какая невоспитанность! Впрочем, я сам подставился. Неужели теряю форму? Или (смотрит на экран) здесь что-то другое?

Ксана (на экране). Напоминаю, вы смотрите программу «Будь собой» и можете позвонить нам по телефонам, которые видите сейчас на экране. Сейчас я хочу услышать мнение нашего эксперта, которая все это время следила за диалогом в студии.

Алла (на экране). Я думаю, наш собеседник страдает типичным комплексом их, то есть мужской, цивилизации — уклонизмом. Он не способен совершить поступок, и упрекает в этом мать, соседку, бывшую жену, только бы ничего не делать самому. Даже если он захочет сделать предложение, в последнюю минуту он испугается самого себя.

Гостья в студии (на экране). Да все они бздуны!

Лорин (на экране). Никогда не думал, что интеллигентные девушки способны так ругаться.

Лорин (берет в руки телефонные трубки, слушает и тут же бросает их на стол). Да, никогда не думал, что интеллигентные девушки способны так ругаться.

Свет гаснет и загорается в комнате Ксаны.

Ксана (Алле). И так с каждым. Ведут себя, как подростки. Этот, правда, уверял, что имеет опыт интимной жизни. Наверняка врет. Тоже какой-нибудь радикальный девственник...

Любовник просовывает голову в дверной проем.

Любовник. Кыся, любовь моя! Это ж просто комедия! Ты битый час болтаешь черти с кем... с подругой, с лучшей подругой. А я? Я заждался тебя в спальне.

Ксана. Ждешь? Зачем? Ой... Не было печали... Забирайся в постель и готовься.

Любовник. Божиньки, как я тебя люблю! (Скрывается за дверью).

Ксана (Алле). Беда в том, что Лорин — он вроде бы член семьи. Что-то вроде сына и брата. Папа у него соучредителем, часть акций записана на него и на мать. Финансовые отношения, черт бы их побрал. Ладно, будем резать по живому. К черту этих мужиков. Вчера случайно заглянула в стол Дене. Как ты думаешь, что там увидела?

Алла. Говори сразу.

Ксана. Чупа-чупс, упаковка презервативов и... (Шепчет на ухо Алле).

Алла. Ты серьезно?

Ксана. Он, конечно, брат, и я его, несмотря ни на что, люблю, но мне бы и в голову не пришло...

Голос Любовника. Кыся, любимая! Я жду! Я весь в огне.

Ксана. Боже, еще этот горячий парень! (Громко.) Возьми одежду и иди сюда.

Любовник, прикрываясь одеждой, выходит.

Любовник. Тебя посетил эротический каприз? Я-то с первого взгляда разглядел в тебе вкус к чувственной фантазии.

Алла. Да, с капризами у нее все в порядке. Джинсы, рубашка... И так далее, и все в цветочек... Ничего в той комнате не забыл?

Любовник. Как я мог!

Алла. Тогда пойдем! (Толкает его к двери.) Так ты весь в огне?

Любовник. Вот комедия!.. (Вполголоса.) Не скрою, вы очень привлекательны. Но буду честен до конца: вам гарантий не могу дать. Только Кысе...

Алла. За честность — спасибо. (Выталкивает его за дверь и запирает дверь на замок.) Вот комедия!... Главное, не простынь — не хватало нам еще воспаления легких. (Поворачивается к Ксане.) Я все правильно сделала?

Ксана. Абсолютно. Долой фаллократию! Ей-Богу, не подозревала, что он такой...

Алла. Идиот?

Ксана. Грубо... как всякая правда. Одного не понимаю: вот мы с тобой, такие умные во всех отношениях — и такие дуры!.. Почему?

Алла. Это тоже пройдет, Кыся. Я вижу, тебе лучше побыть одной.

Ксана. Да, точно.

Алла. Мавруша сделала свое дело, мавруша может уйти?

Ксана. Извини, я и вправду в полном рыздрызге...

Алла. Не извиняйся. Дружба — это всего лишь одна из разновидностей эгоизма. Спроси братца, он подтвердит. Ну, я пошла....

Ксана. Там тебя этот бедолага не тронет?

Алла. Нет. Он уже дал понять, что гарантировано мною не интересуется. Пока!.. (Ждет ответа, но Ксана погружена в раздумье, и она, махнув рукой, выходит).

Ксана (очнувшись). Пока...

Свет гаснет и загорается в комнате Лорина. Из трубок раздается хрип. Лорин торопливо хватает их.

Лорин. Девушки, милые, у меня сейчас техника выйдет из строя. Вы мне, конечно, бесконечно дороги, но не настолько, чтобы покупать из-за вас новые мобильники. Что? Да, готов выслушать... Ах, вы меня прощаете? Спасибо, родные! У меня прямо слезы на глаза наворачиваются... Готовы любить и дальше, не требуя замужества?... Девочки, вы ангелы! Вы у меня просто потрясные! Я горжусь вами... Согласны терпеть друг друга?... (В сторону.) Вот так финт! (В обе трубки.) Ну, а жизнь втроем, надеюсь, терпеть не собираетесь?.. Ах, собираетесь!.. И даже договорились друг с другом... И когда вы только успели? Мне-то казалось, вы только ругались, и все. Слово за мной? Так категорически? За мной — и никаких гвоздей?

Пауза.

Девочки, я скажу вам то, что никому не говорил! Вы у меня — замечательные. Я не ошибся в вас, родные, когда делал свой выбор. Беда в другом — это я недостоин вас. А потому, искреннее любящий, прощаюсь с вами — навсегда!

Бросает телефоны. Они тут же начинают трезвонить, и Лорин их отключает. На экране без звука продолжает идти передача «Будь собой!». Лорин и Ксана подходят к невидимой стене посередине сцены и смотрят вперед, не видя или видя лишь мысленно друг друга.

Лорин и Ксана (вместе). Ну, и что же дальше?

Лорин отключает один телефон, а на другом набирает номер. Мобильник Ксаны трезвонит, и она, поколебавшись, берет трубку.

Ксана. Я слушаю.

Пауза.

Лорин, я знаю, что это ты. Не притворяйся. Как это ни печально, нам есть о чем поговорить.

Свет гаснет в обеих комнатах.

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Квартира Ксаны. Вечер. Ксана сидит за столом, подперев голову руками. Напротив сидит озабоченная Алла.

Ксана (поет).

«Ах ты, степь широкая...»

Алла. Что это на тебя нашло такое?

Ксана (поет). «Степь раздольная...»

Алла. Я спрашиваю, почему на тебе лица нет?

Ксана (поет).

«Широко ты, матушка...»

Вместе (во весь голос). «Протянулася.»

Ксана. О чем это ты?

Алла. Я спрашиваю, почему ты в таком трагическом трансе? Чисто профессиональный интерес — даже не дружеский.

Ксана. Я могу и по-дружески.

Алла. Ну, колись, Ксюха. В чем дело?

Ксана. Вчера у нас была любовная встреча с Лориным.

Алла. Прости, чисто профессиональное уточнение: по телевизионной роли или по взаимному влечению?

Ксана. Понимаешь, мы решили начать все сначала — пойти в ресторан, там как бы случайно встретится... Ну, и все такое прочее.

Алла. Ты говоришь: «мы»? Уже не смешно...

Ксана. Сижу я за столиком, одна, слушаю музыку. А его не сразу даже заметила. Вошел как-то тихо, или я отвлеклась... Ну, сижу я в своему углу...

Алла. В углу — это нехорошо...

Ксана. ... И вдруг он подходит, трогает за плечо и приглашает на танец.

Алла. Ё-ка-лэ-мэ-нэ!

Ксана. Поднимаю глаза, и дух захватило, такой он красивый, обворожительный.

Алла. И ты ему сразу же отказала?

Ксана (с блаженной улыбкой). Не-а. Он меня загипнотизировал.

Алла. Классическая ошибка нашего брата — женщины. Нужно жестко ставить барьер — чтобы сразу его лбом об запертую дверь.

Ксана. Что делать, не смогла — растаяла, как мороженое в микроволновке. А дальше — один танец, другой. Он представился: зовут, говорит, Лорин. Не знаю, может, врал, а я поверила. А вас, говорит, девушка, как величать? В общем, не успела оглянуться, а он уже сидит за моим столиком.

Алла. Вторая классическая ошибка.

Ксана. Я вся — классическая ошибка. А как же, говорю, двадцать ваших лучших друзей, вдруг я им не понравлюсь? А-а, говорит, всех друзей в один в музей! Такой остроумный... Два часа с ним болтали, как будто давно знакомы.

Алла. Стопроцентный сексуальный манипулятор. И шуточки, и повадки Казановы. Ты, надеюсь...

Ксана. И даже не надейся!

Алла. Ты с ума сошла! Ты понимаешь хотя бы, что все своими же руками погубила?

Ксана. Все понимала, и ничего поделать с собой не могла. Встали, не сговариваясь, рассчитались и ушли из ресторана. Назвала ему адрес дома — и сюда, до утра ...

Алла (озираясь и заглядывая под стол). Ужас!... И что? То есть — как оно?

Ксана. Никак. Утром он ушел. Оказалось, ему не нравятся девушки, которые в первый же день знакомства бросаются в постель к незнакомому мужчине.

Пауза.

Вместе (поют во весь голос).

«Ой, да не степной орел

Подымается,

Ой, да то донской казак

Разгуляется.

Ой, да не летай, орел,

Низко по земле,

Ой, да не гуляй, казак,

Близко к берегу!»

Алла. Ну, не скотина ли он после этого?

Ксана. Он совершенно прав. А я... я ему не пара...

Алла. Это еще почему?

Ксана. Я не смогу родить ему ребенка... Ты не знаешь... Никто не знает, кроме мамы. Когда я от него ушла, то была на третьем месяце... Сопли, ахи-охи...Девчонка, двадцати еще не исполнилось. Пошла на аборт, думала: а-а, один раз...Зато потом еще устану от материнства. Врач был с утра пьяный, подонок... И все...Лорину мы с матерью решили не говорить, он тогда был совсем помешан на детских пеленках, все мечтал стать отцом.

Алла. И пусть теперь кто-то скажет, что все зло в этом мире — не от мужчин! Ксана, он тебе — не пара!

Ксана. Правильно. Не хочу оставить его бездетным. Он-то не виноват.

Алла. Ты меня не поняла. Это он тебе не пара.

Звонит телефон.

Ксана (берет трубку). Алло? Паша? Просишь уволить Сашу? Хорошо, он уволен. Почему я не спрашивают о причине? А зачем? До завтра.

Выключает телефон, и он тут же звонит снова.

Алло, Саша? Просишь уволить Пашу? Хорошо, вы оба уволены. Почему оба? Спроси у Саши... До завтра.

В раздражении отключает телефон.

Алла. Ты их обоих уволила?

Ксана. Нет сил на чужие проблемы. Завтра разберусь... Что на них нашло?

Алла. Жена Паши изменила мужу с Сашей. Говорит, всегда любила одного Сашу, а тот не отвечал взаимностью. А за Пашу вышла только затем, чтобы быть рядом с любимым человеком.

Ксана. Не ходите девки замуж, ничего хорошего... И что оскорбленный муж?

Алла. Требовал стреляться. С десяти шагов. Саша соглашался — но только через платок. Стволов под рукой не оказалась, так что дуэль отложена. Теперь, похоже, зовут в арбитры тебя.

В комнату врывается Лорин. Он в крайнем раздражении, что не похоже на обычно сдержанного и самоуверенного мужчину, занявшегося недавно погребальным бизнесом.

Лорин. Ну, и как это понимать?

Ксана. Привет, Лорин.

Алла. У тебя появился ключ от этой квартиры? (Ксане). Ты дала ему ключ?

Лорин. А тебе-то что? Жалеешь, что своими ключиками не с кем поделиться? (Ксане.) Я спрашиваю, что это значит? (Вытаскивает из кармана надорванный конверт).

Алла (Ксане). Не иначе, просьба о материальной помощи от одной из его девок?

Лорин. Нет, ты скажи мне, кто написал это идиотское, чудовищно безграмотное письмо? (Открывает конверт, читает.) «Дорогой мой суперстар, беркут ты мой сизокрылый!»

Алла. Вот-вот, размахался крылышками.

Лорин (не обращая на нее внимания). «Ты меня и знаешь, и не знаешь. Если не знаешь — то узнаешь. А если не узнаешь — тогда точно не знаешь». (Отрываясь от письма). Шизофрения какая-то!

Ксана. Узнаю почерк братца.

Лорин (продолжает читать). «Без тебя мне жизнь не в кайф! Без тебя мне белый свет до мазы! Без тебя все радости мира — в облом!»

Алла. А что, энергично пишет! Растет смена, правда, Ксана?

Лорин (продолжает читать). «И ты, оторвав от моей груди свое лицо, любящим взглядом прочтешь любовь в моих глазах». (Ксане.) Это какую же позу надо принять, чтобы смотреть тебе в глаза, оторвав лицо от твоей груди?

Ксана. И ты решил, что это письмо написала я? Ты меня совсем забыл, Лорин...

Алла. Врежь ему, Ксюха! Врежь!

Ксана (берет письмо). Ну, конечно, это Деня с Махой. Мало им досталось за тот эфир, снова на подвиги потянуло.

Лорин. Хорошо, с этим детским садом я разберусь. Меня другое сейчас волнует: что нам делать дальше?

Алла. Можешь не волноваться, Ксана уже все решила. Ты ей не пара.

Лорин. Алла, пока я вежлив и спокоен, обойдись без комментариев. А то недолго и до греха... (Ксане.) Выходит, я тебе не пара?

Ксана молча кивает головой.

Так, сказал бедняк...Ну, попадись мне эти малолетние кукловоды...Пятки вперед выверну и скажу, чтобы так и ходили.

В комнату медленно входят Маха и Деня. Они явно подавлены чем-то и не сразу замечают, что Лорин, Ксана и Алла пристально смотрят на них.

Деня (мрачно). Что вы на нас смотрите, как на теленка о двух головах?

Лорин. А то не догадываешься, пацан? (Махе.) М-да, не ждал, не ждал. Я думал, из тебя человек растет, а ты, оказывается, та еще стервочка.

Деня. Что ты к ней пристал? Идея с письмом (смотрит на Маху) моя, Маха тут не при чем. Давай, говорю, переведем их скрытые проблемы на вербальный уровень. Словами, значит, их обозначим, чтобы было понятно даже такому тупому деловому, как ты.

Лорин. Мне-то как раз все понятно...Я даже кое-что тебе объяснить хочу. В максимально доступной форме.

Хватает Деню за шею и начинает пригибать его к полу. Деня сопротивляется, Маха визжит, Алла, пытаясь разнять драку, бьет сумочкой по голове то Лорина, то Деню.

Ксана (кричит). Прекратите вы! Бытового убийства мне в доме не хватало!

Стук в дверь.

Доигрались, даже соседей на ноги подняли.

В комнату входят Отец и Мать.

Лорин (поправляя сбившийся в драке галстук). Надо же, какая встреча. Очень приятно, очень. А как же фундамент для дачи?

Отец. Какой фундамент, когда и без того все валится! Сплавили родителей за город, и думаете, можно спокойно в любовь играть? А потом нас же будете упрекать, что не вмешались, не остановили?

Мать. Папусик, ты только не заводись...

Отец. Не позволю, чтобы дочь водилась с этим прохвостом, без родни и образования!

Мать. Что ж ты говоришь? Это ж, считай, твой приемный сын!

Отец. Возможно. Но моим зятем ему не бывать. Только через мой труп.

Алла. Вот и я говорю, что он Ксане — не пара!

Отец. А ты молчи, сообщница!

Воспользовавшись паузой, Деня незаметно подходит к видеомагнитофону, достает из кармана кассету и вставляет ее.

Отец (Лорину). Вот что, мил человек, ты больше в этом доме не появляйся!

Лорин (безучастно). Как скажете, папа!

Отец. Во-первых, я тебе не папа — в смысле тестя. И не надейся! (Помолчав.) А что ты так спокоен? Даже не возмущаешься.

Лорин. Ну, если надо ... (Громко.) Я глубоко возмущен!.. (Отцу.) Нормально, папа?

Отец. Не смей называть меня папой! А к тому же я возмущен еще больше! Ты ей не пара.

Ксана. Я знаю...

Отец. Молчать, когда мужчины разговаривают!.. Не нужен нам зять без родни, без образования, без царя в голове, известный всему городу бабник!

Лорин. Ну, нужен, папа, так не нужен.

Деня нажимает на пульт и комнату наполняет музыка для медитаций, на экране появляются соответствующие картинки. Отец и Мать начинают невольно покачиваться в такт мелодии.

Деня (проникновенным, задушевным тоном). Может быть, все не так трагично, как вам кажется? Может быть, корень всех ваших терзаний скрыт не во внешних обстоятельствах, а в ваших собственных, глубоко внутренних проблемах?

Отец и Мать (вместе, зачарованно). Внутренних проблемах?..

Деня. Давайте попытаемся расслабится...

Ксана (пронзительно кричит). Выключи эту идиотскую шарманку!

Хватает пульт и выключает музыку. Тишина. Родители, вздрогнув, приходят в себя.

Отец (показывая Лорину на дверь). Вон из дома! И чтобы я тебя с нею или ее с тобой не видел.

Мать. Папусик, а как же...

Отец. Молчать!..

Лорин. Мама, не нервничайте! Все, что происходит, все к лучшему.

Уходит.

Ксана (подняв голову). Господи, ну прекратите вы когда-нибудь эту пытку? Дадите вы мне, в конце концов, самой разобраться в этой жизни?

Алла. Ксана, главное, не психуй! Возьми себя в руки!

Ксана и Алла выбегают из комнаты. Отец и Мать выбегают вслед за ними.

Деня (не глядя на Маху). Елы-палы, что ж мы наделали?

Маха (не глядя на Деню). Да уж...

Деня. Им жизнь перевернули...

Маха. И себе отравили.

Пауза.

Деня. Думаешь, какой я лох? Ни на что не годный?

Маха. Да нет. Мало ли у кого что не получается... Я читала, такое бывает.

Деня. Как ты там говорила: сексом дружбу не испортишь?

Маха. Ты меня теперь презираешь?

Деня. Есть такие, что и в семнадцать лет остаются девушками... (С тяжелым вздохом.) И в восемнадцать — мальчиками...

Маха. Так ты все... придумывал?

Деня. Ага. А ты... тоже?

Маха. И я... тоже... Ну, и дураки же мы с тобой. Проверили себя, называется...

В комнату врывается разъяренный Отец, которого пытается удержать за локоть Мать.

Отец. Ага, и вы туда же, голубки! (Махе.) Вон отсюда! У тебя брат-миллионер, он тебя прокормит.

Деня. Папа!

Мать. Да ты что?!

Отец. Молчать! (Дене.) Если увижу тебя с этой шаромыжницей или ее братцем — живи, где хочешь и на какие хочешь деньги. Я тебе тогда не отец!

Маха (Дене и Матери). Не спорьте. Папа знает, что говорит. (Целует отца в щеку.) Пока, папа! (Машет рукой Дене и Матери.) Все было очень даже хорошо. И даже слишком хорошо.

Уходит.

Мать. Папусик?

Отец. Мать, убеди меня, что я прав. Убеждай скорее, пока я не передумал. Я же для них стараюсь. Для них! Понимаешь — для них!

Свет медленно гаснет. Занавес.

ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ

Квартира Лорина: кухня и кабинет. На слабо освещенной кухне сидят друг напротив друга насупившиеся Деня и Маха.

Деня. И зачем нужно было идти именно сюда?

Маха. А ты хочешь, чтобы нас застукали родители? Все прочие квартиры они патрулируют. По очереди.

Деня. А с чего ты взяла, что я боюсь стариков?

Маха. Лучше скажи мне, как ты ко мне относишься?

Деня. Так же, как раньше.

Маха (оскорбленно). Так же?

Деня. То есть, даже лучше. Раньше я тебя просто ценил, а теперь (подумав) уважаю.

Маха (разочарованно). Уважать можно и заочно. И даже посмертно. Выходит, родители правы, мы можем смело расстаться, сохраняя взаимное уважение.

Деня (нервно вскочив со стула). Зачем ты говоришь такое?..

Маха. Поставим вопрос ребром. Ты меня любишь?... Нет, погоди, не отвечай. Начнем с самого простого, понятного для мужчины... Ты меня хочешь?

Шум открываемой двери. Маха и Деня застывают на месте, прислушиваясь. Входят Лорин и Ксана.

Деня (Махе). Сестра.

Маха (Дене). Брат.

Ксана (Лорину). А отчего свет горит?

Лорин (взглянув в сторону кухни). Это Маха с Деней. Совсем забыл, что она утром просила ключи. Надо было идти в твою квартиру.

Ксана. И пожать руку папе. Тебе оно нужно? Нет уж, пришли, так пришли. А почему малые здесь?

Лорин. Нам-то какое дело?

Ксана. Совершенно никакого. Кстати, ты в курсе, что мой братец держит в верхнем ящике своего стола?

Лорина. Сестрица говорила. Леденцы и презервативы. Джентльменский набор юного бойскаута.

Ксана. Она тебе не сказала самого главного. (Шепчет на ухо Лорину.)

Лорин. Шутишь!

Ксана. По-твоему, я способна сейчас шутить?

Лорин. А почему же она об этом промолчала? Ладно, пойдем в комнату.

Тихо пробираются в комнату Лорина. Маха и Деня стоят на кухне, прислушиваясь.

Деня. Вот мы их и застукали. Может, пошли отсюда?

Маха. Подожди, интересно ведь. Что у них там?

В это время Лорин страстно целуется с Ксаной в комнате. Далее, пары по очереди беседуют друг с другом, прислушиваясь к звукам по соседству и пытаясь понять, что там происходит.

Ксана (вырываясь). Только не надо целовать меня взасос — сколько раз утром приходилось прятать синяки на шее под косынкой.

Лорин (медленно соображая). Не имею такой привычки — целовать взасос. А даже если б захотел, не смог бы. У меня зуб со свистом.

Ксана. Значит, это не ты оставлял мне синяки на шее? А, ну, да... Это Филипп, дурашка...

Лорин. Филипп? Какой Филлип? Ну не хрена себе, признаньице! Н-да...

Пауза.

Маха (Дене). Ну?

Деня. Что? Пойдем на улицу?

Маха. Тебе бы только уйти от ответа — на улицу, в парк, к черту на рога. На улице дождь. И я задала тебе вопрос.

Деня. Да. (В ответ на ее недоуменный взгляд.) Да, да, да!

Пауза

Лорин (Ксане). Я оставлял синяки!... Нашла рыжего! Знаешь, мы развелись исключительно потому, что ты всегда навешивала на меня всех собак.

Ксана. Ну-ну, что еще скажешь?

Лорин. Конечно! Погнала волну! А вот я не вспоминаю, как ты приходила в постель, не стерев губной помады...

Ксана (чуть растерянно). Я вообще не пользуюсь губной помадой...

Лорин. ... А потом царапала мне спину в кровь...

Ксана. Я не пользуюсь губной помадой.

Лорин. Что?

Ксана. И не переношу вида крови. Ты забыл об этом?

Пауза.

Маха. Тогда я не знаю, что делать.

Деня. А это еще почему?

Маха. Потому что на такой же твой вопрос я отвечу точно так же: «Да!»

Деня (испуганно). Нет!

Маха. Да!

Деня. Что ж теперь делать?

Маха. Ну, мы приблизительно знаем, что в таких случаях полагается делать.

Деня. Чисто теоретически.

Пауза.

Ксана. Лорин...

Лорин. Слушаю тебя, ласточка...

Ксана. Мы совсем не помним друг друга, хотя видимся почти каждый день. Мы начали путать друг друга со своими любовниками...

Лорин. Любовницами, ласточка!

Ксана. Как скажешь, только не называй меня «ласточка», будто тебе позарез надо уложить меня в койку. Ты затащил меня туда двенадцать лет назад без всех этих дешевых словечек.

Лорин. Ничего себе! «Ласточка» — дешевое словечко! «Ласточка» ей уже не нравится! Ох, уж эти русские женщины. Похвали их — они злятся. Обзови последним подзаборным словом — скажут: какой мужик!

Ксана. «Русские женщины»? Лорин, ты спал с иностранками?

Лорин. Ну...

Ксана. До чего ты дошел — назвать женщину подзаборным словом!

Лорин. Можно подумать, твои телевизионщики при тебе говорят исключительно на литературном русском.

Ксана. Не говорят. Но я с ними не сплю и не собираюсь спать...

Лорин. А с кем спишь? С героями твоих программ?

Ксана. По крайней мере, с одним из них точно спала.

Лорин. Ага! Я так и знал. Ну, и кто он?

Ксана. Дурак!

Лорин. Давай-давай, покажи характер!

Ксана. Не просто дурак, а кретин. Полный и законченный кретин! Посмотри в зеркало, и все поймешь! Напряги хотя бы чуть-чуть свою хваленую память и вспомни, что двенадцать лет назад между глупой десятиклассницей Ксюшей и нахальным десятиклассником Лориным имело место несчастное недоразумение... А потом сто твоих друзей записали меня в роковые женщины. Как же, такого парня погубила!..

Пауза.

Маха. Выходит, ты на первый шаг не способен.

Деня (со вздохом). Нет.

Маха. Но ты же психотерапеут!

Деня. Обломившийся на первой же проверочке.

Маха. А мы с тобой хотели манипулировать всем миром...

Деня. ... а сами себе не хозяева?

Маха. И это цена за господство над целым миром?

Деня. Да. Я даже читал об этом в каком-то прайсе. Так и написано: «Владеющий всем не имеет ничего»..

Пауза.

Лорин. Значит, самое святое, что было в нашей жизни — недоразумение? Все! Между нами все кончено!

Ксана. Конечно. Уже девять лет, как между нами все кончено. И в свое время мы поступили мудро, когда развелись.

Лорин. Ты говоришь такую ерунду, что я не понимаю ни слова.

Ксана. Повторяю по слогам. Все кон-че-но! Кон-че-но!

Лорин. Мы больше не будем встречаться?..

Ксана. Нет, потому что так лучше для нас обоих!..

Лорин. И не позволим себе даже легкой, случайной связи?

Ксана. На свете нет ничего более летального, чем случайность. Помнишь, вместо зимнего пальто для меня ты купил себе собаку?

Лорин. Для нас, а не себе!

Ксана. И не просто собаку — кавказскую овчарку. Она сжирала все наши деньги, оставленные на еду, и росла на глазах. А когда я говорила, что хочу есть, ты обнимал ее и спрашивал: «Правда ведь, это наш сыночек?»

Лорин. Я такого не говорил.

Ксана. Говорил. Ну, так знай: у нас с тобой не может быть ни сыночка, ни дочки. Разве что кавказская овчарка. Или морская свинка.

Лорин. А это почему?

Ксана. Сразу после развода я сделала аборт. А потом у меня были осложнения. Дошло?

Лорин. Но почему?..

Ксана. Помолчи! Поздно устраивать разборку. В общем, у тебя практически нет шансов стать отцом. Если, конечно, ты не сделаешь ребенка другой женщине. Лучше меня.

Пауза. Затем обе пары начинают говорить параллельно.

Лорин. Так значит, у нас ничего не получится?

Деня. Выходит, у нас ни черта не выйдет?

Ксана. Выходит, так. Мы слишком испорчены, чтобы надеяться на что-то.

Маха. Наверное, да. Мы слишком неопытны, чтобы у нас что-то получилось.

Лорин. Жизнь прошла.

Деня. Жизнь кончена.

Ксана. Ты предложил мне руку и сердце еще во втором классе.

Маха. Ты сватался ко мне еще в садике.

Лорин. Разве?

Деня. Так и было?

Ксана. У вас, мужчин, ненадежная память.

Маха. Дурак ты, Деня, беспамятный.

Лорин и Ксана (обнявшись). А как все начиналось!

Деня и Маха (обнявшись). А как могло бы начаться!

Все вместе. Но уже ничего не будет.

Ксана. Единственно...

Лорин (высвобождаясь из объятий). Что?..

Ксана. Продюсер требует, чтобы в следующей передаче мы объявили о нашей помолвке и скорой свадьбе.

Лорин. Если я не соглашусь, передачу закроют, а тебя уволят?

Ксана. И Алку тоже... Но это не имеет значения. Можешь поступать, как тебе удобнее...

Лорин. Ладно, подумаю. В конце концов, ложь на телевидении — это не ложь вовсе, а как бы правда — только виртуальная, так ведь?

В тишине становится слышен шум осторожно взламываемых дверей. Обе пары сначала недоуменно смотрят друг на друга, затем издают полупридушенный вопль. С криком «Родители!» они бегут друг навстречу другу, сталкиваются, на ходу бросают «Привет, Маха», «Привет, Лорин!» Затем вбегают в комнату и все, кроме Лорина, забиваются за диван. Лорин садится на диван, хватает телефон, отбрасывает его, берет книжку.

Гром и отсвет молнии. В комнату, озираясь, входит отец в мокрой плащ-палатке и прячет в карман отмычку. Пробирается на кухню, и не найдя ничего, машинально берет со стола кухонный нож и на цыпочках подходит к Лорину.

Отец (читает заглавие книги). «Основы молекулярной биологии»... И давно ты, Лорин, вернулся к биологии?

Лорин (делая вид, будто только что увидел отца). Ого! Вот кого не ждал. Здравствуйте, папа.

Отец. Я спрашиваю, с чего бы ты вспомнил про биологию?

Лорин. В какие-то минуты жизни неудержимо тянет к прошлому.

Отец. Не к добру тебя тянет к прошлому. Нехороший это симптом, Лорин. (Как бы между делом). Кстати, а где же Ксана? Почему я ее не вижу?

Лорин. Не знаю, как насчет увидеть, а услышать ее вы можете хоть сейчас. Наберите номер и услышите. А я после вашего запрета с ней не общаюсь.

Отец. Набирал я ее номер. Телефон отключен, дома ее нет, у Аллы тоже. Все проверено, а как же!.. Но с сестрой-то ты продолжаешь общаться?

Лорин (лицемерно). Совершенно нет времени, папа. Так, звонок-другой в день. Сегодня ее еще не тревожил.

Отец. И не тревожь. Квартира пустая. А что самое интересное — Дени дома тоже нет!

Лорин. Как раз ничего интересного. В его возрасте надо быть полным придурком, чтобы в такое детское время сидеть дома.

Отец (чуть растерянно). Да? Ну, может быть... Ладно. Считай, что выкрутился на этот раз. Но если увижу сына вместе с твоей сестрой — ноги обоим повыдергаю. Так и передай.

Лорин. Вы это сможете передать им эти слова куда быстрее меня, папа. Как насчет кофе?

Отец. Ты меня не ублажай! Я на одну удочку дважды назад не попадаюсь! Десять лет назад попил с тобой кофейку — больше не клюну. (Не удержавшись, заглядывает в шкаф.) Ну, я пойду!

Лорин. Жаль, что не удалось угостить вас кофе. Привет домашним!

Отец. Не дождутся! Пока!

Стремительным шагом идет к выходу, и в это время за диваном пищит пейджер Махи. Отец медленно разворачивается и по мере того, как за диваном вырастают Маха, Деня и Ксана, лицо его вытягивается.

Пауза. Удар грома и отблеск молнии

(Задумчиво поигрывая ножом.) Ничего не поделаешь. Очень мне этого не хотелось, но придется резать по живому! (Молодцевато вонзает нож в письменный стол).

Лорин. Стол итальянский, полторы тысячи баксов...

Отец (набирает номер). Мать, поднимайся, они все здесь. (Отключает телефон).

Лорин. А что еще не порезано, папа? В бизнесе мы разорвали семейные отношения неделю назад — как только вы запретили нам встречаться.

Отец (чуть растерявшись). Да? А ведь действительно!..

Удар грома и молния.

(Бьет себя по лбу.) Стоп! А фирма ритуальных услуг?

Лорин. Если не ошибаюсь, ее владелец вы, папа.

Отец. Ты мне зубы не заговаривай. На чьи деньги они куплена? На твои, женишок! А мы такие — нам милостыню не надо.

Лорин. Я тоже — такой. Я от вас гроша ломаного не возьму, не то что этих гробовых денег!

Ксана (пытаясь вступить в разговор). А может быть...

Отец. Цыц! Один шаг в его сторону — и ты мне не дочь!.. (Лорину.) Замечаешь? Беспокоится, как бы ты не разорился...

Лорин (пожимает плечами). Как будто мне впервой!

Гром, молния. В квартире появляется мать с мокрым зонтом, который она по инерции продолжает держать над собой

Здравствуйте, мама... (Отцу.) Если вам, папа, не по душе «Последний приют», можете записать его на маму, на Деню. Дочери приданое будет, в конце концов.

Отец (трясет перед Лориным кукишем). Вот тебе! Размечтался! Черствой корки из твоих рук не возьмем. Если хочешь, сам пиши на имя Махи.

Лорин. Зачем девчонку портить? Пусть сама вкалывает. С голоду я умереть не дам, а советом всегда помогу... Значит, полюбовно, внутри семьи никак не поладим?

Отец. Нет.

Лорин. Ладно, напишем дарственную на первого встречного. (Берет лист бумаги и обращается к остальным.) Назовите имя любого знакомого.

Деня. Близнецы. Братья Сиамские.

Мать. Правильно, сынок. Они скоро папой станут. У них сейчас жена беременная. Правда, от кого — неизвестно.

Лорин (Отцу). Идет?

Отец. Идет! (Хватает ручку и быстро строчит на бумаге текст, ставит подпись и число и яростно, словно поражая противника, ставит точку).

Лорин (берет бумагу и внимательно читает). Тут написано...

Гром и удар молнии

...близнецам, братьям Сиамским. Во-первых, они то ли Ивановы, то ли Сидоровы, а потом...

Отец (отбирает документ, складывает его и прячет в кармане пиджака под плащ палаткой). Ничего не буду переписывать. И баста!

Лорин. Хорошо, хорошо! Ну, кажется, теперь все уладили.

Маха (решительно выходит вперед и берет Лорина за руку). Пойдем отсюда куда-нибудь. Видит не хочу этих... (не найдя слов, машет рукой)

Деня. Погоди, а как же...

Маха (уничтожающе). Вы поглядите! Молчал, молчал, а сейчас зазвенел, колокольчик степной!

Деня (огрызается). Ну, знаешь, у тебя не ротик, а тысяча орхидей!

Маха. Не речь, а розовое масло!

Деня. Нет, это ты у нас из роз — роза!

Маха. А ты — незабудка из незабудок!

Отец. Красиво говорят. В последний раз друг с другом разговаривают, а как говорят!

Мать. Красивые дети — красивые слова. Не то, что старшие — тем бы только лаяться.

Лорин. Ну, да, расцвела сирень-черемуха в саду...

Маха и Деня (вместе). За сирень-черемуху ответишь!

Ксана. Маха, мимоза моя стыдливая, поясни-ка, что происходит.

Маха. Попрошу без грубостей.

Ксана. Не пойму: по виду вы ругаетесь, а на слух — комплименты говорите. Уж не влюбились ли вы друг в друга?

Деня. На себя посмотрите!

Отец. Это точно. Младшие — о цветах, старшие — в трех соснах не разберутся.

Ксана. Слушайте, если эти недомерки вас поработили, так это не значит, что мы вслед за ними начнем строить из себя умников и учить всех жизни.

Маха. Как ты нас назвала?

Деня. Маха, успокойся!

Маха (Дене). Отвянь, хризантема! (Ксане.) Так кто мы?

Ксана. Паразиты-захребетники!

Маха. Тогда вы — лютики-цветочки!

Ксана. А вы — полевые ромашки!

Деня. Это ты перегнула!

Отец. Ничего не понимаю.

Лорин. Ну, и к чему весь этот гербарий?

Ксана. Просто решили, что умнее других. Тоже мне, открыли Америку. Говорят про цветы, а на самом деле...

Маха. Замнем для ясности. Здесь мужчины.

Лорин. О чем это вы?

Ксана. Да все о нашем, о вечном, о девичьем.

Деня (спохватившись). А почему мы Ксанину программу не смотрим?

Отец (насторождившись). Какую такую программу?

Ксана (поспешно). Деня опять все перепутал.

Отец. Стоп! Снова шашни при честном народе крутите? Может, успели уже тайно расписаться у нас за спиной? Где пульт?

Ксана (пряча пульт за спиной). Не знаю, где-то затерялся.

Отец (отбирая у нее пульт). Стыдно должно быть, дочка. Маленькой ты никогда нам не врала... Так, посмотрим, что еще вы выкинули! (Берет в руки пульт).

Зажигается экран. На экране — финал программы «Будь собой!»

Алла (на экране). Пока герои нашей передачи подписывают брачный договор и получают путевку на двоих для свадебного круиза по Средиземному морю, поинтересуемся, как обстоят дела у их предшественников. Это тем более не сложно, что Ксана (на экране появляется лицо Ксаны) и господин Лорин (на экране появляется лицо Лорина.) вместе с нами в этом зале. Ксана, насколько мне известно, ваш роман бурно развивается?

Ксана (на экране). Наш роман уже закончился.

Алла (на экране). Ха!... (Пауза.) Ксана хочет сказать, что роман закончился и на повестке дня — свадьба и счастливая семейная жизнь.

Ксана (на экране). Очень смелая трактовка.

Алла (на экране). Смелость города берет, не так ли говорили в былые времена гусары... Господин Лорин, насколько мне известно, вы сделали предложение Ксане?

Лорин (на экране). Насколько мне известно, я действительно сделал ей предложение. Я предложил ей расстаться навсегда.

Алла (на экране). Расстаться навсегда?... Ну, да, поняла — с девичьей жизнью! Вы предложили ей навсегда расстаться с девичьей жизнью.

Лорин (на экране). С девичьей жизнью она рассталась, когда была первый раз за мной замужем.

Алла (на экране). Но вы женитесь на ней?

Лорин (на экране). С какого такого рожна? Я что, подписал контракт с обязательством жениться на ней?

Алла (на экране). Но почему? (В отчаянии, обращаясь к Ксане.) Почему?

Ксана (на экране). Потому, что сколько ни склеивай разбитое, оно не станет целым.

Алла (на экране, после долгой паузы). Друзья! Гости студии и телезрители! Давайте похлопаем нашим героям. От них потребовалось немалое мужество, чтобы перед глазами сотен тысяч сделать горький, но единственной верный шаг. Видимо, не зря говорят в народе — не возвращайтесь к былым возлюбленным. Что ж, позади у них старая любовь, а впереди — новая жизнь и, надеюсь, новое счастье.

На экране крупным планом — лица гостей студии. На глазах у большинства женщин — слезы. Ксана берет пульт и выключает телевизор.

Ксана. Вот и все.

Отец. Понятно. (Жмет руку Лорину.) Я, конечно, сочувствую... Но если не склалось... не сложилось... Будем честными, правильно...Все правильно. Надо быть честными. (Женщинам.) И не реветь! Запрещаю. Жизнь есть жизнь, понимаешь, и нечего тут рассусоливать.

Лорин кивает, идет к выходу, но у самой двери поворачивается и возвращается.

Лорин. Раз уж все по-честному... Не могу уйти, не сказав самого важного... В общем, как честный человек, я должен просить у вас руки вашей дочери.

Пауза. Нервный смешок Махи.

Отец. Цыц, смеяться тут у меня будете! У меня дочь, можно сказать, гулена, а им бы все хиханьки!.. (Ксане.) Ну, на этот раз я сделал все, что мог. Сама все испортила. (Лорину.) И ты думаешь, я позволю снова стать моим зятем?

Лорин. Ваше слово — мой приговор.

Отец. А ты, значит, решил, что я соглашусь. (Матери.) А ведь правильно решил, паразит? (Лорину.) Но ремня ты у меня ...

Ксана. Папа!...

Отец. И она... оба вы получите. Но этот позже. А сейчас — что ж... Женитесь.

Маха. Ксана!.. Поздравляю! (Обнимает Ксану.) Какая ты счастливая... (Обернувшись к Дене.) Не то, что я...

Деня (падает на колени перед Лориным.). А теперь моя очередь!..

Отец. Что такое? Тоже хочешь поступить как честный человек?

Деня (Лорину). Нет, честным человеком я еще не успел стать. Но если мне откажут, придется пойти по той же скользкой дорожке!..

Лорин. А я тут при чем?

Деня. За неимением отца прошу руки Махи у ее старшего брата!

Лорин (озадаченно). Ты совсем умом тронулся? Зачем тебе такой подарок?

Маха. Нет, не желаю, не хочу за него! (Родителям.) А меня он спросил?

Лорин (почесывая в затылке, Махе). Так что, получается, я должен отказать ему?

Маха (возмущенно). С чего ты взял? К тебе сватаются — тебе решать. Он тебя устраивает как зять?

Лорин. Я его с этой стороны совсем не знаю... Парень, конечно, неплохой... Но ведь жалко дурачка... (Дене.) Слушай, вам всего по восемнадцать лет...

Деня. А вам десять лет назад сколько было?

Ксана. Так мы после этого через год развелись...

Маха. А через девять снова сошлись. Вот и мы — разведемся, если потребуемся. А потом сойдемся...

Лорин. Ты, Деня, мертвого уломаешь. (Хватает Маху за руку и подталкивает ее к Дене.) Держи, фашист, гранату! Только не говори потом, что я тебя не предупреждал.

Деня (Махе, непонимающе). Так ты согласна?

Маха (с мученическим смирением в голосе). А что мне делать — вы без меня все решили... Я создание маленькое, меня всякий обидит! Что мне остается? Только подчиниться...

Ксана подходит к Лорину, Маха — к Дене и берутся за руки.

Ксана (Лорину). Выходит, у нас будет семья без детей? Двойное одиночество длиною в жизнь?

Маха (Дене). Ты хоть соображаешь, что ты натворил?

Лорин (Ксане). Купим морскую свинку.

Деня (Махе). Елы-палы... Может, еще не поздно отыграть?

Ксана обнимает Лорина, Маха отвешивает пощечину Дене.

Лорин (со вздохом). Вот и все.

Деня (упавшим голосом). Поздно.

Мать падает в обморок. Все бросаются к ней, обмахивают, подносят воду, приводят в чувство.

Мать (очнувшись). Спасибо, спасибо... (Высвобождаясь из рук, спокойным голосом.) А теперь, пожалуйста, объясните, что здесь происходит...

ДЕЙСТВИЕ ШЕСТОЕ

Квартира родителей Ксаны и Дени. Отец в костюме-тройке и Мать в праздничном платье хлопочут по дому. Цветочные гирлянды и воздушные шарики, плакаты «Желаем паре молодой дожить до свадьбы золотой!», «Ксана+Лорин=Любовь», «Маха+Деня=Любовь» и прочая свадебная атрибутика выдают смысл предстоящего события.

Отец. Как там, машины подъехали?

Мать. Стоят у подъезда. С куклами на капотах. Взбрело же тебе в голову заказать именно «Чайки». Чуть не в Москве искали.

Отец. Ничего! Не на «Линкольне» же везти молодых на русскую свадьбу. Все должно быть как у людей! Один раз в жизни женимся!

Мать. Помнится, десять лет назад ты говорил то же самое, папусик!

Отец. Я и сейчас повторю.

В раскрытые двери входят Сиамские — они в парадных костюмах, с цветочками в петлице.

Паша. День добрый! Ваша дочь и наш шеф попросила нас снимать свадьбу. Мы с помощником камеру уже выставили, так что с этим полный окей!

Саша. Я уже дал ассистенту указания и лично прослежу, чтобы он не надрался — у меня от его перепоев по утрам голову ломит.

Паша. А, в общем-то, мы увольняемся.

Мать. Совсем?

Саша. Хватит быть наемной силой. Начинаем собственный бизнес. «Последний приют» — наша первая ласточка.

Паша. Вообще-то, мы могли бы поблагодарить своих так называемых благодетелей, но, честно говоря, условия дарственной носят издевательский, я бы сказал — инквизиторский характер.

Саша. Нас заставляют признать друг друга сиамскими близнецами. А какие мы близнецы — мы совершенно чужие друг другу люди.

Паша. Это еще мягко сказано — чужие. (Вполголоса.) Я скажу больше: одному из нас не жить на этом свете.

Саша (вполголоса). Если честно, кое-кто из нас двоих лишний — имен не буду называть. (Громко.) А как верх цинизма, нас заставляют отказаться от своих гордых фамилий Иванов и Сидоров и принять не скажу даже фамилию, а какую-то цирковую кличку — Сиамские.

Отец. Слушайте, а может не надо насилия над собой? Откажитесь от дарственной, а я все улажу. И деньжат подброшу. Зачем вам благополучие на чужих костях?

Паша. Нет, нет и нет. Собственный бизнес солиднее денежной подачки. А мне нужна солидность. (Вполголоса.) Жена ждет ребенка, а это, понимаете, обязывает.

Саша. Извините, но стыда и гордости у нас уже не осталось — ушли в оплату за сделку. Одно оправдание... (Вполголоса.) Через девять месяцев я стану отцом, так что приходится идти на любые жертвы...

Отец. Желаю успехов всем отцам. И матерям тоже. Буду рад видеть вас на свадьбе!

Саша. Ну, я пошел... (Вполголоса.) Жена заждалась.

Паша. Мне пора. (Вполголоса.) Внизу ждет любимая женщина, сами понимаете...

Близнецы уходят, столкнувшись в дверях с одетыми в одинаковые парадные костюмы Лориным и Деней.

Отец. Одного не пойму, как они будут выяснять, кто настоящий отец?

Деня. По говору. Если начнет акать, значит — Сашин. Если окать — Пашин.

Лорин. А если он заговорит на чистом русском, с хорошо поставленной дикцией?

Деня. Тогда отец — ведущий нашей программы новостей...

В дверях появляются полуодетые Маха и Ксана в обществе Аллы.

Отец. А ну, марш отсюда! Нечего шастать в голом виде перед посторонними мужчинами. Ишь, какие скорые!

Мать. Да, стыд-то имейте! Чай не мужние еще!

Алла. Вы уж нас простите, просто у Ксаны... (Шепчет что-то на ухо матери).

Ксана. Все в порядке. Я чуть посижу...

Отец. Да, главное, свадьбу не сорвать!

Мать. Да помолчи ты! Не до тебя тут! (Ксане.) Ты уверена?

Ксана. Вообще-то, да.

Алла. А какие, собственно, проблемы? Ну, беременна Ксана, ну и что? А что, есть закон, по которому нельзя быть беременной?

Мать. Ребеночек! До венца? Срам-то какой!... Ребеночек! Ну, дела!... Ребеночек! Радость-то какая!..

Маха. Ну, ты даешь! А что, он уже шевелится? (Припадает ухом к животу Ксаны).

Деня (Лорину). Ты слышал? Она ждет ребенка, и он уже шевелится. Я тоже хочу послушать.

Выстраивается очередь из желающих послушать, как шевелится ребенок.

Мать. Да оставьте вы ее в покое. Месяца через два — зашевелится, а через восемь, даст Бог, и голос подаст.

Отец (бьет по плечу Лорина). Это по-нашему! Молодца! Конечно, не дело, что до свадьбы, ну да все равно...

Деня. Молоток!

Маха (Матери). А как оно?.. Ну, детей заводить, вынашивать, рожать... Процесс весь этот.

Мать. А это кому что нравится. Кому — начало, кому — итог, кому все, что посредине.

Маха (топая ногами). Я тоже хочу ребенка!

Деня. Ты к кому обращаешься?

Маха. К тебе! Кто у меня муж? Ты, или братья Сиамские? Хочу ребенка!

Деня. Хорошо!

Маха. Нет, двух!

Деня. Как скажешь, милая!

Маха. Нет, трех! И пока не сделаешь, даже не приближайся ко мне!

Деня. А как же...

Маха. Ничего не знаю! Хочу ребенка здесь и сейчас!

Отец. Вы, конечно, молодые, резвые — но погодите хотя бы до вечера.

Деня. Очень здравое предложение.

Маха. Надо было прожить семнадцать лет и собраться за тебя замуж, чтоб понять, что ты меня не любишь!

Мать. Вы уж потерпите. Распишетесь, обвенчаетесь, и начнете законно ссориться друг с другом, сколько душеньке угодно! У вас впереди целая жизнь на это!

Алла. И не страшно вот так продавать себя в бессрочное рабство?

Ксана. Еще бы не страшно. А вдруг оно опять раньше срока кончится?

Маха. А потом, рабство — это особо утонченная форма паразитизма слабого и ленивого на сильном и энергичном...

Алла (внезапно зарыдав). Господи, Ксюха, какая ты счастливая!

Маха (хлюпая носом). И я тоже!

Мать. Бедные вы мои, родненькие!

Лорин. Ну, вот, разверзлись хляби небесные!

Женщины смолкают и недобро смотрят на Лорина. Тот на всякий случай отступает на шаг.

Ксана. Это он забыл, как через месяц после первой свадьбы, когда я попросила купить туфли, сказал, что первым делом купит мне автомобиль.

Лорин (осторожно). Неужели?...

Ксана. Он не помнит! А тогда он всем рассказывал, что вот-вот купит мне машину, и все говорили, какой у меня замечательный муж. А я ходила в рванье, от прежней красоты остались кожа да кости, а из всей мебели в доме были два стула и газета, на которую мы ставили обувь.

Деня (вставляя в видеомагнитофон кассету). Ну, и что? Теперь у него три автомобиля, две квартиры, свой мебельный магазин и доля в двух ресторанах.

Ксана. И пятьсот друзей, которые опять скажут, что я ему не пара.

Деня. Пятьсот друзей и сорок тысяч братьев.

Щелкает пультом, и комнату наполняет медиативная музыка из первого действия. Раздается общий вопль, женщины затыкают уши.

Отец (строго). Немедленно выключить эту мерихлюндию!

Деня (покорно). Хорошо. (Выключает музыку и отходит к своему столу).

Отец. И стереть ее, к едреной фене!

Деня. Папа...

Отец. Еще раз услышу — тебя порву, кассету в окно выкину, магнитофон выпорю. То есть тебя в окно выкину, магнитофон порву, кассету выпорю... В общем, и без того всем понятно. И будешь ты у меня до конца жизни вспоминать это событие как самый стыдный момент своей жизни, в котором коренятся все твои внутренние проблемы. Повторить?

Деня. Нет. Пожалуй, вместо психологов пойду в социологи. Буду проводить опросы, подтасовывать результаты, и помогать людям думать о себе то, что им хочется.

Бросает пульт на стол и открывает верхний ящик. Достает чупа-чупс, кладет его в рот и внимательно рассматривает что-то невидимое залу, не замечая, что все присутствующие, затаив дыхание, смотрят на него.

Отец (поглядывая то на Деню, то на остальных). Да, надо было с детства в кулаке вас держать. Но все равно, результатом я доволен. Дочь — красавица, умница, внука мне собирается подарить. Денис — личность масштабная, гигант, можно сказать... Впрочем, об этом и без меня давно все знают...

Деня, уловив, что говорят о нем, торопливо задвигает ящик и оборачивается.

Деня. Прошу прощения, но откуда «все» сделали такой вывод?

Пауза.

Отец (строго, обращаясь к окружающим). Да, откуда?

Деня. Нет, это я спрашиваю: откуда?

Лорин (приходит на помощь). Если личность масштабная, это видно даже невооруженным глазом.

Отец. Да, невооруженным глазом. Не в телескоп-микроскоп, а, можно сказать, простым зрением.

Облегченно-одобрительные возгласы. Все по очереди с чувством обнимают обескураженного Деню, жмут ему руку, хлопают по плечу.

Лорин (пожав руку Дене). Кстати, родственник, переключи телевизор на городской канал — там сейчас новости.

Отец. Какие новости, когда нам выезжать?

Лорин (торжественно). Ксана, это мой подарок ко дню нашей свадьбы.

Деня нажимает кнопку на пульте, загорается экран телевизора. На экране — заставка программы местных новостей, а затем появляется Ведущий.

Ведущий (на экране). Добрый день! Начинаем выпуск с главной политической новости дня. Известный в городе предприниматель господин Лорин официально объявил, что вступает в предвыборную борьбу за губернаторское кресло. В интервью, данном им вчера вечером нашему телеканалу, он сказал, что теперь, я цитирую, у электората появился шанс сделать правильный выбор. «Власть — не женщина, — заявил господин Лорин, — насильно ею не овладеешь». А теперь о новостях культуры. Cвятой Маркелий Лужинский — один из наиболее почитаемых в нашем крае подвижников. На днях в Калиновский краеведческий музей вернулись ценные экспонаты — скуфья, посох и мощи святого, некогда ему принадлежавшие. Об этом — наш следующий репортаж.

Лорин (выключая телевизор). Все остальное — фигня. (Ксане.) Я положу к твоим ногам всю губернию.

Ксана бледнеет. Ее немедленно подхватывают под руки встревоженные женщины.

Алла. Лорин, ты — козел!

Маха. А за козла...

Деня. ...ответишь.

Мать. Ты не видишь, ей плохо?

Ксана (вырываясь из рук Матери). Никаких подарков! Никаких подарков, кроме тех, что я сама попрошу у тебя!

Лорин (обескураженно). Но как же?.. Я уже объявил...

Маха. Положи губернию к моим ногам — мы с Деней ее поставим на ноги.

Лорин. Тебе? Губернию? Вот еще, зачем ребенка портить.

Мать (шепотом). Лорин, тебе мало того аборта? Ты хочешь, чтобы теперь у твоей жены был выкидыш?

Лорин. Все, понял, не дурак. Выборы накрылись медным тазом. (Взяв Ксану за руки.) Ты довольна?

Ксана (порывисто обняв его). Лорин, как я тебя люблю! Особенно сейчас, когда ты впервые в жизни сделал то, о чем я тебя просила!

Лорин. Ну, что ты, маленькая! Это только начало! (Подмигнув Дене, вполголоса.) Есть у меня еще пара сюрпризиков.

Отец (потирая руки). Ну, детки, пора по машинам. Надо еще на могилу родителей Лорина и Махи заехать, цветы положить, радостную новость сообщить. А потом в загс — гости заждались.

Алла. Одну минуту! Давайте я вас сфотографирую. Не часто вижу ваше счастливое семейство в полном сборе.

Отходит в сторону и достает фотоаппарат. У Лорина, Ксаны одновременно звонят мобильные телефоны, а у Махи пищит пейджер.

Да не дергайтесь вы! Не Господь же Бог вам звонит, в конце концов.

Все трое отключают аппараты, и в этот момент звонит телефон у самой Аллы.

Алла. Алло? Макс, это ты? (Отходит в сторону.)

Ксана. Ага, это Макс...

Алла. И я тебя целую... У тебя гениальная мысль? Я даже не сомневаюсь... Мы должны остаться? В каком смысле? Должны расстаться? (Смеется.) Вот уж действительно сломанный телефон!.. Чтобы остаться друзьями и сохранить лучшую память друг о друге? (Улыбка становится напряженной и неестественной.) Я тебе помогла понять твои заблуждения? Это точно... Ты мне благодарен? И я тебе тоже, Макс, но... Разойтись, чтобы искать по жизни своего партнера? Как мне твоя идея? Просто нет слов! Не за что... И я тебя тоже... (Отключает телефон и, возвратившись к группе снимающихся, поясняет.) Деловой разговор.

Деня. Знаем мы ваши деловые разговоры!

Отец. Как я рад за тебя, Аллочка!

Алла (с натянутой улыбкой). Спасибо... (С преувеличенной живостью.) Всем молчать и не двигаться! Обнимитесь! Дружно сказали «Cheese!» (С горечью.) Правда, ведь, не смешно?

Все смеются. Вспышка, и тут же на экране появляется фотография всей семьи. На сцене медленно гаснет свет, персонажи по одному уходят за кулисы, и скоро в темноте не видно ничего, кроме фотографии на экране.

ЗАНАВЕС

МОСКВА-КОСТРОМА, 2000 Г.

Зензинов Алексей
Забалуев Владимир

.

copyright 1999-2002 by «ЕЖЕ» || CAM, homer, shilov || hosted by PHPClub.ru

 
teneta :: голосование
Как вы оцениваете эту работу? Не скажу
1 2-неуд. 3-уд. 4-хор. 5-отл. 6 7
Знали ли вы раньше этого автора? Не скажу
Нет Помню имя Читал(а) Читал(а), нравилось
|| Посмотреть результат, не голосуя
teneta :: обсуждение




Отклик Пародия Рецензия
|| Отклики

Счетчик установлен 5 февраля 2001 - Can't open count file