Rambler's Top100

вгик2ооо -- непоставленные кино- и телесценарии, заявки, либретто, этюды, учебные и курсовые работы

Малафеева Светлана

  • р. 128-6739
  • д. 214-4903
  • Москва, 1997 г.

ПЕРВАЯ ЖЕНА

сценарий полнометражного художественного фильма

в сценарии использованы материалы книги Л. Васильевой "Кремлевские жены"

* * *

На стене, оклеенной светлыми обоями, висит календарь с надписью " 5 октября 1954 г." Мимо него — по длинному коридору — бежит мальчик лет

семи, сжимая в руках большую куклу.

— Отдай, — кричит девочка лет пяти, пытаясь догнать его, — отдай мою Лялю!

— Догони, — смеется мальчик и еще быстрее мчится вперед, но вдруг замирает у входной двери, услышав звонок,

Девочка, воспользовавшись моментом, подбегает к нему и начинает выхватывать куклу у него из рук.

— Да держи ты свою уродину! — мальчик быстро сует ей куклу и идет открывать дверь.

— Она — красивая, — всхлипывает девочка, — это ты ... — она замолкает, увидев на пороге седую женщину в поношенном темном пальто.

— Это квартира Семеновых? — с некоторым удивлением спрашивает женщина, глядя на детей.

— Да, — смело отвечает мальчик, — а вы к кому?

— К кому? — тихо переспрашивает женщина, опустив вниз свои прекрасные темные глаза, — теперь уже и не знаю к кому...

— Вы к папе, наверное, пришли, — девочка подходит к ней, — к нему часто приходят.

— А кто ваш папа? — женщина снова поднимает глаза, рассматривая девочку.

— Его все знают, — гордо отвечает за сестренку мальчик, — он — ...

— Витюша, Ниночка, где вы? — в конце коридора открывается дверь, из-за

которой слышен шум льющейся воды, и в проеме появляется фигура женщины с мокрым бельем в руках.

— Кто-то пришел? — женщина идет к дверям, лицо ее плохо видно в тени.

Темноглазая незнакомка с волнением вглядывается в ее лицо, потом отступает назад.

— Вот мы и встретились, сестренка, — негромко говорит она.

Женщина в коридоре замирает.

— Оля, — ахает она, роняя на пол свежевыстиранное белье.

* * *

Москва 1930-х годов.

По Большой Никитской улице быстро идет худенькая черноволосая девушка с нотами в руках. Ее обгоняет машина, в которой едва можно рассмотреть мужчину.

Девушка на секунду останавливается, чтобы проводить машину взглядом, затем снова идет вперед. Она проходит мимо старых особняков, оказываясь возле входа в консерваторию.

— Все-таки это он, — бормочет она себе под нос, увидев обогнавшую ее машину, окруженную толпой девушек, возле входа в Малый зал.

Из машины выходит красивый блондин и скрывается в подъезде.

— Какой же он красивый! — шепчет одна из девушек, сероглазая толстушка.

— Лучше Лемешева никого нет! — поддерживает ее вторая, — и не будет!

— Можно пройти? — темноглазая девушка пытается протолкаться к входу. — Я на занятия опаздываю.

— А вы певица? — толстушка быстро поворачивается к ней, — вы с Лемешевым

знакомы?

— Нет, конечно, — смеется девушка, — я пока только учусь.

— Жаль, — толстушка теряет к ней интерес и отворачивается.

Девушка с трудом пробивается к входу и оказывается в прохладном вестибюле Малого зала.

— Здравствуйте, Анна Сергеевна, — она улыбается старушке — вахтерше, — Федор Михайлович не пришел еще?

— Да он уже с утра здесь, — кивает ей головой чем-то встревоженная старушка, — знаешь, к нам сам Лемешев приехал. Он, говорят, петь для начальства будет.

— А как же занятия? — озабоченно спрашивает девушка.

— Ой, не знаю я ничего, — машет рукой старушка, потом с надеждой смотрит на собеседницу, — Оленька, ты не посидишь вместо меня капельку — надо к внучонку сбегать, проверить как он там.

— Конечно посижу, — Оля садится на ее место и раскрывает ноты.

— Я быстро, — обрадованная Анна Сергеевна идет к дверям, — мы тут через дом живем.

Ольга углубляется в ноты ничего не замечая вокруг.

Она даже начинает что-то тихо напевать.

— Здравствуйте, — отрывает ее от занятий низкий мужской голос.

— Здравствуйте, — Ольга вздрагивает и поднимает голову.

— Подскажите мне, как пройти в зал? — спрашивает ее невысокий полный человек в пенсне лет сорока, одетый в военную форму.

— В какой именно?

— На концерт, — мужчина с интересом рассматривает Ольгу, — Лемешева.

— Вы знаете, — глубоко задумывается Ольга, — он подъехал почему-то к Малому залу, но петь все-таки должен в Большом. Может он здесь репетировать будет?

— Сейчас выясним, — мужчина разворачивает нарядное приглашение, — Большой зал Консерватории, — читает он.

— Тогда вам на улицу надо выйти, — объясняет Ольга.

— А вы не хотите его послушать? — спрашивает ее мужчина.

— Кто же меня пустит, — вздыхает Ольга.

— Со мной пустят, — уверенно говорит мужчина, — пойдемте? Или пост не можете оставить? — он наклоняется ближе к Ольге и на его рукаве становятся заметны нашивки.

— Да нет, — качает она головой, — на посту-то меня скоро сменят, а вот на занятии вряд ли кто за меня споет.

— Так вы здесь учитесь?

— Да, — отвечает Ольга, — скоро уже заканчиваю.

— И дальше как?

— Дальше — прослушивание в Большом, а потом как повезет.

Дверь открывается, и в вестибюль быстро входит запыхавшаяся Анна Сергеевна.

— Спасибо, Оленька, — на ходу говорит она, подходя к столу, — выручила меня.

Ольга встает, уступая ей место.

— Теперь вы свободны, Оленька, — улыбается мужчина, — пойдете со мной?

Ольга колеблется.

— Нет, — отвечает она, — все-таки прослушивание уже скоро. Надо идти на урок.

— Ценю вашу твердость, — мужчина протягивает ей руку, — Николай Ардалионович.

— Лесникова, — как школьница отвечает Ольга, пожимая ему руку.

— Ну мне пора, — продолжает он, — значит, говорите, надо выйти?

— Пойдемте, я вас провожу, — Ольга идет вместе с ним к выходу.

— Вот и повезло ей, — шепчет им вслед Анна Сергеевна, — такой солидный мужчина!

* * *

— Сразу во второй состав в "Русалке" , — Ольга с сияющими глазами стоит у списков, висящих на двери в небольшом коридорчике.

— Мама! — она поворачивается к невысокой пожилой женщине, стоящей рядом с ней, — там князя первым составом поет сам Владимиров!

— Ох, Олюшка , — качает головой мать, — ты певицей стала. Прямо не верится.

— Да мне самой не верится, — Ольга обнимает мать, — и в "Онегина" меня ставят. Просто чудо какое-то.

— Тебе сегодня Николай Ардалионович звонил, — вспоминает мать, — он уже билеты взял.

— Видишь, — весело говорит Ольга, — если везет так уж во всем!

Она еще крепче обнимает мать, целуя ее щеки.

— Пошли в ресторан, — Ольга решительно тянет мать за собой, — последнюю стипендию прокутим.

— Да зачем тратиться-то так, — качает мать головой.

— Пошли, мамуля, — Ольга берет ее под руку, — я скоро начну хорошо зарабатывать, а сегодня удачу отметить надо. Такой счастливый день!

* * *

Сцена Большого театра.

На заднем плане рабочие сцены монтируют декорации, на краю — почти у оркестровой ямы стоит Ольга в костюме начала прошлого века. Темные волосы уложены локонами вокруг головы.

Симпатичный брюнет в гриме Ленского шепчет ей что-то на ухо. Оба звонко смеются.

— Тихо, молодежь, — седой импозантный мужчина садится за рояль, стоящий в центре сцены, — повторим ваши партии, пока инструмент не унесли.

Брюнет, состроив забавную рожицу, становится на одно колено и начинает петь под аккомпанемент преподавателя.

— Ольга, — звучит красивый тенор. — Я люблю вас, Ольга. Я очень вас люблю!

Мужчина перестает играть и смотрит на брюнета.

— Что это за шуточки ? — строго спрашивает он.

— Простите, — молодой человек прижимает руки к груди, — я вышел из роли и перешел на личности.

— Вас взяли в основной состав театра, — сухо говорит Федор Михайлович, — вам повезло. Извольте работать, молодые люди, а не заниматься студенческим фиглярством. — он поворачивается к роялю.

Ольга показывает брюнету язык, тот грозит ей кулаком.

— Кстати, Лесникова, — Федор Михайлович говорит, не поворачиваясь к ней, — вы, кажется, собираетесь отдыхать ?

— Через неделю уезжаю, — отвечает Ольга.

— Тогда завтра жду вас к восьми утра. Будем заниматься вдвое больше.

Теперь уже брюнет показывает Ольге язык и злорадно улыбается.

— Начнем снова, — Федор Михайлович играет на рояле.

— Я люблю вас, Ольга, — уже серьезно поет брюнет.

Ольга улыбается, закрывает глаза.

Ария звучит еще громче.

* * *

Зимние сумерки, кружатся снежинки.

Над грубо сбитой из разнокалиберных досок дверью качается фонарь, освещая протоптанную в снегу дорожку.

Дверь открывается, появляется Ольга в сером замызганном ватнике с ведром в руках. Она, пошатываясь, спускается на дорожку, оступается и падает. Из ведра льется грязная жижа, растекаясь по снегу.

Ария продолжает звучать.

Ольга вскакивает. На лице ее ужас. Она начинает закидывать жижу снегом.

Закончив работу, она медленно идет назад и садится под фонарем.

Качается из стороны в сторону, обхватив голову руками.

Ария резко обрывается.

* * *

У главного входа в Большой театр стоит Ольга в окружении нескольких молодых людей и девушек. В руках у нее — букет роз.

Знакомый нам брюнет открывает бутылку шампанского.

— Поздравляю с удачным дебютом, — к ребятам подходит Федор Михайлович, — для первого раза прекрасно!

— Это ваш успех, — улыбается Ольга.

— Наш общий успех, — уточняет брюнет, протягивая Федору Михайловичу бокал.

— Ну, за вас, — Федор Михайлович пьет и звонко разбивает стакан о мостовую, — на счастье.

Все дружно аплодируют ему.

— Празднуйте, — учитель поворачивается к Ольге, — но послезавтра не опаздывайте. До встречи, — он уходит.

— Не ожидала от него , — смеется Ольга ему вслед.

— Расчувствовался старик, — брюнет протягивает еще один бокал Ольге, — все-таки он нас на сцену привел.

— За нас, — Ольга лихо опрокидывает стакан и разбивает его с не меньшим звоном.

— Теперь пошли пить к тебе, — смеется брюнет, — ты разбила последний стакан.

— Конечно пошли , — Ольга увлекает всех за собой, — там мама уже столько всего наготовила!

Шумная толпа молодежи уходит

* * *

Теплый, солнечный летний день.

Склон горы, поросший низким кустарником. Внизу шумит море.

На поляне вокруг импровизированного "стола" — расстеленной на траве скатерти сидят двое мужчин в военной форме и молодая полная блондинка.

Они выкладывают на "стол" еду из нескольких корзин.

Из-за поворота неожиданно показывается Ольга верхом на белом коне. Ее волосы растрепались от быстрой езды; их красоту отлично оттеняет синий воротник "матроски". Белые шорты обтягивают стройные ноги.

— Оля! — блондинка отрывается от корзины и кидается к ней. — Ты здесь?

— Привет, Галка, — Ольга легко спрыгивает с коня и отпускает его, — мы вчера приехали. Мне сказали, что Андроновы в доме отдыха — вот я и решила проверить — не вы ли.

— Как здорово, Оля! — Галина обнимает его.

— Здравствуйте, Оленька, — один из мужчин — высокий подтянутый брюнет — целует Ольге руку.

— Какой у тебя муж галантный, Галка, — улыбается Ольга.

— Других не держим! — с гордостью отвечает Галина.

— Познакомьтесь, — Галин муж подводит Ольгу к невысокому крепкому мужчине лет тридцатипяти с выхоленными "казачьими" усами, — Василий Семенов.

— О, — Ольга протягивает ему руку, кокетливо приседая в реверансе, — сам легендарный маршал! Ольга Лесникова.

— Очень рад знакомству, — Василий задерживает ее руку в своей, — Галина, чого ж ты не казала що у тоби яка гарна подружка?

— Не спрашивали, я и не казала, — Галина расставляет рюмки, — идите, выпьем за встречу.

Все рассаживаются за столом и выпивают.

Где-то вдалеке стрекочет кузнечик.

— Хорошо, — вздыхает Ольга, — так бы здесь и осталась.

— Спой, Оленька, — просит ее Галина, — что-нибудь хорошее спой.

Ольга улыбается, бросив взгляд на Василия, не отрывающего от нее глаз, секунду молчит, затем встает и начинает петь.

— Нич яка мисячна, зоряна ясная. Видно хоч голки збирай...

Василий легко вскакивает, встает рядом с ней и подхватывает песню приятным басом.

— Я ж тебе милая аж до хатыночки сам на руках однесу, — громко поет Василий уже один, подхватывая Ольгу на руки и кружась с ней по поляне.

Галя и ее муж дружно аплодируют.

Из-за поворота выходит Николай Ардалионович и, никем не замеченный, наблюдает эту сцену.

— Вы хорошо поете, — Василий опускает Ольгу на землю.

— Эх, Василий Сергеевич, — смеется Галина, — ее в штат Большого театра после консерватории зачислили, а ты — " хорошо поете "!

Василий смущенно поправляет усы.

— Догнал меня? — Ольга подбегает к Николаю Ардалионовичу, заметив его, — Знакомьтесь.

— Мы знакомы, — Василий подходит к нему и пожимает руку.

— Всегда на посту? — Галин муж тоже пожимает руку Николаю.

— Сейчас я в отпуске, — улыбается Николай, — и просто отдыхаю.

— Идемте к столу, — зовет всех Галина, раскладывая по тарелкам что-то аппетитно дымящееся.

Компания усаживается вокруг импровизированного стола, Ольга о чем-то тихо шепчется с Николаем.

— Ты на нее глаз-то не клади, — тихо говорит Галин муж Василию, — она уже занята. Этого тихоню ты, маршал, не переплюнешь.

— Посмотрим, — Василий быстро идет к коню и вскакивает на него.

— Вам, Ольга, не стоит верхом ездить — посадка не та, — обращается он к Лесниковой.

— Не та?! — Ольга подбегает к коню с другой стороны. — Что значит не та?

— А то и значит, — смеется Василий, — нечего бабе на лошадь лезть.

— Ах вы герой, — возмущается Ольга, — ну-ка слезайте!

— А если и лезть, — невозмутимо продолжает Василий, — то только так, — он подхватывает Ольгу, перекидывает ее через седло и пускает коня в галоп.

— Василий, — кричит ему вслед муж Галины, — остановись!

Галя весело смеется. Николай старательно пережевывает бутерброд, не глядя в сторону удаляющейся пары.

* * *

Темная южная ночь. Слышен шум моря.

Фонарь над дверью освещает тропинку и кусты роз с цветущими пышными

соцветиями.

По тропинке идут два человека. Они останавливаются возле двери и становится видно, что это — Ольга и Василий.

Василий обнимает Ольгу, притягивая ее к себе. Она отстраняется.

-Что ты, кохана моя ? — ласково спрашивает он ее.

— Я здесь с Николаем...

— Сказал же — уведу! Завтра же в Москву едем — свадьбу играть.

— Я Николаю не смогу сказать...

— Я смогу, — Василий решительно притягивает ее к себе. — с ним приехала, а со мной уедешь! Идем ко мне.

Ольга пытается сопротивляться, но Василий тянет ее за собой. Они быстро исчезают в темноте.

Дверь открывается, на пороге стоит Николай. Он смотрит вслед исчезающим силуэтам, снимает очки и медленно протирает их , низко опустив голову.

Шумит море.

* * *

Василий стоит на тропинке, пытаясь отломить от куста пышную желтую розу.

Несколько раз , уколовшись, он отдергивает руку, но вновь продолжает ломать ее.

— Стой, вражина! — раздается старческий голос за его спиной, — вот кто

розы-то у меня ворует!

На Василия выливается струя холодной воды из шланга. Он с криком отбегает в сторону.

— Я тебе, ворюга, покажу, — сухощавый старичок с азартом гоняется за ним по тропинке, продолжая поливать его из шланга.

— Кончай, дед, — Василий выхватывает у него шланг из рук и направляет его на цветы — утопишь!

— Тебя бы стоило, — укоризненно говорит ему дед, подбирая шланг — нечего воровать.

— Влюбился я, отец, — улыбается ему Василий, — так влюбился.

— Охти, — старик роняет шланг на землю, — неужто ты Семенов ?

— Он самый.

— Сам Семенов! — дед почти встает навытяжку.

— Сам, сам. Ты уж прости меня, — Василий хочет уйти.

— Погоди, — старик бежит к кустам, — я тебе такой букет нарву!

— Не надо, — останавливает его Василий, — мне только желтую.

Дед срезает ему розу.

— Спасибо, отец, — Василий уходит.

— Сам Семенов, — бормочет старик ему вслед.

* * *

Разобранная, смятая кровать, на которой спит Ольга.

Василий, легко подтянувшись на руках, влезает в распахнутое окно и начинает снимать мокрую рубашку.

— Ты купался? — сонная Ольга приподнимается на руках, потирая глаза.

— Разбудил? — оборачивается Василий.

— Ты в одежде купался? — удивляется Ольга.

— Я тебе розы воровал, — Василий садится на кровать и кладет ей на колени розу.

— Красивая, — Ольга гладит ее рукой, — плохо только, что желтая.

— Почему? — Василий неловко вставляет цветок в волосы Ольги. — К волосам твоим идет.

— К разлуке это, — Ольга прижимается к нему.

— Глупая ты, глупая, — обнимает ее Василий, — никому я тебя не отдам.

* * *

Холл, заставленный диванами и низкими столиками. За стойкой с

надписью " Администратор " суетится молодой человек.

— Уже уезжаете? — с искренним удивлением спрашивает он Николая Ардалионовича, забирая у него ключи. — Даже отдохнуть не успели.

— Дела, — сухо отвечает тот.

В холл входят Василий с Ольгой. Они останавливаются, увидев Николая.

— Николай Ардалионович, — Василий подходит к нему, — мы...

— Я уезжаю, — обрывает его Николай, — прощайте.

Он резко поворачивается и идет к выходу.

Ольга пытается бежать за ним, но Василий удерживает ее.

* * *

Из служебного подъезда Большого театра выходит Ольга со своим приятелем — брюнетом.

— Слушай, а ты ведь уже знаменитость, — толкает он Ольгу, заметив афишу на тумбе.

На афише крупная надпись " Песни и романсы в исполнении солистов Большого театра ". Дальше идет несколько фамилий, набранных крупным шрифтом, ниже — более мелко — еще несколько фамилий.

— Смотри, вот ты и на первом месте, — брюнет тыкает пальцем куда-то вниз.

— Издеваешься? — Ольга с грустью смотрит на афишу. — Никто и не разглядит кроме тебя.

— Ну некоторые тебя уже разглядели, — спутник Ольги выразительно кивает в сторону машины, возле которой стоит Василий.

— Вася, — лицо Ольги освещает улыбка, — как здорово!

Она идет к машине, но, спохватившись, поворачивается к своему спутнику.

— Поехали с нами — подвезем тебя.

— Нет, нет, — ее приятель отступает, делая отрицательный жест руками, — третий здесь лишний.

— Ну тогда до завтра, ладно? — Ольга спешит к машине.

Василий бережно усаживает ее, и они трогаются, обгоняя брюнета, поеживающегося на холодном ветру.

* * *

— Хорошо, однако, быть женатым, — Василий нежно обнимает плечи Ольги.

Они сидят на скамейке в Нескучном саду, любуясь закатом над рекой.

— Неплохо, однако, — передразнивает его Ольга.

— Простите, — слышится мужской голос у них за спиной, — закурить не найдется?

— Найдется, — Василий достает спички из кармана и протягивает

их мужчине средних лет, вышедшему из-за скамейки.

— Славный сейчас клев, — говорит мужчина, затягиваясь папиросой.

— Да уж , — неопределенно произносит Василий, поглаживая усы.

Мужчина поворачивает голову и внимательно смотрит на него.

— А я вас, Василий Сергеевич, сразу узнал, — с некоторым волнением в голосе говорит он, — даже со спины узнал.

— Мы знакомы? — удивляется Василий.

— Вы-то меня не помните, а вот я-то вас никогда не забуду — мужчина наклоняется к Василию, — помните, под Царицыным, вы остатки кавалерийского взвода у белых отбили. Нас уже вешать вели...

— В августе, — оживляется Василий, — яблок еще тьма была...

— Нет, — качает головой мужчина, — это в ноябре было.

— Ну тогда прости, друг, — Василий разводит руками, — не припомню.

— Вы многих тогда спасли, — мужчина гасит сигарету, — и примите от меня за это земной поклон, — он неожиданно кланяется Василию в пояс, — счастья вам.

Он резко поворачивается и уходит.

— Куда же вы, — кричит ему вслед Василий, но тот быстро скрывается в аллее парка.

— Вот ведь как , — качает головой Василий, — когда ж это было-то?

Ольга с восхищением смотрит на мужа.

— Ну что — пошли? — Василий поворачивается к жене, — Темнеет уже.

— Как же мне повезло, — улыбается ему Ольга, — видно под счастливой звездой родилась.

— Видно, — Василий о чем-то напряженно думает, — вспомнил! — радостно говорит он, хлопнув себя рукой по лбу.

— Что вспомнил? — удивляется Ольга.

— Как взвод этот отбивали под Царицыным, — глаза Василия загораются, — ну и ветрище тогда был. А вот мужика этого не помню, — он снова глубоко задумывается.

— Пошли домой, — тянет его Ольга за руку, — по дороге вспомнишь.

— Да, — продолжает свою мысль Василий, — тяжелое тогда время было...

— Ну и не вспоминай лучше — думай о сегодняшнем дне, — легко откликается Ольга.

— Нельзя не вспоминать, — Василий внимательно смотрит на нее, — а тебе неинтересно это?

— Да я замерзла просто, — смеется Ольга, приподнимаясь на цыпочки и обнимая мужа за плечи, — мне очень интересно, только я боюсь ты расстроишься.

— А ты не бойся, — Василий все еще пристально смотрит на нее, — я — сильный.

— Зато я слабая, — улыбается Ольга, — я всего боюсь.

— Нечего тебе бояться, — голос Василия мягчеет, — ты теперь всегда со мной будешь.

— Конечно, нечего, — весело соглашается Ольга, — ну, идем домой?

— Идем, — Василий берет ее под руку, и они идут к выходу из парка.

* * *

— Федор Михайлович, только песню Вани один раз, — Ольга стоит у рояля в небольшом уютном зальчике и с надеждой смотрит на своего учителя.

— Пора домой, — Федор Михайлович собирает ноты с рояля, на котором играют блики заходящего солнца.

— Ну это же совсем недолго, — Ольга прижимает руки к груди, — давайте повторим?!

— Вы не устали петь с десяти утра, — качает головой учитель.

— До выступления осталось всего две недели, — горячо говорит Ольга, — я хочу отработать партию детально, проверить все оттенки.

— Вам нужно беречь связки, — учитель снова открывает ноты, — только песню Вани, — строго предупреждает он.

Обрадованная Ольга готовится к пению.

* * *

Зал Большого театра заполнен зрителями.

На сцене Ольга в гриме Вани из оперы " Иван Сусанин " ведет свою партию.

Федор Михайлович, явно волнуясь, наблюдает за ней из-за кулис.

Звучит последняя нота — и неожиданно зал взрывается аплодисментами.

Ольга смущена, но действие продолжается дальше, и она снова поет.

Федор Михайлович слушает ее с явным одобрением.

* * *

— За новую звезду — Галина поднимает бокал с шампанским.

— Ура! Ура! Ура! — Василий и Галин муж встают и выпивают.

— Ладно вам, — смущается Ольга, — какая там звезда...

— Самая настоящая, — возле ресторанного столика останавливается полный человек лет пятидесяти кавказского типа, — я сегодня видел ваш успех, уважаемая Ольга Михайловна и решил лично обслужить Вас и ваших друзей, — он делает знак рукой и официант подносит большое блюдо.

— Запеченное мясо лебедя, — с небольшим восточным акцентом комментирует подошедший блюдо, — только для вас.

— Благодарю, — улыбается Ольга.

— Надеюсь, когда вы заблистаете на нашем оперном горизонте, вы не забудете шеф-повара ресторана " Арагви ", — он кланяется и отходит.

— О, какая честь, — смеется Галина, — Георгий Ираклиевич мало кого так принимает. У тебя и правда впереди блестящее будущее — у него глаз наметан.

— Так выпьем же за будущее, — подражая грузинскому акценту говорит Андронов.

— За наше с тобой будущее, — тихо шепчет Ольга Василию.

* * *

— Получается очень хорошо, — Федор Михайлович закрывает крышку рояля, — только не берите слишком высокие ноты — голос надо беречь.

— Но я же всегда брала на октаву выше, — удивляется Ольга, — вы же так учили.

— Учил, — соглашается Федор Михайлович, — когда разрабатывал ваш голос. Теперь вы вполне сформировавшаяся певица, и вам надо соблюдать определенную технику безопасности.

— Да уж, сформировавшаяся, — вздыхает Ольга, — правда поклонники уже есть.

— Неужели? — усмехается ее учитель, направляясь к дверям.

— Мне сказали, — серьезно говорит Ольга, — что у меня блестящее будущее.

— Дорогая моя, — Федор Михайлович останавливается у дверей, — не смешите меня! У вас, как и у всех начинающих певцов, неопределенное будущее. Все

определиться только через сто лет после вашей смерти, когда выяснится — помнят вас или нет.

Ольга краснеет.

— До завтра, — прощается с ней учитель, — меньше слушайте пустых разговоров, больше работайте — и все будет в порядке.

Он выходит. Расстроенная Ольга начинает собирать ноты.

* * *

— Эй, уборщица, заснула там что ли? — толстый повар, раскрасневшийся у горячей плиты злобно смотрит на Ольгу в сером ватнике с пустым ведром в руках, — сколько помои выносить можно? Очистки бросать некуда!

— Вот ведро, — Ольга ставит у плиты пустое ведро.

— Иди — пол возле чанов подотри, — повар тыкает рукой куда-то в сторону, — да

пошустрее, а не то прогоню с кухни.

Ольга быстро берет в углу швабру и идет в сторону чанов.

— Повезло ей, из барака вытащили, — продолжает ворчать повар, — а она двигается как муха сонная...

Где-то начинает играть радио.

— Ребята, сделайте погромче, — кричит повар.

В ответ на его слова радио становится лучше слышно.

Ольга, не обращая ни на что внимания, усердно трет пол между огромными чанами.

— Эй вы, — на кухню всовывается голова молодого охранника, — вам радио зачем?

— Уборщицу расшевелить хочу, — повар кивает головой в сторону Ольги, — а то уснет скоро.

— Давай ее к нам, — смеется охранник, — мы ее быстро расшевелим. Поди-ка сюда, — манит он пальцем Ольгу.

Она подходит к нему. Охранник с размаху бьет ее по лицу.

Ольга, не устояв на месте, падает.

— Теперь лучше работать станет, — охранник поворачивается к повару, — если что не так — ты крикни.

— Хорошо, хорошо, — повар быстро протягивает ему тарелку с горячими пирожками, — угощайтесь.

— Вот за это спасибо, — охранник уже легко пинает ногой поднимающуюся Ольгу и выходит с кухни.

— Вставай быстрее, — повар помогает Ольге подняться, — прости — не хотел я так.

Ольга, опустив голову снова берет швабру в руки и начинает тереть пол с удвоенной силой.

— Возьми, — повар сует ей в руки пирожок, — и не держи на меня зла.

Ольга молча убирает пирожок в карман, снова принимаясь тереть пол.

— Послушайте арию князя из оперы Даргомыжского " Русалка ", — слышится голос диктора, — в исполнении солиста Большого театра Петра Владимирова.

Ольга замирает на месте, потом, не замечая ничего вокруг идет куда-то вперед. Натыкается на чан и медленно опускается на пол, зажав себе рот руками.

— Передают всякую дребедень, — ворчит повар, снова колдующий у плиты — песню бы душевную лучше бы включили.

* * *

Сцена Большого театра с декорациями оперы " Русалка ".

Князь начинает свою арию и публика замирает.

Ольга, стоя за кулисами, наблюдает за ним с горящими от восторга глазами.

— Великолепное бельканто, — раздается за ее спиной приятный мужской голос.

Ольга недовольно поворачивается.

Возле нее стоит красивый темноволосый мужчина с ярко-синими глазами в шикарном черном смокинге.

— Мой соперник, — он кивает головой в сторону сцены, — с таким голосом можно многого добиться. А почему я вас не знаю?

— Я недавно окончила консерваторию.

— И сразу в Большой?

— Если вы хотите сказать, что мне помогли, — вспыхивает Ольга, — то имейте в виду...

— Я только хочу сказать, — перебивает ее мужчина, — что у нас в театре острый дефицит красивых женщин, и я рад, что выпускники консерватории его ликвидируют. Позвольте представиться — Александр Алексеев.

— Ольга... — она заминается на секунду. — Семенова.

— Вы знаете, — продолжает Александр, не замечая ее заминки, — я почти год был на гастролях в Сибири, на Дальнем Востоке, поэтому почти не знаю ничего о наших закулисных делах. Поможете определиться ?

Ольга ничего не отвечает ему.

— Вот мой телефон, — Алексеев протягивает ей карточку, — надеюсь, что мы скоро снова встретимся.

— Если будет время, — сухо отвечает Ольга и идет в сторону гримерных.

— До встречи, — улыбается ей вслед Александр.

* * *

Унылый серый забор тянется вдоль тропинки с двух сторон.

Ольга в ватнике и разбитых сапогах бредет по ней, подгоняемая женщиной-конвоиром.

— Дура, ты, дура, — говорит конвоир Ольге, — в кои-то веки тебя, вшу поганую, для начальства спеть вызывают, а ты бредешь еле — еле, словно помрешь сейчас.

Ольга пытается идти быстрее, но спотыкается и падает в грязь.

— Вставай, гадина, — женщина бьет ее сапогом в бок, — опоздаем — с меня башку снимут!

Дрожащая Ольга поднимается и снова бредет вперед.

Забор кончается. Ольга и охранница выходят к двухэтажному каменному дому, у крыльца которого стоит несколько машин.

— Быстрее, — толкает конвоир Ольгу, — хоть физиономию умоешь.

* * *

Ольга в голубом платье размера на два больше ее сидит в маленькой комнате перед зеркалом. Маленький юркий человечек завивает ей волосы щипцами.

— Урода! — восклицает он. — Яка урода!

— Дякую, — улыбается она в ответ.

— Вы полька? — ахает он.

— Нет, пан, нет, — Ольга грустно качает головой, — знала нескольких поляков.

Неожиданно ее взгляд падает на стену. Она резко вскакивает и бежит к афише помещенной напротив зеркала. Человечек от неожиданности роняет щипцы.

На афише — крупный портрет и надпись " Солист Большого театра Александр Алексеев. Романсы. "

— Откуда ? — шепчет Ольга. — Откуда это у вас?

— Он выступал здесь когда-то, — растерянно отвечает ей парикмахер, — он чудесно пел. А вы знаете его ?

— Знала, — шепчет Ольга, прижавшись щекой к афише.

* * *

Большая комната казенного типа с длинными столами, уставленными едой. В углу — импровизированная сцена, сооруженная из разномастных досок.

За столами сидят военные. Веселье в самом разгаре.

Ольга стоит на сцене. Голубое платье подвязано черным поясом; темные локоны красиво уложены вокруг бледного лица. Седина в волосах выгодно оттеняет ее темные глаза. Она нерешительно смотрит на коротко стриженного военного в очках, хлопочущего у столов.

— Товарищи, — громко говорит он, — минуту внимания. Мы решили сделать вам небольшой подарок и пригласили певицу. Она исполнит русские романсы.

— Откуда артистка? — выкрикивает из — за одного стола подвыпивший грузный полковник.

— Из Большого театра, — серьезно отвечает ему человек в очках и делает Ольге знак петь.

Ольга судорожно вдыхает воздух и опускает голову.

— В лунном сияньи ночь серебрится, — раздаются первые слова романса. Мужчины за столами умолкают, но вдруг тот же полковник начинает подтягивать неплохим басом.

— Вдоль по дороге троечка мчится, — поют они на два голоса.

* * *

— Динь, динь, динь, — поет Василий, стоя у рояля в большой уютной комнате ,-

Колокольчик звенит. С молодою женой мой соперник стоит.

Ольга аккомпанирует ему на рояле.

— Василий Сергеевич, — в комнату заглядывает мать Ольги, — вас к телефону.

— Мама, — сердится Ольга, — ну просили же — не мешать.

— Из штаба звонят, — оправдывается мать, — говорят — очень срочно.

— Все правильно, Клавдия Тихоновна, — говорит Василий, выходя из комнаты, — в первую очередь работа, песни подождут.

— Мама, — взрывается Ольга, — сколько раз я тебя просила — не входи сюда пока мы вместе. Он же почти дома не бывает!

— Ну, Оленька, срочно же, — на глазах у матери показываются слезы.

— Прости меня, — Ольга обнимает ее, — я просто очень скучаю без него.

— Ладно, — мать быстро выходит из комнаты, уступая дорогу Василию.

— Олюшка, — Василий с виноватым видом обнимает ее за плечи, — вызывают.

— Опять! — Ольга сбрасывает его руки, — я словно и не замужем. Забыла, когда муж дома ночевал в последний раз.

— Сегодня вспомнишь, — смеется Василий, — сегодня дома буду ночевать. А пока — " труба зовет ".

— Она тебя всегда зовет, — Ольга сердито перебирает клавиши, — у тебя все в жизни важно кроме меня.

— Оля, — уже серьезно отвечает ей Василий, — не забывай, что я боевой офицер и служу своей Родине.

— Я ей тоже служу, — зло говорит Ольга.

— Твоя служба — песни петь, а вот льготами тебе я зарабатываю, — Василий тоже злится.

— Упрекаешь? — Ольга вскидывает брови. — Значит я — нахлебница?

— Оля, перестань, — Василий сам не рад ссоре, — давай не будем ссориться.

Ольга молчит.

— Ну, прости, — Василий становится на колени перед ней и преданно заглядывает в глаза, — мне от тебя совсем уходить не хочется, — он целует ее руки, — роди мне хлопца — вот радость тебе будет.

— Ну уж нет, — Ольга встает и идет к окну, — раз льготы у меня незаслуженные, надо мне самой на хлеб зарабатывать. Ты, значит, можешь любимой работой заниматься, а я — нет.

— Оля, причем здесь это? — удивляется Василий.

— Я — певица и карьера моя только начинается. Не до пеленок, — отрубает Ольга.

— Жаль, — Василий поднимается с колен, — ну я пошел.

— Возвращайся скорей, — говорит ему Ольга.

Василий подходит к ней и неловко целует в щеку.

— Постараюсь, — нежно отвечает он.

Ольга смотрит ему вслед, потом садится к роялю и снова наигрывает романс.

— Мой соперник стоит, — отстраненно напевает она.

* * *

Мужчины в военной форме, сидящие за столами, молчат.

Молчит и Ольга, прижав руки к груди.

— Браво, — раздается голос стриженого военного в очках. Он встает из-за стола и громко хлопает. Все поддерживают его.

Грузный полковник, подпевавший Ольге, тяжело поднимается и идет к ней с бутылкой водки в руках.

— Пей, — протягивает он бутылку Ольге, — со мной пей.

Ольга отступает к стене.

— Пей, — он начинает залезать на сцену, — хорошая ты баба, на брудершафт выпьем.

С этими словами он теряет координацию и тяжело сваливается с помоста. Стриженый и еще несколько военных бросаются поднимать его. Ольга, забившись в самый угол, с ужасом смотрит на эту сцену.

— Пусть пьет, — толстяк, расшвыряв всех снова тянется к Ольге.

— Выпей, — приказывает ей стриженый.

Ольга тихо опускается на колени, обхватывает голову руками и начинает громко выть, раскачиваясь из стороны в сторону. Мужчины молча смотрят на нее.

* * *

Просторная комната, отделанная дубовыми панелями. Посреди — круглый стол, уставленный винами и закусками, вокруг которого сидят несколько пар.

Мужчины одеты в военную форму, женщины — в нарядных вечерних туалетах.

Стеклянная дверь, ведущая из комнаты прямо в сад, приоткрыта. Ветер колышет занавески, а багровый закат отражается в поднятых бокалах с красным вином.

— Ну что, — рыжий мужчина в генеральской форме поднимается из-за стола, — выпьем за именинницу, — он поворачивается к Ольге, сидящей справа от него.

— Редко можно встретить женщину, соединяющую в себе ум, красоту и талант. В вас есть все, очаровательная Ольга Стефановна. За вас, Ольга!

— Спасибо, — Ольга отпивает глоток вина.

— Пьем стоя, — вскакивает муж Галины.

За ним поднимаются остальные мужчины.

— Теперь — танцы, — рыжий генерал протягивает руку Ольге, — Василий, друг, позволь пригласить твою богиню.

— Только один раз, — Василий шутливо грозит ему кулаком.

Ольга с генералом и еще несколько пар начинают кружиться под звуки патефона.

— Что, казаче, невесел ? — Галин муж садится рядом с Василием, наблюдая за танцующей Ольгой, — жена-то у тебя вон как хороша!

— Слишком хороша, — Василий опрокидывает рюмку, — народу вокруг нее много крутится стало.

— Ну что ты хочешь, — Андронов обнимает его, — она становится известной.

— А кому это надо, — вдруг со злобой в голосе произносит Василий, — сидела б лучше дома да детей рожала!

— Хорош гусь, — усмехается его собеседник, — обратно в царское время захотел? Бабу на привязь и из дома никуда?

— Против царского времени я сам воевал, — отвечает Василий, — а вот бабам мы и правда много воли дали.

— Что это ты так заговорил? — Андронов внимательно смотрит на него, — У вас нелады?

— Лады, — Василий поднимается и идет к граммофону, решительно выключает пластинку .

— Вася, — удивленно говорит Ольга, — зачем?

— Хочу стариной тряхнуть, — Василий выходит в центр комнаты, — А ну-ка спой нам "Барыню".

— Может потом, — Ольга оглядывается на гостей.

— Я тебя очень прошу — спой, — Василий произносит это мягким голосом, но с некоторой угрозой.

Ольга смотрит на него, потом начинает петь — сначала нехотя, затем все лучше и лучше.

Василий танцует, выкидывая немыслимые коленца. Гости аплодируют им.

В конце песни Василий вытаскивает в круг жену, заставляя ее лихо отплясывать.

Андронов внимательно наблюдает за ними.

* * *

— Еще раз повторим, — обрывает пение Ольги Федор Михайлович, — ошибка во втором такте. Соберитесь!

Ольга виновато кивает головой.

Дверь неожиданно открывается и на пороге показывается рыжий генерал , который был на даче у Ольги. Рядом с ним стоит низенький худенький человек.

— Вот она, — почти кричит человечек, — она точно подойдет!

— В чем дело, товарищ директор? — строго спрашивает Федор Михайлович, — мы работаем.

— Моя богиня, — весело говорит генерал, целуя Ольге руку, — вот я вас и нашел.

— Какими судьбами ? — улыбается ему Ольга.

— Я приехал вас украсть, — он поворачивается к возмущенному Федору Михайловичу, — простите, маэстро, но престиж Родины превыше всего.

— Ольга Стефановна, — торжественно говорит директор, — от имени коллектива Большого театра Союза СССР рекомендую вас для выступления в посольстве Италии. Вы должны...

— Вы должны, — перебивает его генерал, — немедленно пойти к парикмахеру и одеть свое самое лучшее платье.

— Федор Михайлович, — Ольга поворачивается к учителю.

— Идите, — сухо отвечает он, — я жду вас завтра ровно в восемь.

* * *

— Ночью нас никто не встретит, мы простимся на мосту, — Ольга замирает, допев романс.

Изысканно одетая публика, заполнившая маленький зал эпохи " классицизма ", взрывается аплодисментами.

— Bravo, — громко говорит пожилой темноволосый мужчина, поднимаясь со своего места, — bravissimo!

Он делает знак рукой и на сцену выносят огромную корзину алых роз. Ольга кланяется.

— Я, — продолжает мужчина с сильным акцентом, поднимаясь на сцену, — восторжен. Да, да — восторжен.

— Благодарю вас, господин посол, — Ольга пожимает ему руку.

Вслед за послом на сцену поднимаются другие зрители и окружают ее.

— Спасибо, спасибо, — пожимает она всем руки.

Рыжий генерал ловко пробирается к Ольге.

— Нам пора, господин посол, — он подхватывает Ольгу под руку.

— Но банкет, — удивляется посол.

— Нет, нет, благодарим вас, — генерал сильно сжимает Ольге руку, — госпоже Семеновой надо отдохнуть — вечером у нее еще одно выступление.

— Жаль, — качает головой посол, — надеюсь, что мы увидим вас снова.

— Благодарю за прием, — прощается с ним Ольга и идет вслед за генералом.

— Мой вам совет, — говорит генерал Ольге, проводя ее по роскошно обставленным комнатам. — без нужды не ходите на посольские фуршеты — здоровее будете.

— Приму к сведению, — отвечает она.

* * *

Василий с аппетитом ест борщ, сидя за круглым столом в просторной светлой кухне. Клавдия Тихоновна моет посуду. Хлопает входная дверь и нарядная Ольга вбегает на кухню.

— Здравствуйте, — она обнимает мужа за шею, — поздравьте меня! Я так пела сегодня — смотрите.

Шофер вносит на кухню корзину с розами.

— Спасибо, Миша, — говорит ему Ольга, — мама. Покорми его.

— Сейчас, сейчас, — суетится мать.

Василий смотрит на корзину, потом встает и выходит из кухни.

— Как я сегодня пела. — Ольга идет за ним, — вот просто получилось!

Василий входит в спальню и ложится на кровать, не сняв сапог. Ольга садится рядом с ним.

— Мне так хлопали, — Ольга ворошит волосы мужа, — Вася, ты меня не слушаешь? — наконец — то замечает она его реакцию. — Что ты ?

— Ничего, — цедит Василий, — мы с тобой вроде как в кино сейчас сидим.

— Ну прости, — Ольга обнимает его, — все так неожиданно случилось.

— Ты домой ведь заезжала, — отодвигается Василий, — могла бы и позвонить в штаб. Я едва вырвался.

— Волновалась перед выступлением, — Ольга начинает расстегивать платье, — не до тебя было.

— Не до меня, — Василий приподнимается на руке и внимательно смотрит на Ольгу, — и с каких пор тебе не до меня стало?

— Ну что ты к словам цепляешься? — Ольга ,скинув платье садится возле него, — не сердись, я правда забыла.

— О репетициях своих ты не забываешь, — Василий садится на кровати, — о выступлениях тоже, а вот о муже стала забывать.

— Ну что с тобой, — Ольга обнимает его, — что ты злишься?

— Я тебя дома уже не вижу, — отстраняется от нее Василий, — ты все поешь.

— Ну что поделать, — примирительно говорит Ольга, — профессия у меня такая.

— Главное в твоей жизни — не профессия, — в раздражении Василий встает.

— А что? — смеется Ольга, — Ты что ли?

Василий вздрагивает так будто бы его ударили.

— Понятно, — глухо говорит он и выходит из комнаты.

— Васенька, — Ольга бросается за ним, — прости, я не так сказала.

Она выбегает в коридор и оказывается перед захлопнувшейся входной дверью.

— Вася, — Ольга открывает дверь и выглядывает на лестницу, — вернись.

Слышно как внизу хлопает дверь подъезда.

— Мама, — Ольга бежит на кухню, — Михаил еще здесь?

— Нет, — отрывается мать от грязной посуды, — бутерброд взял и ушел.

— Уехал, — с горечью говорит Ольга, выглядывая в окно.

— Что-то случилось? — с тревогой спрашивает ее Клавдия Тихоновна.

— Ничего, мама, ничего, — Ольга выходит в коридор, — не волнуйся.

Она проходит длинный коридор из конца в конец, потом нерешительно подходит к телефону.

Берет трубку и набирает номер.

— Алло, — голос Ольги звучит нерешительно, — это Оля...

* * *

Где-то в глубине ресторана звучит тихая музыка. За столиком, на котором стоит букет пышных роз, сидят Ольга и Алексеев. Ольга задумчиво вертит в руках бокал шампанского.

— Вы произвели фурор в посольстве, — Александр поднимает бокал, — пьем за ваш успех?

— Зачем он мне нужен — успех? — грустно говорит Ольга.

— Нужен, — Александр чокается с ней , — и это только начало. У вас огромные возможности.

— А я не знаю, — неожиданно говорит Ольга, — вернее, теперь уже не знаю — хочу ли я петь.

— Хотите, — Алексеев внимательно смотрит на нее, — и всегда будете хотеть.

У вас есть дар божий — ваш голос; нельзя зарывать его в землю.

— Может лучше просто быть счастливой? — спрашивает Ольга.

— Вы не будете счастливой, если забросите свое дело, — Александр наклоняется к ней, — что-бы не случилось, Оленька, помните — вы талантливый человек, а я всегда готов помочь вам.

— Спасибо за поддержку, — улыбается Ольга.

— Вам спасибо за этот вечер, — Алексеев целует ее руку.

— Мне пора, — Ольга встает из-за стола.

— Так рано? — удивляется Александр.

— Вы забываете, что я замужем.

— Но все меняется, — Александр смотрит ей прямо в глаза, — не так ли?

— Мне пора, — отвечает Ольга, опустив голову.

* * *

— Очнулась, милая? — худенькая женщина средних лет наклоняется над Ольгой.

— Что случилось? — Ольга испуганно смотрит на нее и резко приподнимается на постели, но со стоном падает вниз.

— Били тебя сильно, — женщина с сочувствием смотрит на нее, — какая-то неприятность на вечере вышла, когда ты пела. Тебя к нам уже без сознания принесли...

— А где я? — Ольга с удивлением обводит глазами стены, оклеенные газетами.

— В изоляторе, — женщина поправляет подушку у нее под головой, — наш врач -Сергей Александрович — тебе даже швы на голову накладывал.

Ольга вздрагивает.

— Не бойся, не бойся, — пугается женщина, — ничего под волосами не видно.

— Зачем, — Ольга опускает голову, — зачем меня спасать надо было?! Я так надеялась, что они меня забьют!

— Нельзя так говорить, — женщина строго смотрит на Ольгу, — тебе Господь жизнь дал, Он ее и заберет, когда час твой настанет.

— Господь?

— Да, милая, — женщина осеняет себя крестным знамением, — все сейчас неверующие стали, забыли о том, что православные они.

— Я как-то очень далека от этого, — отстраненно говорит Ольга, — не думала о таких вещах. Вообще-то, Бога нет.

— Это тебя так в школе учили? — женщина с жалостью смотрит на нее, — А мать-то поди крестила тебя?

— Не знаю, — так же отстраненно продолжает Ольга, — не интересовалась. Ладно, ерунда все это. Не хочу я больше жить.

Она закрывает глаза.

— Поспи еще, — женщина бережно укутывает ей ноги, — легче будет.

* * *

— Оля, ты готова? — Василий стоит в коридоре, поглядывая на часы, -Опаздываем!

— Васенька, — растерянная Ольга выглядывает из комнаты с кофточкой в руках, — может все-таки не поедем?

— Ты снова за свое принялась? — злится Василий.

— У меня конкурс скоро — я не успею подготовиться.

— Ольга, — Василий очень зол, — мне отпуск один раз в год дают. Извини, что в штабе не учитывают твои конкурсы.

— Как же быть? — вздыхает Ольга.

— Собираться, — отрезает Василий, — и не забыть взять купальник. Через пять минут жду тебя у подъезда.

Он выходит. Расстроенная Ольга смотрит ему вслед.

* * *

Шумит море. Ольга и Василий медленно спускаются по лестнице к берегу.

Ольга останавливается и смотрит на клумбу с роскошными розами.

Василий усмехается, перехватив ее взгляд.

— Еще помнишь? — он берет ее за руку.

— Помню, — Ольга улыбается ему в ответ, — желтая роза...

— Хочешь сейчас букет тебе нарву, — Василий делает движение в сторону клумбы, но жена останавливает его.

— Не надо, Вася, — грустно отвечает она, — не войдешь дважды в одну и ту же реку.

Василий внимательно смотрит на нее.

— А может попробуем, а? — он неожиданно берет ее на руки и быстро бежит обратно к санаторию.

— Перестань, — отбивается Ольга, — люди смотрят.

— Пусть завидуют, — отрезает Василий.

Лицо Ольги очень напряжено.

* * *

— Так сложились обстоятельства, — Ольга и Федор Михайлович стоят в вестибюле Большого театра. Зеленое платье выгодно оттеняет южный загар Ольги, — мужу неожиданно дали отпуск...

— Вы даже никого не предупредили, — сухо отвечает ей учитель, — просто исчезли на две недели.

— Не успела, — Ольга теребит кружева на платье, — простите, я вас подвела.

— Вы подвели прежде всего себя! Вас хотели ставить в " Севильского цирюльника" — Розиной — а вы решили отдохнуть.

— Неужели это правда? — с отчаянием в голосе спрашивает Ольга, — И уже ничего нельзя сделать?

— Можно, — Федор Михайлович все еще сердится, — можно начинать репетировать. По настоянию Алексеева роль за вами утверждена.

— Он тоже поет?

— Альмавиву, — Федор Михайлович направляется к выходу, — извольте завтра не опаздывать.

— Не опоздаю, — громко говорит ему вслед Ольга, чему-то загадочно улыбаясь.

* * *

— Ольга, — голос Алексеева обрывает пение Ольги, — остановитесь.

— Что случилось? — раздраженно спрашивает Ольга .

— Вы поете так, словно вас кто-то заставляет, — Алексеев подходит к Ольге, стоящей возле рояля в репетиционном зале.

— Странное замечание, — холодно отвечает Ольга.

— Оля, — Александр берет ее за руку, — вы не испытываете ко мне никаких чувств!

— К вам? — удивляется Ольга.

— Да ко мне, — серьезно отвечает он, — к вашему законному мужу, который решил изменить вам со служанкой.

— Ах вот вы о чем, — вздыхает Ольга.

— Нельзя петь не чувствуя того о чем ты поешь! — Александр начинает

немного сердиться. — Почему я вам открываю эти истины сейчас?

— Вы решили меня воспитывать? — глаза Ольги сужаются.

— Я решил петь с талантливой партнершей, — отвечает Александр, наклоняясь к Ольге, — и выжать из этого партнерства все по максимуму!

— Давайте петь, — Ольга отстраняется от него.

— Давайте, — соглашается Александр, — только не забудьте — я ваш обожаемый супруг!

— Не забуду, — усмехается Ольга.

* * *

— Где же Михаил ? — Ольга смотрит на часы. — Уже три!

— Здравствуйте, — из остановившейся машины выходит знакомый нам рыжий генерал.

— Здравствуйте, — весело отвечает Ольга, — снова приехали меня похищать?

— Вы не ошиблись, — смеется он, — римлянам вы пели, теперь вас ждут греки.

— Как -то все очень неожиданно, — мнется Ольга, — надо Василию позвонить...

— Василий простит, — генерал помогает Ольге сесть в машину.

— Я совсем не готова, — пытается сопротивляться Ольга, — и у свекрови сегодня день рождения. Вася просил пораньше прийти.

— Вы всегда должны быть готовы, — смеется генерал, — вам теперь часто придется услаждать слух иностранных гостей, а домой вы успеете. Мы быстро — сели, спели и домой.

* * *

За окнами темно. Стрелки часов в спальне показывают десять часов.

— Как же я устала! — Ольга ,не раздеваясь, падает на кровать.

— Ничего, — равнодушно отвечает Василий, уткнувшийся в книгу, — чайку попьешь и отойдешь.

— Васенька, — Ольга дергает мужа за рукав, — ты не обиделся?

— Я уже устал обижаться, — Василий не отрывается от книги.

— Я не хотела ехать — меня почти силой увезли.

— Да, да, — не глядя на нее отвечает Василий.

— Ну я же позвонила. — Ольга обнимает мужа. — Как вы посидели?

— Нормально.

— А ты не хочешь меня спросить как я спела? — продолжает подлизываться Ольга.

— Думаю, что хорошо, — Василий с явным недовольством отрывается от чтения, — ты всегда хорошо поешь.

— Не просто хорошо, — мечтательно говорит Ольга, глядя в потолок, — а прекрасно! Мне редко удается так чисто петь.

— Поменьше бы тебя таскали в разные места, — Василий снова глядит в книжку.

— Ну почему, — Ольга садится на кровати, — мне нужна популярность.

— Ну нужна так нужна, — Василий явно не слышит ее.

— Ты не настроен со мной разговаривать? — Ольга внимательно смотрит на него.

— Я занят, — Василий даже не поворачивается к ней.

— Не буду тебе мешать, — холодно говорит Ольга, снова откидываясь на кровать.

В коридоре звонит телефон.

Ольга медленно поднимается и выходит из спальни.

— Алло, — берет она трубку.

— Оленька, — в трубке раздается голос Алексеева, — это Саша.

— Добрый вечер, — преувеличенно вежливо говорит Ольга.

— Я узнал, что вы сегодня пели в посольстве. Хочу вас поздравить с очередным успехом.

— Спасибо, — так же вежливо отвечает Ольга.

— Я отменил репетиции на неделю — сказался больным, так что можете всю неделю посвятить конкурсу.

— Это так кстати, — с чувством говорит Ольга, — Федор Михайлович уже со мной просто не разговаривает. Я совсем забросила конкурсную программу.

— Оля, — продолжает Александр, — я хотел извинить за сегодняшнюю вспышку. Иногда — во время работы — я бываю груб.

— Ничего, ничего, — смеется Ольга, — я прощаю.

— Готовьтесь, Оленька, — прощается Александр, — буду болеть за вас.

— До встречи, — Ольга кладет трубку и задумчиво смотрит на телефон, потом решительно встряхивает головой и возвращается в спальню.

— Не сердись на меня, — она присаживается рядом с мужем, — я не хотела тебя обидеть.

— Ты не меня обидела, а маму, — Василий резко садится, — она, конечно, давно привыкла, что я к ней один в гости приезжаю, но сегодня...

— Вася, это же работа!

— И у меня работа, — Василий встает и начинает ходить по комнате, — посерьезнее твоей! Я хочу домой прийти и чтобы меня там ждали, понимаешь?!

Он с надеждой смотрит на Ольгу.

— Нет, не понимаю, — горячо отвечает она, — не понимаю чем тебя моя мама не устраивает? Она кормит тебя что ли плохо? Ну хочешь — собаку заведем — пусть ждет.

Василий опускает голову.

— Собаку, — повторяет он и выходит из спальни.

— Вася, — Ольга делает попытку идти за ним, но остается на кровати, — Вася, у меня нет сил с тобой ругаться. — она закрывает глаза.

— Завтра помиримся, — шепчет она сквозь дрему.

* * *

— Ольга Стефановна, — рыжий генерал заглядывает в репетиционный зал, — англичане ждут.

— Федор Михайлович, — Ольга смотрит на своего учителя, который стоит у окна, спиной к ней, — это не моя вина.

— Вы провалитесь, — сухо отвечает Федор Михайлович.

— Я не могу отказаться!

— Не ругайте мою богиню, — генерал берет Ольгу под руку, — она Родине служит.

— Федор Михайлович! — Ольга подходит к учителю, — Завтра я готова репетировать с шести утра.

— В шесть утра театр еще закрыт, — Федор Михайлович даже не поворачивается к Ольге.

— Значит буду петь дома!

— Мы опаздываем, — генерал тянет Ольгу за собой.

— Я вас не задерживаю, — сухо говорит Федор Михайлович.

— Завтра я приду в восемь, — решительно говорит Ольга.

— Хорошо, — учитель так и не поворачивается, — до завтра.

* * *

— Нам пора, — говорит генерал Ольге.

Они сидят у роскошно накрытого стола в окружении нарядной публики.

— Нет, нет, — элегантный господин в очках с золотой оправой подходит к Ольге, — мы не отпустим госпожу Семенову.

— Простите, мистер Ревел, — генерал поднимается из-за стола, — нас ждет машина.

— Мы доставим госпожу Семенову домой, — англичанин говорит по-русски очень чисто, — нас еще ждет кофе в голубой гостиной.

— Нам пора, — генерал берет Ольгу под руку.

— Мы будем слушать новые записи выдающихся певцов, — Ревел садится рядом с Ольгой, — их на днях привезла из Лондона моя жена.

— Может останемся? — Ольга с надеждой смотрит на генерала.

— А потом — после обеда в зеленом зале — будет просмотр нового фильма. Первый раз в Москве, — Ревел продолжает искушать Ольгу.

— Пожалуй, я останусь, — нерешительно говорит она.

— Вам завтра на репетицию, — предупреждает ее генерал.

— Уже в девять вы будете дома! — уверяет англичанин Ольгу. — Доставьте нам удовольствие, останьтесь.

— Ну, я поеду. — генерал отпускает руку Ольги, — вы остаетесь?

— Да, — решительно говорит Ольга.

— Хорошо, — он собирается уходить, — только не забудьте о своем здоровье. Прощайте.

— Вы больны? — удивляется англичанин.

— Нет, — Ольга расстроена, — он боится, что я устану — слишком много работаю.

— Мы сделаем все, чтобы вы хорошо отдохнули, — Ревел ведет ее к дверям, — после кофе будут танцы. Я приглашаю вас как говорят русские "открыть бал".

* * *

— Оля, — Василий трясет жену за плечи, — уже семь.

— Ну подожди, — сонная Ольга прячется от Василия под одеяло.

— Ты просила разбудить тебя.

— Не надо меня будить, — Ольга отворачивается от мужа, — я спать хочу.

— И я бы хотел, — рассудительно говорит Василий, — если бы в четыре утра лег. Тебе вроде куда-то идти надо было срочно.

— Не помню, — Ольга говорит не открывая глаз, — не пойду никуда.

— Ну значит не срочно, — Василий встает, одергивая гимнастерку, — спи тогда дальше, — он выходит из комнаты.

Ольга сладко посапывает в кровати.

* * *

Ольга в сбившемся набок платье вбегает в вестибюль Большого театра.

— Где-то пожар? — весело спрашивает ее идущий навстречу Алексеев.

— Сколько время? — спрашивает запыхавшаяся Ольга.

— Два часа, — Александр встревожено смотрит на Ольгу.

— Вы видели Федора Михайловича? — Ольга сильно нервничает.

— Еще утром — часов в двенадцать. Он выходил из театра и был чем-то расстроен.

— Расстроен, — Ольга, заметив непорядок в одежде, поправляет платье, -

завтра он еще больше расстроится, когда я провалюсь!

— На репетицию опоздали? — понимающе кивает головой Александр.

— Скорее не пришла, — Ольга вдруг садится на ступеньку и закрывает лицо руками, — это конец.

— У вас большая программа? — спрашивает Александр.

— У меня нет программы! Ничего не готово

— Идемте, — Александр берет ее за руку, — попробуем что-то сделать.

* * *

Ольга стоит на сцене и, волнуясь, сжимает руки.

В зале сидит несколько человек. Над сценой плакат : " Привет участникам V Всероссийского конкурса молодых певцов".

— Соловей мой, соловей

Голосистый соло... — в этот момент голос Ольги дрожит и срывается.

— Соло... — снова пытается спеть Ольга — и голос опять не слушается ее.

Она вскрикивает и убегает со сцены. Федор Михайлович встает из — за рояля и идет за ней.

— Следующий номер, — слышен голос из зала.

— Ольга, — учитель догоняет ее, — в этом провале виноваты только вы. Эти поездки по посольствам, это нежелание заниматься...

— Да, — Ольга не слушает его, — я знаю, простите...

Она убегает от него и скоро оказывается на лестничной площадке.

— Оля, — запыхавшийся Алексеев обнимает ее за плечи, — быстро же вы бегаете!

— Не надо, — Ольга отстраняется от него, — не хочу никого видеть!

Она плачет.

— Вы просто устали, — Алексеев гладит ее по голове, — все бывает — и провалы тоже.

— У меня везде провал, — кричит Ольга, — я уйду из театра.

— Хватит, успокойтесь, — Александр поворачивает ее к себе, — слезы вам не идут.

— Я уйду она хочет вырваться, но Алексеев обнимает ее.

— Никуда я тебя не отпущу, — говорит он, целуя ее в губы.

* * *

За длинным столом в комнате, увешанной картами и схемами, сидит Василий в окружении военных разных рангов.

— Перерыв, — объявляет рыжий генерал, — пять минут на курение.

Мужчины встают, с шумом отодвигая стулья.

— Василий, можно тебя, — обращается генерал к Семенову.

Василий садится рядом с ним.

— Вася, — генерал серьезно смотрит на него, — следи за женой.

— А что такое? — удивляется Василий.

— Ты ее дома не кормишь что ли? — так же серьезно говорит генерал. — Почему она все в посольствах обедает?

— Но ты ведь сам ее...

— Я ее просил здоровье поберечь, попроси и ты.

— Хорошо, — угрюмо отвечает Василий.

— Вот и славно, — генерал встает, — перерыв окончен. Прошу садится, товарищи.

Мужчины снова занимают места.

* * *

На кухне Семеновых у стола стоит миловидная девушка лет восемнадцати в зеленом фартуке и умело шинкует капусту. Клавдия Тихоновна возится у плиты, что-то помешивая в кастрюле.

— А как золовка моя, Дарья, родила? — не поворачиваясь спрашивает она девушку.

— В Петров день, — звонко отвечает та, — мальчика, Васеньку.

— Хорошее имя.

— Они его, Клавдия Тихоновна, в честь Василия Сергеевича назвали, — девушка откидывает серые кудряшки со лба, — вроде бы почти родня маршалу.

— Ишь куда полезли, — в раздражении Клавдия Тихоновна отталкивает от себя кастрюлю, расплескав воду, — родственнички нашлись!

— И мама им также сказала, — поддакивает ей девушка, — мы, мол, и то себя за родню не считаем.

— Ну это ты брось, — Клавдия Тихоновна сердится еще больше, — Анастасия мне сестра родная, а ты — племянница, так что ...

— Мама, — на кухню входит Ольга в шелковом платье абрикосового цвета, — я на прием. Буду поздно.

Она поворачивается и смотрит на девушку.

— Оленька — это Маша, твоя двоюродная сестра. Дочь тети Насти.

— Маша? — Ольга подходит к девушке и целует ее в щеку. — Здравствуй, Маша.

Ты погостить к нам?

— Нет, — сестра заметно смущается, — я в институт поступила...

— Она в общежитии живет, — продолжает за нее Клавдия Тихоновна, — можно я ее приглашать иногда буду?

— Ну о чем ты спрашиваешь! — Ольга пытается застегнуть расстегнувшийся браслет. — Живи здесь, сестренка.

— Давайте я помогу, — Маша быстро застегивает браслет.

— Спасибо, — Ольга идет к дверям, — буду поздно.

— Какая же она красивая , — восхищенно шепчет Маша ей вслед.

— Не отнимешь, — гордо отвечает тетка, — но ты тоже хорошенькая.

Маша вздыхает и снова шинкует капусту.

Раздается телефонный звонок.

— Возьми трубку, — просит Клавдия Тихоновна.

Маша быстро выбегает в коридор и берет трубку.

— Алло. Нет, Оля уехала и будет поздно. Да передам — Алексеев. До свидания.

Слышится звонок в дверь. Маша быстро распахивает ее перед Василием и в испуге отступает назад.

Василий проходит в прихожую, расстегивает шинель.

— Откуда ты взялась? — спрашивает он Машу.

— Из общежития, — робко отвечает она.

— А почему, — Василий садится и с кряхтением стаскивает сапоги, — почему ты из общежития в мою квартиру приехала?

— Я — сестра Оли, то есть Ольги Стефановны, дочка Анастасии, — Маша теребит край фартука.

— Значит Анастасии, — Василий поднимается, оправляя гимнастерку, — а если ты дочка Анастасии, то можно дверь перед каждым распахивать, не спросив, кто это.

— Ой, простите. — на глазах у Маши показываются слезы, — я пойду.

Она быстро выскакивает, хлопнув дверью.

— Что это за воробей? — спрашивает Василий, входя на кухню.

— Здравствуйте, Василий Сергеевич, — Клавдия Тихоновна быстро начинает собирать капусту со стола, — это вы про Машу? А где она?

— Убежала. Меня, видно, испугалась.

— Сробела, — тепло улыбается теща, — да и как не сробеть — сам маршал легендарный.

Клавдия Тихоновна ставит перед Василием тарелку с борщом и снова начинает колдовать над плитой.

— Ох и хорошо же у меня теща готовит, — Василий с аппетитом уплетает борщ, — а где Оля?

— В посольстве.

— Где? — Василий бросает ложку в тарелку и вскакивает. — Говорили же ей...

— Что говорили? — встревожено спрашивает теща.

— Вместо того, чтобы по посольствам бегать, — раздраженно говорит Василий , — поучилась бы лучше у вас борщ варить.

Василий выходит из кухни. Клавдия Тихоновна, явно волнуясь, начинает убирать со стола.

* * *

Небольшой уютный зальчик с декором эпохи модерна. Роскошный камин из белого мрамора гармонирует с изящным орнаментом из лилий, украшающим стену. Огромная хрустальная лампа в центре зала отражается в огромном зеркале, освещая Ольгу, поправляющую волосы.

— Нам бы такую прелесть в гостиную, — мечтательно говорит ей Галина Андронова, рассматривая хрустальные подвески лампы.

— Да, — улыбается Ольга, — с вашими потолками... — она прерывает фразу, заметив в зеркале идущего к ним высокого голубоглазого блондина с аккуратными усиками.

— Кто это? — спрашивает она.

— Ты о ком? — оглядывается Галина и улыбается мужчине. — Знакомьтесь, пан Лукасевич, это та самая Ольга Семенова, которой вы так восхищались на приеме у итальянцев.

— Войцех, — Лукасевич нежно целует руку Ольги, — полномочный представитель Польши.

— Рада познакомиться.

— У вас необыкновенный голос, — продолжает Лукасевич, — он очаровывает не меньше, чем ваши глаза.

— А вы поэт, пан Лукасевич, — смеется Ольга, — но простите, мне надо идти. Я обещала помочь в лотерее.

— Обязательно куплю у вас несколько билетов, — Лукасевич провожает Ольгу глазами и поворачивается к Гале.

— Познакомились ? — ревниво спрашивает она. — Теперь все внимание ей?

— У нее чудесный голос, — улыбается ей Войцех, — а у Галеньки чудные глазки и губки и ручки.

— Невозможно на тебя сердиться, — качает Галина головой, — пойдем танцевать.

Войцех берет ее под руку и ведет к выходу из зала.

— Тебе снова надо торопиться домой? — спрашивает он.

— О, нет, — Галя довольно улыбается, — мой Андронов в Хабаровске. Изучает береговые укрепления.

Они входят в большой зал, облицованный зеркалами, в котором под звуки вальса кружатся пары.

— Подождем начала вальса? — Войцех сажает Галину у стены возле блондина в синем костюме с рюмкой в руках.

— Значит ты свободна? — он обнимает ее за плечи.

— Всего две недели, а потом уезжаю к мужу.

— Гуляем! — Лукасевич еще нежнее обнимает Галину

— Да, — рассеянно отвечает она, — пока он в Хабаровске, укрепрайоны инспектирует.

— Ха- ба- ровск, — медленно выговаривает Войцех и смеется, — я хорошо знаю русский, но многие слова меня удивляют.

— Что тут удивительного, — обижается Галина, — хороший город.

— Пойдем танцевать, милая.

Галя надувает губки, но идет вслед за ним. Они начинают кружиться среди пар.

Блондин медленно ставит рюмку на стол, достает маленькую книжечку и что-то быстро записывает.

* * *

Ночник освещает спящего Василия.

Стараясь не шуметь, входит Ольга и присаживается на пуфик возле зеркала и долгим взглядом смотрит на мужа, словно что-то пытается понять.

Отворачивается к зеркалу, медленно начинает расчесывать волосы.

Снова смотрит на Василия.

Подходит к мужу, присаживается на край кровати и протягивает руку к его волосам, словно хочет поерошить их, но потом отводит руку.

Встает и, не оборачиваясь, выходит из спальни.

* * *

— Красивая ты, Оленька, — худенькая женщина с любовью смотрит на Ольгу, расчесывающую свои посеребренные сединой волосы.

— Была, — Ольга с грустью смотрит в зеркало.

— И сейчас красивая, — вздыхает женщина, — поэтому тебе здесь трудно.

— Здесь всем трудно, — вздыхает Ольга, — только тем сволочам, которые нас сюда засадили легко, — с неожиданной злостью говорит она.

— Не надо так говорить, — мягко отвечает ей женщина, — не осуждай никого.

— Мне на допросе сказали, — с надрывом в голосе отвечает Ольга, — что мой муж против меня показания дал. Я его ненавижу, я просто сделать ничего не могу!

— Разве там правду говорят? — женщина садится рядом с Ольгой, — мне говорили, что на меня сестра моя духовная донос написала, а я даже думать про это не хочу. Быть такого не может.

— Может, — Ольга с интересом смотрит на женщину, — а что значит духовная сестра?

— По вере сестра, по духу, — женщина о чем-то вспоминает, — нас с матушкой Софьей постригали вместе.

— Постригали?

— Я — монахиня. В Новодевичьем была, пока его не разорили, потом в Суздаль уехала, там меня и арестовали.

— Монахиня? — Ольга во все глаза смотрит на женщину. — В нашей стране — монахиня?

— Есть еще те, кто Бога не забыл, — качает головой женщина, — помяни мое слово, Оленька, вспомнят еще о Господе.

Ольга с удивлением смотрит на нее.

— А откуда вы мое имя знаете? — настороженно спрашивает Ольга.

— Из карточки твоей, — смеется женщина грудным смехом, — думала — я мысли читать умею?

— А вас как зовут?

— Матушкой Серафимой звали, а ты зови Симой.

Ольга молчит.

— Ну, отдыхай, — Сима встает, — позови если что надо будет.

— Не осуждать, — вдруг громко с ненавистью произносит Ольга, — если бы вы знали как я жила, что потеряла...Ненавижу их всех, — кричит она в истерике, -

пусть подохнут как собаки!

Сима обнимает ее за плечи, но Ольга вырывается и бьется в рыданиях.

* * *

К желтому "сталинскому " дому с белыми колоннами направляются две девушки с короткими стрижками и комсомольскими значками на груди,

которых мы когда-то давно видели у консерватории.

Их обгоняет черная машина ,осторожно сворачивающая в арку большого дома.

Девушки сворачивают в ту же арку.

Из машины, остановившейся у центрального подъезда, выходит Ольга в элегантном белом костюме. Ее рука в лайковой перчатке сжимает небольшой букет фиалок.

— Михаил, — устало говорит она шоферу, услужливо раскрывшему перед ней дверцу машины, заедешь за мной в пять.

Ольга исчезает в подъезде.

Машина с ревом проносится мимо девушек, восхищенно смотрящих на закрывшуюся дверь.

— Муся, — с восторгом говорит сероглазая толстушка своей спутнице, — ты узнала — это Ольга Семенова!

— Узнала! — восклицает Муся, — Семенова! Жена маршала!

— Я ее в " Снегурочке " видела, — продолжает толстушка, — она так поет!

— Жена самого маршала! — еще раз восторженно произносит Муся.

* * *

— Вася, — Ольга с фиалками в руках заходит в большую комнату, — ты дома?

Василий стоит спиной у окна и курит сигарету.

— Почему ты не отзываешься? — Ольга ставит фиалки в вазу, — И почему ты дома так рано?

— А ты бы предпочла вообще меня дома не видеть? — говорит Василий, не

оборачиваясь.

— Это твой дом, — Ольга хочет уйти.

— А где твой дом? — Василий поворачивается и в упор смотрит на Ольгу.

— Мой, — Ольга проводит пальцем по крышке рояля, — наверное, в театре.

— Оля, — Василий подходит к ней, — что с нами случилось? Куда любовь-то делась?

Ольга молчит, едва заметно отдвигаясь от Василия.

— Оля, — Василий полуобнимает жену за плечи, — плюнь ты на свой театр, роди мне ребенка — и будем жить как все...

— Не будем, — Ольга в упор смотрит на мужа, — я не смогу " как все". Главное для меня — работа.

— А я? — спрашивает Василий.

Ольга ничего не отвечает.

— Как жить дальше будем? — спрашивает Василий, отходя от жены к окну.

— Решай сам.

— Вот как, — Василий закуривает, — думаешь, что больше ничего у нас не получится?

— Думаю, — еле слышно говорит Ольга.

— Подумай еще, — Василий идет к дверям, — не принимай скоропалительных решений. И еще, — он останавливается у двери, — побереги себя — поменьше ходи по посольствам.

— А в чем дело? — удивляется Ольга.

— В том, что не стоит советской артистке слишком часто бывать у наших врагов.

— Они же не враги!

— Будь поосторожнее, — с этими словами Василий выходит из комнаты.

Ольга, глубоко задумавшись, смотрит куда-то вдаль.

* * *

Ольга с расстроенным лицом быстро идет по коридору театра.

— Ой, — вскрикивает она, столкнувшись с Александром, — а я к тебе, — она

замолкает, увидев его лицо.

Александр мертвенно бледен.

— Саша, — Ольга с испугом смотрит на него.

— Все в порядке, Олюшка, — весело улыбается Александр, — это я перепел

вчера.

— Перепел или перепил ? — лукаво улыбается Ольга.

— Просто давно тебя не видел, — Александр притягивает ее к себе, — ты когда ко мне приедешь?

— Милый, — Ольга опять с тревогой смотрит на него, — что все-таки случилось?

— Просто я влюбился, — шепчет Алексеев, — безнадежно влюбился в тебя,

— По-моему, — Ольга прижимается к нему, — твоя любовь совсем не

безнадежна.

— Очень на это надеюсь, — он целует ее волосы.

— Какие же у нас будут красивые дети! — восклицает Ольга.

— Да, Оленька, — в лице Александра что-то меняется, — у нас будет все, как ты

хочешь.

Ольга прижимается к нему, не замечая странного выражения его лица.

* * *

— Первый раз сама поела, — Сима заходит в комнату лазарета, в которой лежит Ольга, — вот молодец, — она забирает у Ольги пустую железную миску.

Бледная Ольга сидит на кровати, старательно дожевывая кусочек хлеба.

— Все равно тебя кормить насильно будут, — Сима ловко убирает комнату, — не дадут умереть.

— Захочу — умру, — отрезает Ольга.

— Ты, милая, — Сима помогает Ольге улечься поудобнее, — словами-то не греши. Тебе Господь жизнь дал, Он ее и обратно заберет в свое время.

— Жизнь мне мать дала, — равнодушно отвечает Ольга, — а отнять ее любой может.

— Нет, — качает головой Сима, — на все есть воля Божия.

— А ты здесь почему? — с иронией спрашивает Ольга. — Тоже по его воле?

— Конечно, — спокойно отвечает она, — может это мне наказание за грехи, а может — испытание.

— Не понимаю я тебя, — Ольга начинает проявлять интерес к беседе, — твой Бог такой жестокий?

— Бог милосерден. Никогда не даст такого креста, чтобы вынести его

невозможно было.

— Почему я должна крест нести? — Ольга начинает повышать голос. — Почему

мой муж не страдает?

— Неисповедимы пути Господни, — мягко отвечает ей Сима, — у каждого свое

счастье и свое страдание.

— Я только из-за ненависти живу, — говорит Ольга все громче и громче, — всех

ненавижу, всех.

— Успокойся, — Сима старается уложить ее, — у тебя опять истерика будет.

— Вот узнаю, что мой муж подох, тогда успокоюсь! — вскрикивает Ольга, в

изнеможении падая на подушку.

— Не волнуйся, — Сима заботливо укутывает ее ноги одеялом, — тебе вредно

волноваться. Поспи лучше, а я пойду. К нам женщину вчера принесли — она

бежать хотела.

— Зачем? — отстраненно спрашивает Ольга. — Лучше здесь помереть.

— Дети у нее одни остались. Два малыша... К ним она бежала.

— Сильно ее избили? — Ольга закрывает глаза.

— Кровавое месиво, — тихо отвечает Сима.

— Ненавижу людей, — медленно говорит Ольга, — ненавижу.

— Не надо так говорить, — останавливает ее Сима, — людей любить надо — и тебя тогда полюбят. Ведь любили тебя?

Ольга ничего не отвечает.

— Ну спи, — Сима тихо выходит из комнаты.

Ольга, закрыв лицо руками, тихо стонет.

* * *

На широком мраморном подоконнике лежат ветки сирени. Тюль,

заслоняющий распахнутое окно, едва колышется от легкого ветерка.

Ольга в цветастом летнем платье сидит у столика и перебирает ноты.

Входит Алексеев с подносом, на котором стоят две чашечки, кофейник и

тарелка с пирожными. Он ставит поднос на стол, начинает разливать кофе.

— Сашенька, милый, — Ольга обнимает его за пояс, мешая ему, — как мне

хорошо с тобой.

— Олечка, кофе разолью, — Александр пытается отстраниться от нее.

— Поцелуй меня, — просит Ольга.

Александр садится на пол возле нее и нежно целует ее руки.

— Саша, когда мне можно будет переехать к тебе? — спрашивает Ольга.

— Ого, — смеется он, — вопрос ребром!

— Тебе неприятна моя навязчивость? — сухо спрашивает Ольга.

— Оля, — Александр встает и отходит к окну, — ты сама понимаешь, что

говоришь глупости. Неприятных мне женщин здесь не бывает.

— А много их здесь было? — лукаво спрашивает Ольга.

— Достаточно, — Саша смотрит на нее, — но остаться навсегда я предлагаю

только тебе.

— Предлагаешь? — Ольга с надеждой смотрит на него.

— Да, — решительно говорит он, — но только не сейчас.

— Понятно, — Ольга отворачивается от него.

— Оля, — Александр снова садится возле нее, — у меня небольшие проблемы.

Как только я с ними справлюсь, мы поженимся.

— Что-то серьезное? — Ольга поворачивается к нему.

— Всякая ерунда, — беззаботно машет он рукой, — мелкие дела.

— Брось все свои дела, — ласкается к нему Ольга.

— Позволь мне самому решать когда и что я должен бросить, — шутливо, но

достаточно твердо говорит Саша.

— Ладно, мне пора, — Ольга отстраняется от него, — сегодня прием.

— Ольга, — голос у Александра становится встревоженным, — не слишком ли ты

зачастила к полякам?

— А ты ревнуешь? — смеется Ольга.

— Дело не в ревности, — Александр встает, — твой Лукасевич...

— Он не мой! — Ольга злится, — Это Галька, чтобы себя прикрыть слухи

распускает. Сама с ним шашни крутит, — Ольга вдруг заливается слезами.

— Оленька, — Саша встревожено обнимает его, — что ты, девочка моя?

— Я боюсь, Саша, боюсь, — Ольга прижимается к нему, — что-то происходит

неладное...

— Ничего, милая, ничего, — Саша гладит ее волосы, — я очень люблю тебя.

Ольга поднимает заплаканное лицо и крепко целует его в губы.

* * *

Ольга сидит за роялем в большой комнате и рассеянно перебирает клавиши.

Слышен звонок телефона.

Ольга стремительно вскакивает и бежит в коридор, берет трубку, оттолкнув удивленную Машу.

— Алло, — она явно разочарована, — нет. Его нет дома.

Ольга кладет трубку.

— Я сама буду подходить к телефону, — говорит она Маше.

— Хорошо, Оля, — Маша уходит на кухню.

Ольга возвращается к роялю, пытается что-то играть.

Встает, подходит к окну и задумчиво смотрит во двор. Где -то вдалеке звенит трамвай. Ольга вздрагивает, прислушивается, но звонка больше нет. Она снова смотрит в окно.

— Олюшка, — в комнату заглядывает Клавдия Тихоновна, — тебе какое платье

гладить?

— Серое, — не оборачиваясь отвечает Ольга.

— Отчего же серое ? — удивляется мать, — оно ведь такое унылое. Одень чего-

нибудь поярче.

— Нет, мамочка, нет — отвлеченно говорит Ольга, — хочу серое.

— Ну серое так серое, — мать выходит .

— Маша, — слышится ее голос из коридора, — поставь утюг, Машенька.

Снова звенит телефон. Ольга бросается к аппарату.

— Я слушаю, — голос ее дрожит от волнения, — кто? Да, Федор Михайлович,

скоро буду.

Из кухни выходит Маша с мусорным ведром в руках.

— Машенька, — ласково говорит Ольга, — если мне кто-нибудь будет звонить,

ты все запиши, хорошо.

— Запишу, — Маша одевает туфли, собираясь выносить ведро.

— Только обязательно запиши и спроси — кто.

Ольга подходит к Маше и гладит ее серые кудряшки.

— Что ты у нас как домработница трудишься? — спрашивает она . — Сходила

бы лучше погуляла.

— Да нет, — быстро отвечает Маша, — я сама хочу тете Клаве помочь. Я

привыкла все по дому делать.

— Ты лучше гуляй, пока молодая, — рассеянно говорит Ольга, отворачиваясь

от нее и направляясь в комнату, — тебе замуж выходить надо.

— Хорошо, — Маша смотрит ей вслед и выходит из квартиры.

* * *

Ольга в глухом сером платье стоит у рояля в репетиционном зале, барабаня пальцами по его крышке.

— Вам нужен еще один провал ? — кричит Федор Михайлович, в волнении

пересекая комнату из угла в угол.

— Не нужен, — спокойно отвечает Ольга.

— Тогда почему вы не работаете? — еще сильнее кричит маэстро. — Почему не

выучили свою партию?

— Простите, — Ольга смотрит в ноты, — я все разберу.

— Вы талантливая певица, — Федор Михайлович, внезапно успокоившись

садится за рояль, — но совсем не хотите работать. Запомните — для вас

работа должна быть превыше всего.

— Это происходит в последний раз , — голос Ольги становится твердым, — я

теперь буду очень много работать.

— У вас все-равно нет другого выхода, — Федор Михайлович раскрывает ноты,

— или вам придется уйти из театра. Повторим предыдущий номер.

— Федор Михайлович, — Ольга немного нервничает, — вы не слышали — никто в

театре не болен?

— Болен? — удивляется маэстро, — А кто именно должен быть болен?

— Говорили, что в театре грипп. Якобы Владимиров потерял голос и...

— Вот вы о чем, — усмехается Федор Михайлович , — о театральных сплетнях!

Здоров ваш Владимиров. Я видел их вчера вместе с Алексеевым в дверях

ресторана " Прага ". Они там, видимо, лечатся.

— Одних или..., — Ольга резко осекается.

Федор Михайлович с удивлением смотрит на нее.

— Давайте работать, — решительно говорит Ольга.

Федор Михайлович начинает играть на рояле.

* * *

Ольга открывает дверь ключом и заходит в квартиру. Из кухни выглядывает Маша.

— Ты одна дома? — спрашивает Ольга, начиная снимать плащ.

— Да, — Маша берет у нее плащ из рук и вешает в шкаф, — Василий Сергеевич

не возвращался, а тетя Клава на рынок уехала.

— А ты что делаешь? — Ольга кидает взгляд на телефон, и продолжает, не

дожидаясь ответа сестры. — Мне звонил кто-нибудь?

— Да, — Маша берет бумажку , — два раза из театра, потом портниха, потом

Лукасевич.

— Лукасевич? — Ольга берет бумажку из рук Маши, — опять приглашает в

посольство? Больше никто не звонил?

— Нет.

— Ладно, — Ольга идет к спальне, — Маша, помоги мне собраться на прием.

Ольга открывает шкаф полный нарядов. Задумчиво перебирает их.

— Какие платья! — Маша с восторгом разглядывает содержимое шкафа.

— Выбери себе что-нибудь, — Ольга достает черное блестящее платье, — и носи.

— Да нет, не для меня это.

— Бери, — Ольга идет к зеркалу и прикидывает платье, — да, позвони Василию -

попроси заказать мне машину к восьми.

— Сейчас, — Маша послушно выходит из спальни.

Ольга садится к зеркалу и внимательно смотрит на свое отражение. Закрывает лицо руками. Плечи ее вздрагивают.

* * *

Вечер. Ольга в блестящем черном платье стоит у подъезда своего дома и, нервничая, смотрит на часы. Из-за арки за ней восторженно наблюдает

Муся — девушка, еще раньше восхищавшаяся ей.

В арку въезжает черная машина. Муся едва успевает отскочить.

— Почему так долго? — спрашивает Ольга шофера, — И где Михаил? Где наша

машина?

— Михаил болен, — отвечает шофер ,распахивая дверцу, — Василий Сергеевич

меня прислал.

— Тогда поезжайте быстрее — я опаздываю на прием.

Машина выезжает со двора. Муся с восторгом провожает ее взглядом.

Машина мчится по улицам. Ольга дремлет, потом вздрагивает и открывает глаза.

— Куда мы едем? — спрашивает она шофера, — Нам в другую сторону.

— Ремонт дороги, — отвечает шофер, — объезд.

— Только побыстрее, — Ольга снова откидывается на спинку сиденья и закрывает глаза.

* * *

Длинный узкий коридор. Ольга в блестящем платье странно смотрится рядом с тюремным конвоиром.

— Семенова, — раздается женский голос из приоткрывшейся двери.

Ольга решительно входит в нее и осматривается вокруг.

В узком кабинете с голыми стенами за столом, освещенном яркой настольной лампой, сидит женщина в военной форме лет тридцати.

— Садитесь, — женщина поправляет толстую пепельную косу, аккуратно

уложенную вокруг головы.

— Я не буду садится, — гневно говорит Ольга, — произошла какая-то ошибка. Я -

жена маршала Семенова.

— Знаю, — отвечает женщина, — я про вас, Ольга Стефановна, все знаю.

Садитесь.

— Я вас прошу позвонить моему мужу, — Ольга все-таки садится на край

деревянного стула.

— Сначала мы поговорим. Я — ваш следователь — Куркова Алевтина Сергеевна.

— Почему следователь? — Ольга поправляет платье.

— Семенова Ольга Стефановна, — вслух читает Куркова, — вы обвиняетесь в

измене Родине, шпионаже в пользу Италии и Польши, участии в

антисоветском заговоре. Вы согласны с обвинением?

Ольга с удивлением смотрит на нее.

— Вы согласны?

Ольга вдруг начинает хохотать, звонко и отчаянно. Куркова, откинувшись на стуле, устало смотрит на часы.

— Это бред, — отчетливо говорит Ольга.

— Подумайте, Ольга Стефановна, — доброжелательно говорит ей Куркова, -

подумайте о пользе добровольного признания.

— Я ни в чем не виновата, — Ольга сжимает кулаки, — я настаиваю на звонке

моему мужу.

— Ваш муж в курсе дела, — Куркова наклоняется к ней, — это ведь он прислал

за вами машину, да?

— Нет, — Ольга вскакивает, — все подстроено. Вызовите его.

— Вызовем, — Куркова идет к двери и открывает ее, — только пока не его.

Андронову к следователю, — кричит она в коридор.

Ольга вздрагивает.

Молодой охранник вводит Галину .

— Садитесь, Галина Егоровна, — Куркова встает и подвигает ей стул.

Галина садится. Она ужасно выглядит — на лице синяки и царапины, арестантский халат подвязан веревкой, глаза устремлены в одну точку.

— Расскажите нам о вашей деятельности, — приказывает ей Куркова.

— Я и Ольга Семенова, — начинает Галина ровным голосом, не отрывая взгляда от стены, — вели антисоветский образ жизни. Мы часто ездили в посольства разных стран, испытывая тягу к развлечениям. Там нас завербовали в агенты итальянской и польской разведок. Мое увлечение

послом Лукасевичем окончательно вовлекло нас в порочный круг шпионской деятельности.

— Галя, — кричит Ольга, бросаясь к ней, — что ты говоришь, Галя?!

— Сядьте, — слышится окрик Курковой, — вы отвечаете за свои слова? -

обращается она к Андроновой.

— Да, — только сейчас Галина поворачивается к Ольге, — скажи им все, — тихо

говорит она, — наши мужья все подтвердили.

— Это неправда, неправда, — горячо говорит Ольга, — они не могли...

— Скажи все , — Галина закрывает глаза и начинает сползать со стула.

Куркова распахивает дверь, вызывая охрану.

— В камеры, — приказывает она.

Галина покорно выходит вслед за конвоиром. Ольга бьется в руках охранника, который вытаскивает ее в коридор, порвав платье.

— Позвоните моему мужу, — слышен ее крик из коридора.

* * *

Василий стоит у рояля в большой комнате и растерянно мнет в руках белый шелковый шарфик.

— Что же это, Василий Сергеевич? Что? — Клавдия Тихоновна сидит возле маленького столика с валидолом в руке, утирая текущие по лицу слезы.

Василий молчит.

— Почему вы молчите? — всхлипывает теща, — В чем она может быть виновата?

Василий срывается с места и выбегает из комнаты. Хлопает входная дверь.

В комнату робко заглядывает Маша. Клавдия Тихоновна рыдает, неловко привалившись к столу.

— Тетя Клава, — Маша подходит к ней и дотрагивается до ее плеча, — вам чаю

принести?

Клавдия Тихоновна плачет, не обращая на нее внимания.

— Может прилечь вам? — Маша теребит фартук руками.

Клавдия Тихоновна кладет голову на стол и плачет еще сильнее. Маша тихо выходит из комнаты.

* * *

— Мы с тобой с гражданской вместе, — Василий стоит у длинного стола в

комнате, увешанной картами, — ты мне не соврешь . Почему ее арестовали.

Рыжий генерал, сидящий во главе стола, не смотрит на Василия.

— Скажи мне — ты должен знать, — Василий делает шаг к нему.

Генерал встает и подходит к карте, что-то внимательно изучая в ней.

— Помнишь, — говорит он, не отрывая глаз от карты, — я предупреждал тебя.

В этой самой комнате предупреждал.

— Она — певица! — Василий расстегивает воротник гимнастерки, — я сам в НКВД

пойду. Я...

— Никуда ты не пойдешь, — генерал в упор смотрит на Василия, — а если

пойдешь, то окажешься вместе с ней.

— Она ни в чем не виновата, — Василий хочет уйти.

— Она — шпионка, — генерал быстро идет к Василию и поворачивает его к себе,

— ты понял? Она участница заговора против советской власти.

— Нет, — отстраняется Василий.

— Да, — жестко говорит генерал, — и если ты будешь защищать ее, то пойдешь

как соучастник. Тебя и так могут взять за потерю бдительности.

— Все еще надо доказать, — голос Василия звучит уже не так уверенно.

— Доказали. Она и Андронова путались с Лукасевичем.

— Что? — Василий бледнеет.

— Да, да — только ты ничего не замечал, — генерал идет к столу, -или не желал

замечать, а?

Генерал достает из ящика стола бутылку водки.

— Мой тебе совет, — говорит он, разливая водку в стаканы, — забудь ее. Она не

только Родине, она и тебе изменила. Ей уже ничем не помочь -поверь, я тебе

не совру.

Василий молчит.

— Иди, выпьем, — продолжает генерал, — может полегче станет.

Василий машинально подходит и берет стакан в руки.

— Держись, — генерал обнимает его за плечи.

Василий вдруг швыряет стакан на пол и выбегает из комнаты.

— Остановись, дурак, — кричит генерал ему вслед.

* * *

За окнами темно. Клавдия Тихоновна с опухшими от слез глазами сидит за столом с вязанием в руках. Изредка она утирает рукой то одну, то другую слезинку.

Слышно как хлопает входная дверь. На кухню прямо в сапогах и шинели входит Василий. Лицо его мертвенно бледно.

— Что?! — Клавдия Тихоновна с надеждой смотрит на него, — что узнали?

Василий распахивает дверцы шкафа, достает две бутылки водки и стакан.

Садится за стол.

— Василий Сергеевич...

— Она — шпионка, — голос Василия звучит глухо, — шпионка и предательница.

— Нет, — Клавдия Тихоновна резко поднимается из-за стола, — никогда не

поверю.

— Придется поверить, — Василий поднимает голову и страшно смотрит на

нее. Клавдия Тихоновна осекается.

— Уходите, — говорит он.

— Может попросить кого можно? — Клавдия Тихоновна прижимает руки к груди.

— Она всех предала, — Василий грохает кулаком по столу, — всех!

Клавдия Тихоновна в испуге выбегает с кухни.

Василий опрокидывает стакан, не закусывая. Наливает второй и тупо смотрит на него. Роняет голову на стол и стонет.

* * *

Маша стоит у кухонного стола и чистит картошку.

— Маша, — тихо спрашивает ее незаметно подошедшая тетка, — будешь у нас

бывать-то теперь?

— Конечно, — Маша обнимает ее и целует в щеку.

— Не боишься?

— Мы родные, — Маша вытирает слезу, катящуюся по щеке Клавдии

Тихоновны, — за что ее?

— Не знаю. Никто не знает, — Клавдия Тихоновна садится за стол и

обхватывает голову руками.

— Может все устроится? — говорит Маша.

Тетка молчит. Маша подходит к ней, но пугается выражения ее лица.

— Я принесу лекарство, — Маша быстро выходит из кухни.

Клавдия Тихоновна грузно оседает на пол, закрыв глаза..

* * *

Напротив Курковой сидит Алексеев. Он очень бледен и необыкновенно хорош собой.

— Итак, — Алевтина явно любуется им, — вы утверждаете, что гражданка Семенова не имела связи с Лукасевичем.

— Никаких порочащих связей Ольга не имела, — твердо отвечает Александр.

— Замечали ли вы какие-либо политические настроения Семеновой ?

— У нас бывали разговоры по вопросам текущей политики. Никаких антисоветских настроений у Оли не было.

— Что вам рассказывала Семенова о своих взаимоотношениях с мужем ?

— Последнее время у них были натянутые отношения на почве ревности.

— Правда ли, что она неоднократно говорила вам о желании мужа донести на нее?

— Это ерунда.

— Хорошо, — Алевтина пристально смотрит на Алексеева, — последний вопрос. Какие у вас были отношения с гражданкой Семеновой?

— Мы любим друг друга, — твердо отвечает Александр.

— Почему же вы не поженились?

— Я...Скажите мне, почему ее арестовали?

— Она — член шпионской организации.

— Неправда, — горячо говорит Александр, — вы ошибаетесь.

— Почему же вы все — таки не поженились?

— Отпустите ее, — продолжает Александр, — она не перенесет тюрьмы.

— Ладно, — Куркова подписывает его пропуск, — если вы не хотите отвечать на мой вопрос, то можете идти.

Александр встает и медленно идет к дверям. — Прошу вас, — говорит он, остановившись, — разрешите мне увидеться с ней. — Ваша просьба не может быть удовлетворена, — холодно говорит Алевтина. — Я очень прошу вас, — Александр возвращается к столу и наклоняется к ней, — я не могу себе представить как она там... — Идите. — Я отвечу на ваш вопрос, — тихо говорит Алексеев, — я очень хотел , чтобы Ольга стала моей женой, но я болен. Именно поэтому я прошу вас разрешить мне свидание с ней. — Что с вами? — Рак. Врачи сказали, что мне осталось жить не более месяца. Поймите -

из-за этого я фактически ушел от Ольги. Надеялся, что она забудет меня, но сейчас...

Куркова молча смотрит на него, потом отрицательно качает головой.

— Только один раз, — голос Александра дрожит.

Куркова молчит. Алексеев снова идет к дверям.

— Скажите ей, — говорит он у самой двери, — что я любил только ее.

Куркова продолжает молчать, но когда за ним захлопывается дверь, она подходит к окну и провожает его взглядом, пока Алексеев не скрывается за высокими желтеющими кленами.

* * *

Вечер. За окнами падают крупные снежинки.

Василий сидит за столом перед тарелкой супа. Маша подает ему хлеб. Он наливает себе водки из бутылки, стоящей на столе.

— Много вы пьете, — Маша сочувственно смотрит на него, — сердце болеть будет.

— Болеть, — усмехается Василий, одним махом опрокидывая стакан, — ничего — пусть болит!

— Нельзя вам, — упрямо продолжает Маша, — все вас любят.

— Все, — Василий снова тянется к бутылке, но потом останавливается и внимательно смотрит на Машу, — кто — все?

— Ну, — она смущается, — народ.

— И вы?

— И я тоже, — она смущается еще больше.

Василий смотрит на Машу так, словно видит ее впервые.

— Вы — мой любимый герой, — Маша говорит, не поднимая на него глаз.

— Герой, — машет Василий рукой, наливая себе второй стакан, — с петухами могу геройски в деревне воевать.

— Уже полгода прошло, — тихо говорит Маша, наблюдая за тем, как он выпивает второй стакан, — нельзя себя так изводить...

— Молчи уж, — беззлобно отвечает Василий, наливая очередную порцию.

— Вы ведь даже не знаете как вы народу нужны, — горячо говорит Маша, — у меня однокурсница родила сына и назвала его Васенькой — в честь вас. И я своего так же назову, — она испуганно умолкает.

Василий внимательно смотрит на Машу.

— А есть от кого рожать-то? — довольно грубо спрашивает он.

Маша, сильно покраснев, отрицательно качает головой.

— А замуж за меня хотите пойти? — неожиданно спрашивает он.

Маша, опешив, ничего не отвечает.

Василий поднимается из-за стола и выходит.

Маша машинально убирает тарелки со стола.

* * *

Ольга в сером выцветшем халате с запавшими глазами бредет по тюремному коридору. Навстречу ей ведут Андронова. Он сгорблен, его потухший взгляд устремлен прямо на нее, но он проходит мимо, не говоря ни слова.

Ольга тоже не реагирует на него. Ее вводят в кабинет, где сидит Алевтина.

— Мне передали, что вы готовы подписать признание, — Алевтина что-то ищет в бумагах.

— Да, — шепчет Ольга.

— Подпишитесь своей девичьей фамилией — теперь вы будете употреблять только ее.

— Хорошо.

— Вы признаетесь в... — Алевтина запинается, но, найдя, наконец, нужную бумажку, начинает четко читать, — вы признаетесь в шпионской деятельности. Совместно с генералом Андроновым и маршалом Семеновым, вы...

— Да, да, — Ольга словно оживает, — ведь маршал Семенов — мой муж — вы знаете.

— Не перебивайте. Вы...

— Он очень стар, — снова говорит Ольга, — ему девяносто четыре года. Но ведь он бил меня!

— Я сказала — не перебивайте, — сердится Куркова.

— Он сам душил в лесу бойцов Красной армии, а я пела, чтобы никто не слышал их криков.

— Перестаньте ломать комедию, — резко говорит Куркова, — расскажите лучше о роли певца Алексеева в ваше организации.

— Он все знал, — Ольга смотрит перед собой бессмысленным взглядом, — он хотел донести на меня что-нибудь, а потом освободить. Освободить со шпагой...

— Вы любили его? — неожиданно спрашивает Куркова.

— Любила? — взгляд Ольги становится все бессмысленнее. — Кого любила?

— Алексеева.

— Я не знаю.

— Он вас очень любил, — резко говорит Куркова, — он умер на прошлой неделе.

Ольга поднимает голову. На ее лице смятение.

— Как умер? — всхлипывает она. — Как? Ведь на следующей неделе наша свадьба!

— Ольга Стефановна, — мягко говорит ей Алевтина, — вы в тюрьме.

— Отчего он умер? — достаточно вразумительно спрашивает Ольга.

— Рак горла.

— Значит свадьба переносится? — глаза Ольги наполняются слезами. — И Василий снова станет меня бить? Нет, нет, — Ольга начинает рыдать в голос.

— Успокойтесь, — резко говорит Алевтина.

Ольга сползает со стула на пол, продолжая рыдать.

Алевтина выглядывает в коридор, жестом вызывая конвоира.

— Уведите, — приказывает она.

Ольга послушно поднимается с пола и идет вслед за ним.

У дверей она останавливается и смотрит на Алевтину полными слез глазами.

— Зачем вы соврали мне? — спрашивает она.

Алевтина, не выдержав ее взгляда, отворачивается.

* * *

Комната с роялем в квартире Семеновых.

На рояле стоит большой портрет Ольги.

У окна стоит Клавдия Тихоновна, рядом с ней — Маша.

— Клавдия Тихоновна, — волнуясь говорит Маша, — я все хотела вам сказать...

— Он тебя замуж звал, — продолжает ее реплику тетка.

Маша, вспыхнув, кивает головой.

— Знаю я это. Что ты решила?

— Да я серьезно-то и не думала. Нехорошо вот так.

— Выходи, — тетка берет Машу за руку, — им вместе все-равно не быть. Не может его жена в тюрьме сидеть.

— Нехорошо, — упрямо отвечает Маша.

— Год прошел, — Клавдия Тихоновна смотрит на желтые кроны деревьев за окном, — и никаких известий, — она вытирает слезу.

Маша касается ее плеча.

— Выходи, — твердо говорит ей тетка, — лучше ты, чем другая. А я скоро в Ленинград к сыну уеду.

В комнату входит Василий.

— Мне в прачечную надо, — Клавдия Тихоновна, пожав руку племянницы, быстро уходит.

— Вы решили? — прерывает Василий неловкое молчание.

— Нет, — смущается Маша.

— А если я снова вам предложение сделаю, как вы ответите?

— Положительно, — сильно покраснев отвечает она.

— А я все боялся спросить, — улыбается ей Василий, — вдруг откажете. Знаете, я тогда это так сказал — от отчаяния, а теперь смотрю...

— И что? — испуганно спрашивает Маша.

— Думаю, что стоит нам попробовать.

— Попробуем, — Маша снимает с плеч платок и накидывает его на голову.

— Куда вы?

— В общежитие — к экзаменам готовиться.

— Оставайтесь, — останавливает ее Василий, — вы теперь тут хозяйка.

Маша нерешительно стягивает платок с головы.

* * *

За столом, обтянутым зеленым сукном, сидит Николай Ардалионович.

— Куркову ко мне, — сердито бросает он в телефонную трубку, поправляя пенсне и перебирая бумаги. Почти мгновенно в кабинет входит подтянутая Куркова.

— Что вы тут понаписали? — кричит он на нее, начиная читать какую-то бумагу. — Лесникова находится в состоянии тяжелого психического расстройства и не может давать показания. Состава преступления не обнаружено. Что это за штучки?

— После ареста у нее началось психическое заболевание. Я вызывал врача -

поставлен диагноз. Она больна, — Алевтина бледнеет под тяжелым взглядом Николая.

— Больны вы, — четко выделяя каждое слово говорит он, — если оправдываете врагов народа. Она — актриса и может разыграть перед вами любую сцену.

— Но я не обнаружила никаких доказательств ее вины, — упрямо отвечает Алевтина.

— Значит вы халатно относитесь к работе или помогаете врагам. Какая из причин ближе к истине? — Николай в упор смотрит на нее.

Алевтина молчит.

— Итак, Лесникова — опасная шпионка, — говорит Николай.

— Да, — глухо отвечает Алевтина.

— Завтра доказательства этому будут подшиты в дело.

— Да, — снова повторяет она.

— Хорошо, — Николай идет к столу, — мера наказания ей уже определена — восемь лет строгого режима. Что Семенов?

— Долгое время находился в подавленном состоянии, пытался выяснить судьбу жены и помочь ей, потом впал в депрессию. Сейчас пришел в себя и решил жениться на двоюродной сестре Лесниковой.

— Наблюдайте за ним, — бросает Николай, не отрываясь от бумаг, — он не мог не знать о вредительской деятельности супруги.

— Слушаюсь, — по-военному отвечает Куркова.

— Идите.

Алевтина быстро выходит из кабинета.

После ее ухода Николай некоторое время смотрит на папку с надписью

" Дело Лесниковой-Семеновой О.С.", потом решительно отодвигает ее и берет другие документы.

* * *

— Погулять вышла? — улыбающаяся Сима подходит к Ольге, которая сидит на покосившейся скамеечке возле одноэтажного здания изолятора.

— Солнце светит, — как-то неопределенно отвечает Ольга.

— Праздник сегодня большой, — Сима садится рядом с ней, — день святой Троицы, — она крестится.

— Счастливая ты, — вдруг с чувством говорит Ольга, — радуешься чему-то...

— Это Господь меня радует, — Сима неожиданно приподнимается и вглядывается в женскую фигурку, бегущую из-за угла по направлению к вышке, — неужто снова решила!

Ольга смотрит в ту же сторону.

— Постой, Анна! — Сима бросается за женщиной. — Ведь поймают теперь — убьют!

Женщина продолжает бежать вперед.

— Остановись, — кричит Сима, — пока не заметили.

В эту секунду часовой, заметив беспорядок в лагере, поднимает тревогу.

Сима, догнав Анну, вырывает у нее из рук небольшой узелок и тянет ее назад.

— Пусти, — кричит Анна, — пусти, — она снова бросается вперед, но, споткнувшись о камень падает и теряет сознание.

— Побег, — первым возле Симы оказывается тот самый охранник, который бил когда — то Ольгу, — опять Митрофанкина?

— Нет, — Сима загораживает ее, — это я бежала.

— Ты? — охранник берет у нее из рук узелок и достает оттуда хлеб. — А она что здесь делает?

— Остановить меня хотела.

— Вместе бежали, — охранник пинает носком ботинка Анну, — вставай, сука.

— Я одна бежала, — твердо говорит Сима, — а она хотела свою провинность загладить и остановить меня.

— Сима! — Ольга подбегает к ним.

— Дети у нее, — громко говорит Сима Ольге, — она ради них живет, ей бежать смысла нет.

Охранник молча смотрит на Симу.

— Что случилось? — к ним подходит стриженный военный в очках, перед которым когда-то пела Ольга, и несколько охранников.

— Побег, — охранник продолжает смотреть на Симу.

— В карцер всех, — приказывает стриженный.

— Только меня, — Сима не сводит с охранника глаз, — это я бежала, а они меня останавливали.

— Так кто бежал? — спрашивает стриженный.

— Она, — охранник показывает рукой на Симу и опускает голову.

— Значит ее в карцер, — стриженный смотрит на Ольгу, — отошла, певица?

Ольга делает шаг назад.

— В следующий раз лучше себя будешь вести, — он снова поворачивается к охране, — что вы стоите?

Охранники быстро разбегаются — одни уводят Симу, другие уносят бесчувственную Анну.

— Дня через два снова нам попоешь, — бросает, уходя, Ольге военный в очках.

Ольга, не слыша его, бредет к изолятору.

* * *

— Да, поешь ты хорошо, — военный в очках внимательно смотрит на Ольгу, стоящую у хорошо накрытого стола в небольшой комнате. Кроме них в комнате больше никого нет.

Ольга молчит.

— Сегодня ты не откажешься выпить? — он протягивает ей стакан, налив туда водки.

Ольга залпом опрокидывает его.

— Молодец, — военный подходит к ней и внимательно рассматривает ее, — а ты ведь красивая женщина.

Ольга продолжает молчать.

— С твоей внешностью, — он перебирает ее локоны, — можно и в лагере хорошо устроиться.

— Налейте мне еще, — решительно отвечает Ольга.

Она опрокидывает второй стакан.

— Останешься сегодня здесь, — военный идет к дверям, — охрану я предупрежу.

— Помните, — громко говорит Ольга, — вы позавчера женщину в карцер отправили. Она не виновата.

— Какая разница, — военный открывает дверь, — она сегодня умерла.

— Как? — потрясенная Ольга делает шаг к нему.

— Холодно там — пол цементный, а у нее что-то с легкими было. Врач все со мной ругался — она видите ли хорошая медсестра. Ничего — найдем другую. Ты что?

— После этого прощать? — Ольга садится на пол и обхватывает голову руками. — Сима, им прощать?!

— Ты, видать, чокнутая, — говорит военный, — ну тебя к лешему.

Бледная Ольга встает и направляется к нему, сжимая в руке стакан.

— Неужели прощать? — Ольга замахивается на него, но он быстро заламывает ей руку и швыряет на пол.

— Эй, кто там, — кричит он в коридор, — успокойте ее.

Вбегают два охранника и начинают страшно бить Ольгу ногами.

— А я прощаю, — вдруг кричит она, — всех вас, несчастных людей, прощаю! Ради тебя, Сима, прощаю!

— Хватит, — неожиданно останавливает охранников военный, внимательно вслушивающийся в крики Ольги, — несите ее в изолятор.

— Прощаю, — голова Ольги падает на грудь.

— В карцер? — спрашивает один охранник.

— В изолятор, — кричит на него военный.

Ольгу выносят. Военный подходит к столу и залпом выпивает стакан.

* * *

— А рояль продали? — Ольга стоит в большой комнате своей бывшей квартиры.

— Его тетя Клава с собой увезла в Питер, — Маша стоит у дверей, — Оленька, ты бы сняла пальто.

— Вы когда поженились? — Ольга не смотрит на Машу.

— Через год после, ну после того как тебя...

— Странно, — Ольга идет по комнате, — мебель другая, а обои те же.

— Оля, — голос Маши дрожит, — Василий очень мучился. Он потом узнал, что следователь все на него валила. Не доносил он на тебя!

— И занавески старые, — Ольга словно не слышит ее.

— Он письмо писал в прокуратуру в прошлом году, чтобы тебя освободили.

— И тюль, — Ольга подходит к окну.

Маша замолкает.

— А почему же только в прошлом году? — Ольга в упор смотрит на Машу. — Где же он раньше был?

— Он пытался тебе помочь, — глухо отвечает Маша, — но его в сороковом со всех должностей сняли. Мы каждую ночь ждали, что придут забирать. А во время войны снова в строй вернули. Говорят, что Жуков очень за Васю просил.

Ольга молча мнет тюль.

— Он до сих пор мучается, что не помог тебе, — Маша говорит все громче и громче, — и я перед тобой виновата!

— Ты третьего ждешь? — неожиданно прерывает ее Ольга.

— Да, — Маша краснеет.

Ольга выходит в коридор.

— А мама до сих пор у Сережи в Питере? — спрашивает она.

— Да, — Маша идет за ней, — ты съезди к ней. А хочешь — здесь оставайся.

— Ну дети, — Ольга смотрит на Витю и Нину, — слушайтесь папу и маму.

— Оля, — Маша подходит к ней, — дождись Василия, поговори с ним. Прости нас, Оля.

— Никто не виноват, — спокойно отвечает Ольга, — просто так сложилось.

Она подходит к дверям.

— Куда ты? — спрашивает Маша.

— Куда Бог приведет, — Ольга скрывается за дверью.

— Оля, приходи к нам, — кричит Маша ей вслед. По ее лицу текут слезы.

— Кто это мама? — спрашивает Витя.

— Первая жена вашего папы, — отвечает Маша.

— А разве у папы может быть еще жена? — спрашивает Нина. — У папы ведь ты жена.

— Может, — Маша машинально гладит дочку по голове, — все может быть.

* * *

По улице, среди полуоблетевших деревьев идет Ольга.

Из окна — сначала далеко, а потом все ближе и ближе — раздаются чудесные звуки Ave Maria, которую исполняет высокий женский голос.

Фигура Ольги исчезает среди деревьев.

Малафеева Светлана

.

copyright 1999-2002 by «ЕЖЕ» || CAM, homer, shilov || hosted by PHPClub.ru

 
teneta :: голосование
Как вы оцениваете эту работу? Не скажу
1 2-неуд. 3-уд. 4-хор. 5-отл. 6 7
Знали ли вы раньше этого автора? Не скажу
Нет Помню имя Читал(а) Читал(а), нравилось
|| Посмотреть результат, не голосуя
teneta :: обсуждение




Отклик Пародия Рецензия
|| Отклики

Счетчик установлен 4 мая 2000 - Can't open count file