Rambler's Top100

вгик2ооо -- непоставленные кино- и телесценарии, заявки, либретто, этюды, учебные и курсовые работы
 

Вардан Ануш,
Либенсон Андрей

(812) 227-0277
alibenson@mail.ru

ТЕЗКА

литературная заявка
полнометражного художественного фильма


перед вами - заявка к полнометражному художественному фильму. этот сценарий затеян ради того, что бы понять: какие силы - социальные, природные, нравственные - могут заставить действовать русского интеллигента. в процессе этой работы выяснилось: никакие. даже в ситуации пропажи собственного ребенка. поэтому функцию двигателя сюжета и действия берет на себя трагический бандит дядя женя, который сам повинен в пропаже, читай - в похищении. нам кажется, что столкновение двух подобных образов на киноэкране россии нынче чрезвычайно актуально, так как с одной стороны - страна находится в процессе осмысления своего 10-ти летнего криминального периода, а с другой стороны - все мы, интеллигенты и не-таковые, молодежь и пенсионеры, уркаганы и отмороженные - задаем вопрос им. чернышевского и ищем те правила, законы или понятия, которые помогут расставить в нашей жизни все по своим местам.

* * * * * * * *

... Был да и есть где-то один человек. Заурядный, будто заиндевевший слегка. Работы у него теперь не было. Издательство, где он нынче числился корректором по иностранным переводам, медленно чахло, не вынеся конкуренции с более крупными. И он бытовал, в основном, дома, пописывая и выдавая свою писанину за переводные романы. Так он опубликовал несколько бессмысленных своих творений в газетах, в рубрике "Роман с продолжением". Жил он вместе со своей старой матерью, которая будучи вдовой известного в городе востоковеда, брезгливо терпела сына, понукала им и получала видимое удовольствие, издеваясь над его беспомощным положением.

Где-то у него была дочь от безрадостного и короткого брака, закончившегося четыре года назад. Дочку эту, как и бывшую жену свою, он не видел с тех пор. Слал им по почте исправно алименты, исправно в том смысле, что делал это всегда, когда были деньги - по закону - четверть дохода. Когда доходов не было - ничего не отсылал. Отсылал к закону. Тем более, что от бывшей жены не поступало ни писка, ни жалобы.

Тем не приятней был звонок поздним вечером, оторвавший его от завораживающего созерцания матушкиного пасьянса на таинственных картах Таро. Позвонили... Его чертова жена попала в больницу с перитонитом, а ее... фу ты, черт, а его бывшая дочь, фу ты, черт! а его дочь болтается третий день по сердобольным соседям. А что делать? - он поехал. Уходя, конечно же, поцапался с матерью - не сдержалась старушенция, высказалась. Но поехал.

По пути несколько раз останавливался - волновался, и уже подъезжая к той отдаленной части города, резко затормозил перед внезапно выбежавшей собакой, а вырулившая из-за поворота сребристого цвета "Audi" почти бесшумно и снайперски точно въехала ему в бампер.

- Ой, - только и сказал он и положил голову на руль.

Ни на секунду не заподозрил неладного. Ну и что, что они видели документы. Ну и что, что довели до его сведения - сколько стоит такая машина. Голоса они не повышали, милицию не вызывали. Он разбирался в людях, он знал - что по чем. Махнул рукой, оставил машину, где стояла и пешком двинулся к забытому кварталу.

* * * * * * * *

... Дядя Женя хромал не всю жизнь, но уже давно (так давно, что и бегал и прыгал, несмотря на свое увечье - выработал целую программу движения). А недавно совсем вышел дядя Женя после 15-ти летней отсидки и смотрел на всех просящими глазами, чувствуя свою старость и ненужность. Никого из прежних своих сотоварищей не осталось, а молодым он был не нужен. У молодых были свои дела, которые он не то чтобы не поощрял - не понимал. Обижать его не хотели. Не прогоняли. Мыл он машину молодого Хозяина, водил по необходимости - доставлял его бесплодную жену в модные клиники, где ей давали бесполезные советы - как же ей бедной забеременеть.

... В этот день именно дядя Женя был за рулем хозяйской тачки. И именно он, дядя Женя, тихо выругавшись, предложил заняться тем придурком, который неожиданно вдарил по тормозам, став провокатором аварии. По правилам он, дядя Женя, не углядел. Не соорентировался. Чувствовал свою вину, свою старость, наконец, перед молодым Хозяином. Маялся. Молодой Хозяин только махнул рукой - ерунда. Ты не переживай сам-то, а с того придурка - чего взять? Прошли те времена, припугнули и будет. Но дядя Женя видел, как молодой Хозяин грыз ноготь, и дядя Женя понял - настал его час действовать.

* * * * * * * *

... Девочка Дмитрию Алексеевичу не понравилась: она молчала, не ела и не ходила в школу. Дмитрий Алексеевич умел готовить несколько блюд и исправно одно за другим приготовлял. Съедал ровно половину, оставшееся сливал в унитаз в назидание за отказ. Так продолжалось несколько дней. Дмитрий Алексеевич притомился и не то чтобы решил изменить тактику, а просто растерялся, забылся (забыл выбросить) и как-то раз застал дочку стоящей перед кастрюлей и уплетающей водянистое пюре. Он так порывисто обрадовался, что девочка не умрет от голода, что мигом состряпал котлет, побежал в киоск за мороженным, выронил на пороге из рук, поскользнулся и упал. Девочка впервые улыбнулась и с того дня бойкот прекратила. Они стали гулять и даже разговаривать, а через несколько дней девочка пошла в школу.

* * * * * * * *

... Когда дядя Женя пришел к Дмитрию Алексеевичу, тот читал ребенку книгу на ночь. Дядя Женя дохромал на пятый без лифта и тяжело дышал. Дмитрий Алексеевич его не узнал, пригласил к чаю. Дядя Женя отказался и с порога, как ультиматум, изложил: 3 тысячи - неделя сроку. Дмитрий Алексеевич глупо улыбался и приговаривал: "Что вы, что вы?...". Дядя Женя разозлился, припугнул по фене, чем вверг интеллигента в изумление, так как тот не понял ни слова. Девочка позвала из комнаты, требуя продолжения сказки. Дмитрий Алексеевич встрепенулся на голос, дядя Женя внимательно посмотрел, смекнул для себя что-то и ушел. Дмитрий Алексеевич так и остался стоять посреди маленькой прихожей.

* * * * * * * *

... Через день он взял записную книжку и долго внимательно изучал содержимое. Еще через день, сам не веря в то, что делает, он набрал один из номеров и долго пытался сообщить собеседнику - кто он и по какому поводу звонит. В его сбивчивых объяснениях звучали слова "институт", "курс", "группа 48-13". Когда, наконец, на том конце провода поняли, кто он такой есть, Дмитрий Алексеевич потерял кураж, сбился, запутался, сказал, что звонит проведать как живет бывшая однокурсница. И не то, что бы Дмитрий Алексеевич испугался угроз давешнего визитера, а вот взгляд его действительно смутил новоиспеченного отца.

Вскоре неприятный осадок вроде бы исчез, а еще через день он с дочерью впервые навестил в больнице бывшую жену. Потрясенный своим поступком, беспомощным видом женщины, а так же, конечно, радостью ребенка, которая впервые за свою сознательную жизнь видела обоих родителей вместе, Дмитрий Алексеевич забыл о неприятном и малопонятном инциденте. Жизнь неожиданно изменилась. Хотелось радоваться.

* * * * * * * *

... Дядя Женя нервничал. Он знал, что потерял хватку, сноровку, или как еще там. Он видел, как хитро улыбался молодой Хозяин. Он чувствовал, нет он знал наверняка, как тот презирает его, а вместе с ним и весь его молодняк. Любой незначительный жест, любую шутку дядя Женя с мнительностью принимал на свой счет.

Прошла неделя. И еще один день. Потом ночь и еще один день. Дядя Женя выпил стакан водки и, решительно попросив у Хозяина машину на сутки, поехал на дело.

Из окна автомобиля он видел, как отец с дочкой вышли из захудалой парадной и направились к местному магазину. Дядя Женя провожал их на почтительном расстоянии. Он видел, как отец вошел в магазин, а девочка осталась стоять возле витрины - гладила ленивого кота. Дядя Женя вышел уже из машины, собираясь подойти к ребенку, как выглянул отец и позвал девочку внутрь. Дядя Женя выругался и переждал под деревом, где алкаши на ящиках давили "малыша". Минуты через две девчоночка выбежала с яркой коробкой в руках. Дядя Женя рванул к ней и, борясь с отдышкой, вымолвил:

- Слышь, ты кошку гладила? Твоя, что ли?

- Я...

- В машину ко мне прыгнула. Достать поможешь?

Девочка нерешительно кивнула и шагнула за дядей Женей.

* * * * * * * *

... Дмитрий Алексеевич догадался обо всем как есть не сразу. А когда понял - волосы на голове дыбом - это мало сказать.

Он побежал домой, т.е. к себе домой, в дом своей матери. Ворвался, стал рыться в бумагах, в каких-то квитанциях и приговаривал как безумный: "была же дача...". Подоспела мать, стала рвать из рук у него бумаги, кричала, что обирают, что заявит на сына куда следует, в общем вела себя совсем не интеллигентно. Он в ужасе смотрел на нее. Мать не поверила ни одному его слову про исчезновение ребенка. Он плакал, потом затих.

Навестил однажды бывшую жену, наврал, что все хорошо. Та поверила, улыбнулась запекшимися губами. Эта улыбка так напугала Дмитрия Алексеевича, так смутила его душу, что он прибрел в квартиру, где еще недавно жила его дочь, задраил окна и включил газ, приготовившись умирать. Запаха не было и устав ждать прихода смерти, он взял в руки журнал, решил почитать...

Его разбудил стук в дверь. Он проснулся и услышал вкрадчивый сладкий запах. Дмитрий Алексеевич вскочил, повыключал конфорки, открыл окно и ринулся к двери...

На пороге стоял человек средних лет в мятом пиджаке:

- Участковый инспектор Ежов. Ваша машина вторую неделю стоит у магазина. Отбуксовывать будете? Нет? Штраф плотить будете? Нет?

* * * * * * * *

... Дядю Женя девочка боялась смертельно. Стоило тому встать из-за стола, как она кидалась на пол и лежала так, пряча лицо в изгибе локтя. Девочка боялась козы, которая паслась рядом с домом, боялась журавля-колодца, ночью напоминавшего виселицу. И звуки, и сверчки, и звезды - все это было страшное. Дядя Женя раздражался, переживал, поил ребенка козьим молоком и смотрел на нее с беспокойством. Он не хотел зла ребенку. Зло само вошло в жизнь девочки вместе с ним - хромым дядей Женей.

* * * * * * * *

... Дмитрий Алексеевич знал, что ничего не может сделать. У него не было хода. Ни одного не было припасено. Все, чем он располагал - была его собственная жизнь. И он рискнул. Он пошел к участковому и растолковал тому суть ситуации - ребенок похищен, денег нет, причина и сопутствующие обстоятельства вскрылись сами по себе.

Следователь не был олухом, но не сразу понял что к чему. Сказал: "Надо подумать". И все, чем мог помочь - так это сказал имя человека, чья машина пострадала в тот злополучный день.

И Дмитрий Алексеевич пошел. Не знал - зачем. Пошел, как в прорубь ныряют.

Молодой хозяин кричать не умел. Как только крикнет - срывается на петушиный фальцет. Знал за собою такую особенность поэтому гневаться начал с низов, с тревожного угрожающего шепота, и, постепенно, чеканя слова, доходил до точки кипения. Вот и сейчас сначала шипел, а под конец рычал кое-как. Оправдываться перед пришлым не стал. Дал слово, что девочки в доме нет и выгнал. Дмитрий Алексеевич сопротивлялся, царапался, бился, однако очень скоро оказался за воротами особняка.

* * * * * * * *

... Братва смотрела на молодого Хозяина с молчаливой укоризной. Были нарушены законы бытования. Какой-то замшелый хлюпик обвинил Хозяина в том, чего он не совершал, а он стерпел, сглотнул.

Молодой Хозяин видел - авторитет пошатывается, раскачивается как маятник; и чем дело обернется?

- По машинам, - наконец приказал Хозяин и братва облегченно выдохнула.

К дяде Жене доехали под ночь. Избили до полусмерти и уехали.

* * * * * * * *

... Ночью дядя Женя дополз до квартиры Дмитрия Алексеевича. Тот отшатнулся сначала, потом замахнулся, неумело ударил и сам упал к ногам завалившегося на пол мужика. А дядя Женя шептал на ухо ревущему отцу:

- Я виноват, я виноват... Я знаю, как делу помочь. Ты меня слушай.

- Отдай дочку, - твердил Дмитрий Алексеевич.

- Не могу, засмеют, убьют, - отрекался дядя Женя. И не говорил главного - что ребенка не уберег. Нет у него ребенка. Хотел выслужится, хотел руки погреть над чужим имуществом. Не вышло. В его голове возник свой план - корявый как и он сам, где любовь со страхом перемешалась.

- Я тебя научу, ты меня слушай. У мамаши денег возьми...

* * * * * * * *

... Утром Дмитрий Алексеевич смотрел на мать и сердце его разрывалось. Сегодня как никогда ему был противен блеск ее бриллиантов в обвислых мочках и на сморщенной шее, ее голос, ее саркастические интонации. Он не вынес этого состояния жалости и ненависти. Он пошел к участковому и донес на дядю Женю и на себя.

А участковый, точь в точь как давеча - дядя Женя, шептал, искушал на ухо бедному отцу:

- Пусть идет как идет, придем, возьмем. С поличным.

Не взяли.

Вечером старухе стало плохо - желчью, что ли, захлебнулась. Дмитрий Алексеевич некоторое время колебался: ведь умрет - столько проблем разом исчезнет... Потом вызвал "скорую". И в доме на весь вечер затолпился лекарский народ.

* * * * * * * *

... Дядя Женя стоял под фонарем. Видел и "скорую" у парадной, и мелькание многих силуэтов в окнах, и подъехавшие поодаль милицейские машины. Дядя Женя - человек бывалый - в дом не вошел.

* * * * * * * *

... Ежов змеей подоспел. Люди его неуютно толпились в дверях. Сегодня здесь хозяйничали врачи. А участковый отчитывал Дмитрия Алексеевича, что тот дело завалил, а ведь это его, Алексеича, дочь.

- А это моя мать, - вспылил Дмитрий Алексеевич, прикрываясь нелюбимой матерью, как щитом.

Выставил всех, мать же спала после всех многочисленных уколов.

* * * * * * * *

... Дмитрий Алексеевич стоял на улице под фонарем, курил, выдыхал дым в морозный воздух. Из темноты ступил на него хромой дядя Женя и спокойно даже спросил:

- Заложил? - И сам же ответил: - Заложил.

Посмотрел ясными глазами и сказал:

- Так ведь нет у меня девочки. Хозяин забрал. Меня наказывает... Вот так. Так что мы с тобой теперь не враги, а подельники, так что ли?

Дмитрий Алексеевич ждал чуда и оно произошло. То, что нарушает законы этого мира, но не благодатью, а другим даром - ненужным и страшным. Дядя Женя сказал:

- У меня припасено. Твоего теперь не надо. Отдам. Они девку вернут. Им главное, что б по правилам было.

Не извинился дядя Женя. Ни теперь, ни потом не успел.

* * * * * * * *

... С утра был туман. На договоренном месте уже топтались мужики - Дмитрий Алексеевич и дядя Женя.

Бесшумно подъехали машины Хозяина. Молча вышли. Молча вывели ребенка. Под ногами шептал песок. Было девочке страшно. Она кинулась прочь, в сторону, исчезла в туманном облаке и вдруг снова вбежала в обозримое, чистое от тумана пространство, подгоняемая тарахтением моторов откуда-то из глубины.

Мужики переглянулись, ринулись по машинам, но было поздно. Со всех сторон обложили - моторный рокот, свет фар, вспышки милицейских мигалок. У кого-то нервы сдали - раздался первый выстрел. Ответные очереди зачастили сразу, без предупреждения. Одновременно кричали:

- Бросить оружие! Бросить оружие!

Девочка металась среди мужчин.

- Женя! - кричал Дмитрий Алексеевич, впервые назвав дочь по имени.

А Женя то показывалась, то снова исчезала в клочках тумана. Кто-то впереди нее упал, успев сказать короткое "еб". Дядя Женя в три прыжка нагнал тезку и уронил на землю, прикрыв собой.

* * * * * * * *

То ли пули разогнали туман, то ли прогнозу так полагалось, но когда прояснилось и распогодилось, и Дмитрий Алексеевич пришел в себя, кто-то по-военному четко сформулировал задачу:

- Убрать трупы!

Дмитрий Алексеевич сошел с места, к которому, кажется, прирос и ходил от человека к человеку - искал ребенка. Под дядей Женей, лежавшим лицом в землю, смотрела на отца огромными от жизни глазами - Женя. Тело дяди Жени отвалили - пуля прошла в затылок и застряла где-то внутри. Он был мертв.

Дмитрий Алексеевич поднял девочку, та обняла его, дрожала и только шептала:

- Домой...

КОНЕЦ

(с) 1998

.

copyright 1999-2002 by «ЕЖЕ» || CAM, homer, shilov || hosted by PHPClub.ru

Счетчик установлен 14.12.99 - Can't open count file