Rambler's Top100

вгик2ооо -- непоставленные кино- и телесценарии, заявки, либретто, этюды, учебные и курсовые работы

Любимов Валерий

О ВОРОНАХ И ЗВЕЗДАХ

сценарий игрового короткометражного фильма

Летние сумерки долги. Ни ветерка.

Реакторы самолетов застыли в предвкушении скорых полетов.

По взлетной полосе чинно прохаживается стая ворон. Они жирные и наглые.

С командного пункта заезжий генерал безмолвно наблюдает за птицами.Взгляд его сердит, брови нахохлены.

Свита из шестерых офицеров – в ожидании надвигающейся грозы.

ТИТРЫ: О ВОРОНАХ И ЗВЕЗДАХ.

На небе ни облачка.

Комендант аэродрома Сечкин, пухловатый розовощекий брюнет неопределенного возраста, не скрывая того – смотрит проверяющему прямо в рот, пытаясь уловить каждый его жест, любой его каприз.А как иначе - генерал Ващук слыл по всему военному округу дотошным и непримиримым специалистом, настоящим асом. Старожилы передавали новобранцам очередные байки о свирепом нраве московского гостя. Перед ним все были равны – и офицер и рядовой.

- Точно сыч насупился, – шепчет Сечкину на ухо командир полка, полковник Мрежко, - Чует сердце – полетят головушки!..

Эта проверка была у него первой после заступления на должность комполка. Полковник серьезно к ней готовился, а последние трое суток вовсе не спал, налегая на кофе.

- Это еще поглядеть надо - ему до пенсии два месяца осталось. Сдал старик, не тот стал… – не сводя с генерала глаз, и даже не моргнув ни разу, усомнился комендант.

И тут Мрежко захотелось зевнуть. На всякий случай он прикрыл рот широкой ладонью, а сам переключил свое внимание на рядового Бекмимбетова, который ежился от комариных укусов. И тут полковник вспомнил, как говаривал вечно улыбающийся якут Бекмимбетов: « У нас на севере зима целый год - олень есть, волк есть, песец есть, медведь есть, но такой комар нет!».

Вспомнил командир слова своего веселого солдата и громко так, по-домашнему громко зевнул.

А Бекмимбетов двинул себя по лбу, размазав по нему нескольких кровососов, и виновато заулыбался, как ребенок.

Сопровождавшие Ващука офицеры сердито посмотрели в сторону комполка, а на рядового даже цыкнули.

Майор Сечкин состроил грозную мину и показал подчиненному кулак.

В ответ на это солдат принял постойку «Смирно».

Генерал продолжал невозмутимо смотреть на ворон. И вдруг как повернется к свите с багровым от ярости лицом, как затопает ногами, как закричит:

- Ишь, распустились! Это все демократы со своими штучками – дрючками! У нас тут, что показательный полет или пролет над гнездом кукушки, мать вашу! Такое впечатление создается, что не эскадрилья взлететь будет, а это дикое отродье! Где этот комендант!..

Свита тут же расступилась, оставив на смерть перепуганного Сечкина один на один с Ващуком.

- С – слушаю, товарищ генерал!..

- Живо разогнать ворон! Представляешь, что будет, если одна из них в сопло влетит? А?..

- Есть разогнать ворон!

- Вам майор не в авиации служить, а на птичнике курей разводить! – Не унимался проверяющий. – Откормил так, что они даже летать не хотят!..

- А они у него бройлерные! – позлорадствовал кто - то из окружения генерала, вызвав тем самым всеобщий смех.

У Сечкина от стыда и злости горели и без того красные лицо и уши.

- Отставить! – прервал всеобщее веселье Ващук, и, обернувшись к коменданту, бойко прикрикнул, - Выполнять приказание! И чтобы одна нога там, другая тут!..

Комендант чуть не сбил с ног рядового Бекмимбетова, дубасившего на себе рой кровососов, покрикивающего: «Ай, шайтан!». Майор положил правую руку на плечо солдата, второй схватился за сердце, немного отдышался, прохрипел рядовому прямо в лицо:

- Солдат, в твоем распоряжении сорок секунд, чтобы разогнать этих долбаных ворон! Не успеешь – пеняй на себя – я тебя к белым медведям на Северный полюс дослуживать отправлю! Это я тебе гарантирую!.. Время пошло!..

Боец выскочил на взлетную полосу и давай размахивать пилоткой.

- Киша, киша мерзка псиса!..

Только вороны никуда не хотели улетать. Они стали чуточку быстрее ходить и с нескрываемой наглостью посматривали то на рядового, то на офицеров. Иногда Бекмимбетову удавалось схватить одну из них за хвост. Гордая птица в отместку клевала солдатику руки и сильно колотила крыльями по щекам.

- Кар! – голосила птица.

- Кар! Кар! – вторили ей сородичи.

И тут радостно взревели реакторы самолетов, закладывая барабанные перепонки.

Поднялся ветер.

Лениво вспорхнула пернатая стая.

Стальные птицы тронулись с мест.

Мощным потоком воздуха с солдатика сорвало пилотку и понесло по взлетной полосе.

В ушах еще стоит грохот реакторов.

Вспугнутая вороненая стая кружит над командным пунктом.

На генеральский китель упала сначала одна каплюшка, затем вторая.

Комполка Мрежко еле сдерживал смех, у коменданта Сечкина затряслись поджилки.

Из свиты кто – то хмыкнул.

Генерал увлеченно смотрит в небо, прикрывая выцветшие глаза ладонью, - там боевые самолеты выполняют фигуры высшего пилотажа.

- Да дождичек сейчас нужен – глядишь, грибочки пойдут… - произнес он несколько мечтательно.

Офицеры, потупив взоры еле – еле удерживались, чтобы не рассмеяться в слух.

Ващук еще не осознавая в чем подвох, смотрел то на одного из них, то на другого…И тут до него дошел запах птичьего помета. Генерал повел носом, и обнаружил рядом со звездой … свежее белое пятно, издалека даже похожее на очередную звезду…

- Комендант! Сволочь! – рвал и метал проверяющий. - Под трибунал пойдешь. Звезд лишишься!

- Так точно!.. – мямлит еле живой Сечкин.

- Лично, ты понимаешь, лично перещипать всех ворон и завтра мне доложить, капитан!..

- Е-есть…- еле шевелит губами убитый горем комендант.

Ни с того ни с чего к нему подскочил бравый адъютант генерала и одним взмахом руки сорвал с плеча погон.

Все ахнули, не предполагая такого оборота дела.

Адъютант был еще совсем молод и горяч, хотя и носил звание подполковника. Он совсем недавно перевелся в кабинет к Ващуку и изо всех сил старался выслужиться.

- Сегодня же, товарищ генерал, всем головы пооткручиваем, ни один Гринпис не пикнет! Я им тут второй Китай гарантирую, - перевел огонь на себя комполка Мрежко.

Он был не из робкого десятка и слыл лучшим летчиком в полку, за что его многие уважали, многие недолюбливали.

- Эхе - хе-хе - хе! – тяжело вздохнул старый Ващук. – Отставить, полковник! Культурная революция как не крути, китайцам все же боком вышла! Вы уж поверьте мне старику! Пусть летают себе!

Здесь он поднял свои подслеповатые глаза к небу.

- Молодцы! Как летают! Порадовали старика…

- Вороны? – уточнил услужливо адъютант.

- Нет, самолеты.…И знаете, что, верните коменданту его погон…

- Как скажите! – несколько недовольно бубнит помощник.

- Я уже все сказал!

Ему было стыдно и обидно за адъютанта, за коменданта, за комполка, родную авиацию и Российскую Армию в целом.

Снова поднялся ветер – это боевые машины заходят на посадку.

Мощные воздушные потоки пригибают траву до самой земли.

Генерал хлопает по дружески комполка по плечу.

- Что, командир, теперь и в баньку не грех! Надо же смыть с себя все это дерьмо! Как думаешь? А разбор полетов проведем утром?

- Так точно… - козырнул комполка, довольный сменой настроения первого.

- Ладно, ладно!.. В народе как говорят: кого птичка облюбовала – тому быть с деньгами! Скоро уйду на пенсию, деньги девать не куда будет – начну внучатам откладывать!

Усаживаясь в «Уазик» комендант Сечкин подозвал к себе солдата.

- Рядовой Бекмимбетов по ваш приказан, прибыл! – зычно рапортовал тот.

- За присутствие на вверенном вам объекте посторонних … существ, объявляю вам два наряда вне очереди…

Глаза солдата потускнели, но разве ж поспоришь?

- Ест, товарища ма … - запнулся Бекмимбетов, уставившись на отсутствующий погон у начальника.

- Майор, майор! – заверил его, но больше успокоил себя в очередной раз Сечкин.

Для пущей убедительности он вынул из кармана злосчастный погон, попробовал приставить его на прежнее место, но тот спадал с округлых плеч коменданта. В раздумье он несколько раз постучал ребром нашивки по ладони.

- И знаешь, сынок, - отставить два наряда вне очереди!..

Физиономия якута расплылась в довольной улыбке.

- Но за пилотку все равно вычту! – захлопывая дверцу кабины, предупредил комендант.

- Так тошно! – выпалил в след удаляющейся машине солдатик, приложив руку к «пустой» голове.

Он стоял так до тех пор, пока вереница машин не исчезла совсем из вида.

В июльском небе появились звезды – одна, другая, третья…

Птицы, сделав последний круг над аэродромом, стремглав подались в сторону соседнего березняка, будоража своим карканьем округу.

Рядовой Бекмимбетов присел на лавочку после трудного дня.

Он вынул из пачки «Примы» сигарету, прикурил.

После нескольких глубоких затяжек он достал из грудного кармана миниатюрный календарик. Проткнул иголкой сегодняшнее число – дембель приблизился еще на одни сутки, и запел на только на ему понятном языке.

Он пел о том, что умной птице не было никакого дела ни до коменданта с его погонами, ни до комполка, ни до генерала и его свиты, ни тем более до него самого, рядового Бекмимбетова…

…Над птицами были только звезды…

И еще - сегодня он совершил подвиг, пусть маленький, но подвиг. Он честно выполнял инструкции Устава - отгонял с взлетного поля ворон, за что командир его чуть было, не отправил к белым медведям на Крайний Север. Не знал командир, однако, что для него Крайний Север – дом родной, а белые медведи - все равно, что братья!.. Не то, что эти комары!…

Хлесткий звук удара по шее.

ТИТРЫ.

В темноте, словно маленькая звездочка вселенной мерцал огонек его сигареты.

Вот такая, немного грустная история получилась…

КОНЕЦ

(c) Любимов Валерий Николаевич. 2002 г

.

copyright 1999-2002 by «ЕЖЕ» || CAM, homer, shilov || hosted by PHPClub.ru

Счетчик установлен 2 августа 2002 - Can't open count file