Rambler's Top100

вгик2ооо -- непоставленные кино- и телесценарии, заявки, либретто, этюды, учебные и курсовые работы

Черныш Всеволод

МЁРТВАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

Часть вторая. Настоящий ад.

сценарий

1.

Космос в окрестностях Альпета. Сбор космического флота.

Армады боевых кораблей, отражая своими зеркальными поверхностями окружающие светила и Альпет, медленно плывут по переполненному звездами небу скопления. Огромные сферические и поменьше – дискообразные, они проходят бесконечной чередой на фоне заполняющего почти весь экран диска планеты-гиганта.

ТИТРЫ.

От основного флота отделяется небольшая эскадра из примерно десятка кораблей и постепенно скрывается среди звезд.

КОНЕЦ ТИТРОВ.

2.

Борт разведывательного звездолета. Кают-компания.

Под потолком висит Сфайтер - «лучший пилот всего звездного скопления». Представитель расы «очень многим обязанной Ордену» похож на огромного паука с тремя парами «ног», двумя парами «рук» и огромными фасеточными глазами, в которых многократно отражается шар визуализатора, внутренняя часть которого разбита на многочисленные прозрачные ячейки. Внутри некоторых из этих ячеек застыли неподвижные странного вида фигуры.

Корабль находится в свободном полете, и визуализатор используется в качестве трехмерной доски для игры, отдаленно напоминающей шахматы. Гарсия, сидя за пультом управления, нажимает какие-то кнопки и делает очередной ход.

Временами в кают-компании раздаются низкие раскаты отдаленного грома. Их громкость находится на самом пределе восприятия, и игроки ничего не замечают. (Эти раскаты будут слышаться и на протяжении последующих эпизодов. Не воспринимаясь зрителями явно, они будут создавать общий тревожный эмоциональный фон. Лучше всего для этой цели подошел бы слабый инфразвук, но автор не уверен, что подобные эффекты не запрещены по медицинским соображениям).

Гарсия.

Крейсер на двенадцать-двести четыре-пятьсот. Шах! Одна из фигур внутри Шара передвигается на несколько ячеек.

Сфайтер (Говорит совершенно бесцветным голосом).

Взрываю сверхновую!

Яркая вспышка внутри визуализатора захватывает несколько ячеек и распространяется дальше, уничтожая на своем пути фигуры обоих партнеров.

Гарсия (азартно).

Ах так! Тогда я,… я сворачиваю пространство в зоне Е!

Черная тьма окружает вспыхнувшие ячейки, теснит их и гасит. Странные звуки в кают-компании становятся чуть громче, но на них по-прежнему не обращают внимания.

Сфайтер.

А антиматерии понюхать не хотите? Шесть-восемьсот-чеыреста двадцать – Шесть-восемьсот три-чеыреста девятнадцать. Шах!… Следующим ходом - мат.

Землянин некоторое время задумчиво глядит в визуализатор, потом вздыхает и разводит руками.

Гарсия.

Сдаюсь. Наверное мне никогда не овладеть премудростями этой игры.

Сфайтер.

Напротив, дорогой Гарсия, напротив. Вы делаете поразительно быстрые успехи. Будь у нас пара месяцев, я бы сделал из вас настоящего межзвездного стратега.

Гарсия

На Земле есть похожая игра, называется шахматы, но она гораздо проще... Кстати, а как космическое сражение выглядит на самом деле?

Сфайтер (голос паука постепенно перестает быть бесцветным и начинает все больше напоминать голос артиста Василия Ливанова. По мере развития диалога это сходство становится все явственнее.)

Если бы вы прочитали мою монографию «Тактика и стратегия боя на субсветовых скоростях», или статью «К вопросу об использовании встречных пучков для отражения удара антиматерии» или хотя бы популярную брошюру «Гравитация против лазера», вы бы не задавали таких вопросов.

Гарсия.

Простите мое невежество, но…

Сфайтер.

Охотно прощаю, дорогой Гарсия. Если вам действительно интересно…

3.

Изображение в Визуализаторе.

Археолог он вместе со своим приятелем-пауком «висит» в открытом космосе среди звезд.

Сфайтер.

Скорее всего, вам, рано или поздно, придется поучаствовать в настоящем космическом сражении. Так что небольшая лекция не помешает. Тем более, что время у нас пока есть… В противоположных концах доступного взору пространства вспыхивают два огонька, чуть более яркие, чем окружающие их звезды. Огоньки приближаются, увеличиваются в размерах и превращаются в две блестящие зеркальные сферы. Из одного корабля в направлении другого ударяет ослепительно-яркий луч, проходит мимо головы Гарсии и, отразившись от второй сферы, уходит в пространство. Затем еще один и еще…

Сфайтер.

Сейчас мы видим, как один корабль атакует другой лазерными лучам. Разумеется, увидеть лучи света в вакууме невозможно, но перед нами не реальная запись, а учебная схема. Здесь сильно нарушены масштабы (на самом деле такие дуэли происходят на огромных расстояниях) и очень здорово замедленно течение времени. Гарсия протягивает руку и ставит ладонь на пути лучей, которые. проходят сквозь нее и продолжают поражать цель. Землянин убирает ладонь и располагает так, чтобы звездолет «лежал» на ней.

Гарсия.

Немного непривычно держать в руках целый космический корабль.

Сфайтер.

Вы правы, дорогой Гарсия, режим полного присутствия хорош для тренинга, но не для демонстрации. Тут больше подойдет режим «призрак». Гарсия и Сфайтер «исчезают». Видимым остается только изображение космоса и звездолетов.

Голос Сфайтера.

Ну, так лучше?

Голос Гарсии.

Да, как-то привычнее…

Голос Сфайтера.

Тогда давайте посмотрим, что происходит на атакованном корабле.

4.

Изображение в визуализаторе. Звездолет в разрезе.

Космический корабль похож на гигантское осиное гнездо, рассеченное пополам невидимым великаном. Постепенно приближаясь, внешняя оболочка заполняет собой почти все видимое пространство. Можно разглядеть, что она состоит из многих слоев брони. Лазерные лучи ударяют в оболочку и, отразившись, уходят в пространство. При этом каждый раз несколько внешних слоев защиты испаряются. На поверхности звездолета остаются небольшие кратеры.

Голос Гарсии.

Теперь я понял, зачем у ваших кораблей зеркальная поверхность – чтобы лучше отражать лазерные

лучи.

Голос Сфайтера.

Совершенно верно… Обычно с одного раза прожечь оболочку не удается. Впрочем, это зависит от размеров корабля. Более тяжелый несет более толстую броню, а мощность его лазеров выше. Поэтому большие звездолеты имеют в лазерном бою преимущество перед маленькими…

Голос Гарсии.

Ну, это очевидно…

Голос Сфайтера.

Не совсем. Если бы вы прочитали мою статью «Дуэль «снаряда» и «брони» в открытом космосе», вы бы так не говорили… Но об этом позже…

Голос Гарсии.

И сколько же нужно попаданий, чтобы вывести из строя средних размеров корабль?

Голос Сфайтера.

Хороший вопрос. А сколько ударов должен нанести боксер, чтобы нокаутировать соперника?

Желательно, чтобы лучи били в одно и то же место, а в космическом бою даже попасть в противника бывает непросто.

Голос Гарсии.

А нельзя ли использовать сильно расходящиеся лучи? Бить, так сказать, по площадям.

Голос Сфайтера.

Тогда мощность луча упадет, и он не сможет прожечь даже самую слабую броню. Но в вашем предложении есть зерно истины, надо только использовать не лазеры, а потоки античастиц.

5.

Изображение в визуализаторе. Схема боя двух звездолетов. От второго корабля отделяется ярко-красное светящееся пятно, похожее на очень сильно вытянутую каплю и, постепенно расширяясь, начинает медленно двигаться в сторону первого корабля.

Голос Сфайтера.

Обычно в качестве античастиц используют позитроны. Но только ими бить нельзя. Иначе сам корабль приобретет большой отрицательный заряд и в конце концов притянет положительно заряженные частицы обратно.

Поэтому используют смешанный электронно-позитронный пучок, суммарный заряд которого равен нулю. Но при этом частицы с противоположными зарядами притягиваются и аннигилируют. Возникает гамма-излучение, предупреждающее о приближении пучка.

Красный цвет как раз и изображает гамма лучи. Это, конечно, схема. В реальном бою гамма-излучение отображается на экраны цветом, соответствующим Доплеровскому смещению. Красному или фиолетовому, в зависимости от тог, удаляется или приблидается источник.

Из-за аннигиляции пучок довольно быстро ослабевает, «выдыхается», как говорят на жаргоне космического флота. Так что антиматерия – оружие относительно ближнего боя.

Зато если уж она попадает во вражеский корабль, урон почти всегда бывает катастрофическим. Вытянутая красная капля достигает первого корабля. Ослепительная вспышка, море огня заполняет большую часть визуализатора. Когда пламя гаснет, на месте звездолета дрейфует бесформенная глыба оплавленного металла.

Голос Гарсии.

Впечатляет!

Голос Сфайтера.

Да. И учтите, я показал вам действие уже сильно выдохшегося пучка. Свежий и достаточно мощный мог бы полностью испарить корабль.

Но на всякий яд есть свое противоядие. Позитроны выдают себя гамма излучением, которое, пусть ненамного, но обгоняет их. И атакованный звездолет часто успевает выбросить встречный пучок. Запись прокручивается назад. На месте обломков возникает вспышка и тут же гаснет. Первый корабль возрождается, как феникс из пепла и приобретает первоначальный вид.

Второй звездолет снова испускает антиматерию. Когда позитроны почти достигают цели, навстречу им вылетает окрашенная в условный ярко синий цвет капля.

Голос Сфайтера.

Обычно используют электроны, смешанные с протонами, чтобы скомпенсировать заряд. Поскольку обычную материю гораздо легче приготовить и сохранить, чем антиматерию, встречный пучок по мощности намного превосходит атакующий. Оба пучка сталкиваются. В месте столкновения вспыхивает яркий багрово-красный огненный шар.

Голос Сфайтера.

Конечно, часть гамма квантов достигает обороняющегося корабля, но это уже мелочь по сравнению с ущербом от прямого попадания.

Голос Гарсии.

Немного напоминает действие активной брони на танках… Это такая боевая машина у нас на Земле…

Голос Сфайтера.

Я знаю…

Голос Гарсии.

Похоже и здесь крупные корабли имеют все преимущества.

Голос Сфайтера.

Разумеется, дорогой Гарсия! Но существует оружие, предназначенное как раз для больших звездолетов. Я имею в виду гравитационные волны. Пространство перед первым кораблемм подергивается рябью. Звезды срываются с привычных мест и начинают танцевать какой-то странный танец.

Голос Гарсии.

Как будто смотришь сквозь нагретый воздух.

Голос Сфайтера.

Именно. Только здесь световые лучи искажает само искривленное пространство.

Область возмущенного пространства отделяется от корабля и устремляется к его противнику.

Голос Сфайтера.

Гравитационные волны распространяются со скоростью света, поэтому никаких защитных мер атакуемый корабль предпринять не успевает.

Рябь приближается к изображению звездолета. Его корпус начинает дрожать, вытягиваться то по одной оси то по другой, скручиваться попеременно по и против часовой стрелки…

Голос Сфайтера.

Слишком длинные волны бросают корабль, как единое целое и, следовательно, не могут причинить ему вреда. Но если длина гравитационной волны становиться меньше длины корпуса, различные его части приобретают ускорения в различных направлениях.

Когда эти ускорения слабы, ничего особо страшного не происходит. Но если интенсивность волны увеличивается, на корпус начинают действовать весьма ощутимые силы. Их называют приливными, поскольку они аналогичны тем, которые заставляют воды океанов дважды в сутки наступать на сушу. В обоих случаях эффект возникает из-за неравномерности сил тяготения. И чем больше линейные размеры корабля, тем он сильнее, ведь действия волн на каждую единицу длины суммируются.

Голос Гарсии.

Понятно, в океанах приливы тоже гораздо выше, чем в небольших внутренних морях…

Голос Сфайтера.

Именно.

Амплитуда деформаций непрерывно растет, в какой-то момент корпус не выдерживает, раскалывается и разлетается на довольно крупные части.

Изображение в визуализаторе исчезает. Гарсия и Сфайтер снова видят себя сидящими в кают-компании.

6.

Кают-компания.

Гарсия.

Теперь я понял, почему ваши большие звездолеты имеют форму шара. Наименьшие линейные размеры при заданном объеме и, значит, максимальная устойчивость к приливным деформациям

Сфайтер.

Вы совершенно правы, дорогой Гарсия.

Гарсия.

А в наших фантастических фильмах звездолеты похожи на гибрид авианосца с трансформаторной будкой.

Сфайтер.

Элементарно, Мигель! Ваша самая технологически развитая держава (а именно там в основном снимают такие фильмы) свою последнюю большую войну вела в самом большом океане вашей планеты. И основную роль там играли именно авианосцы. Земные кинематографисты просто механически превратили океан в космос…

Поэтому не удивительно, что большие корабли несут на себе маленькие, так похожие на самолеты. При их полете даже свист турбин слышен, несмотря на то, что дело происходит в вакууме

Гарсия.

А почему?… Вдруг замолкает и подозрительно смотрит на Сфайтера.

Гарсия.

Стоп, а откуда вы знаете так много про Землю? Океан, авианосцы,… да и активная броня танков, кстати?

Сфайтер.

Ментоскопирование.

Гарсия.

Черт! Мало того, что те сволочи копались у меня в мозгах. Еще и вы…

Сфайтер.

Ну-ну, не переживайте... Конечно, наши люди выкрали у Фоделя все записи. А как же иначе – ведь это единственные достоверные сведения о Материнской Планете. Но не расстраивайтесь – доступ к ним получили только те, кому это действительно необходимо…

Гарсия.

Например, вы.

Сфайтер.

И я в том числе. Надо же мне знать того, с кем имею дело… Понимаю, вы боитесь, что я узнаю о вас какие-то сугубо интимные вещи… Паук смеется характерным «Шерлок Холмсовским» смехом.

Сфайтер.

Это просто смешно… Наши виды настолько различны по своей природе, что подобные сведения могут представлять лишь сугубо познавательный интерес.

Ладно, чтобы немного восстановить справедливость, я как-нибудь расскажу о наших обычаях, связанных с продолжением рода. Думаю, вас ждет много сюрпризов…

Да и во всех остальных сферах мы очень не похожи друг на друга.

Гарсия.

А мне так не кажется… Такое впечатление, будто я разговариваю с человеком или, в крайнем случае, с гуманоидом…

Сфайтер (в голосе, который теперь полностью совпадает с голосом Василия Ливанова, слышится усмешка).

Иллюзия, дорогой Гарсия, иллюзия… Шуточки транслятора. Вы слишком поддаетесь эмоциям. А при общении с представителями иных цивилизаций надо руководствоваться разумом. Исключительно разумом.

Я ведь даже разговариваю не в вашем диапазоне частот. Вот как вы воспринимаете мою речь?

Гарсия.

Ну, как будто я слышу,... слышу голос мужчины... Замолкает и несколько секунд недоуменно смотрит на собеседника.

Гарсия.

И он кажется мне странно знакомым...

Сфайдер (не обращая внимания на недоумение Гарсии).

Вот видите, а ведь на самом деле у меня нет ни легких, ни гортани ни языка. На самом деле я «разговариваю» двумя задними ногами, заставляя их вибрировать с ультразвуковой частотой.

Прибор, который я ношу с собой, преобразует мою речь в обычный звук, а транслятор, находящийся в вашем мозгу, в свою очередь переводит ее.

То же самое и в обратную сторону. Но и вам и мне кажется, что мы сразу слышим речь на родном языке. Вы ушами, я - задними ногами.

Промежуточные этапы сознание вычеркивает. И только сделав над собой усилие, вы можете услышать некий шум – мою речь, преобразованную из ультразвуковых частот в обычные, до того, как она прошла через ваш транслятор.

Гарсия.

А как быть с именами? Человеческое имя я воспринимаю непосредственно, а ваше ультразвуковое расслышать не могу. Но когда вы представлялись, я услышал не то "Сфайтер", не то "Сфайдер."

Сфайтер.

Ну... Мне трудно судить, поскольку я не могу знать, как мое имя произносится в вашем частотном диапазоне. Но попробуем рассуждать логически. Отбросим все невозможное, и тогда останется только возможное.

Мое собственное имя можно перевести примерно как «боец». Как это будет звучать на языке Материнской Планеты.?

Гарсия.

На Земле тысячи разных языков. Какой из них вас интересует?

Сфайтер.

Ну, скажем, самый распространенный.

Гарсия.

На самом распространенном, на том языке, который, условно, можно считать общечеловеческим – fighter.

Сфайтер.

Это похоже на то, как звучит по вашему мое имя?

Гарсия (задумчиво).

Похоже, да не совсем... А понял! У нас на планете есть существа, внешне напоминающие вас.

На нашем «условно общечеловеческом языке» они называются Spiders... Spider+fighter=Sfighter. Сфайтер. Или Сфайдер.

Сфайтер.

Все элементарно, Мигель! Транслятор нашел самое простое решение.

Гарсия.

Да... Замолкает и вдруг хлопает себя ладонью по лбу.

Гарсия.

Вспомнил, где я слышал ваш голос... Вы говорите голосом одного нашего знаменитого артиста...

Сфайтер.

Очень интересно. Он что, похож на меня?

Гарсия (улыбаясь).

Я бы не сказал...

Сфайтер.

Тогда, может один из его героев?

Гарсия.

Нет, конечно... Хотя,... если иметь виду не внешнее сходство...

Понимаете, сто с лишним лет назад... Я имею в иду земные годы, это примерно один год Иулы...

Так вот, в то время было написано несколько книг про человека, сыщика-любителя, который мог раскрыть любое преступление. Со временем эти книги сделались культовыми...

У этого сыщика был друг, врач по профессии, не отличавшийся,... э... скажем так, избытком сообразительности.

Все рассказы и повести этой серии строились по одной и той же схеме – читателю сообщали все исходные сведения необходимые для раскрытия преступления, но он (читатель) вместе с другом-доктором все равно ничего не могли понять. В конце великий сыщик объяснял своему другу (а заодно и читателю) кто главный злодей и почему.

Много позже эти произведения стали приспосабливать для кино и телевидения (это вроде вашего Шара, но гораздо примитивнее). Такие вещи всегда трудно поддаются экранизации. Пространные рассуждения приемлемые на бумаге с экрана звучат, как правило, нудно и фальшиво.

Но была одна постановка... В общем там все актеры играли отлично. Но тот, кто изображал главного героя был просто бесподобен... А его голос... Наверное ему одному фильм был обязан половиной успеха...

И вот теперь вы, в моем восприятии, заговорили этим голосом. И даже отдельные любимые словечки великого сыщика начали вставлять.

Причем не сразу. Сначала ваш голос казался мне бесцветным. Но после того, как вы начали поучать меня, рассказывая о космических битвах и ссылаясь при этом на свои труды...

Сфайтер.

То есть ваш транслятор решил, что я веду себя подобно тому сыщику? Забавно, мне о таком слышать не приходилось, дорогой Гарсия.

Гарсия.

Да, а я, увы, играю роль не слишком сообразительного доктора... Интересно, а кто же в таком случае Йолана? Миссис Хадсон?

Сфайтер.

Это что, тоже героиня фильма?

Гарсия.

Да, но это к делу не относится. Если вы не против, давайте вернемся к нашим звездолетам.

Великий сыщик не закончил объяснения, и бедному доктору многое еще непонятно.

7.

Изображение в визуализаторе. Космос, корабль, к которому приближается гравитационная волна.

Голос Сфайтера.

Механическое разрушение - еще не худший вариант. По крайней мере, у части членов экипажа есть шанс продержаться внутри одного из обломков до прихода помощи. Но так бывает не всегда

И снова корпус звездолета начинает дрожать, вытягиваться то по одной оси то по другой, скручиваться, и вдруг на его месте сверкает ослепительная вспышка.

Голос Сфайтера.

Часто гравитационный удар поражает не весь корабль, а только его энергетическую установку или хранилище антиматерии... Там, где несколько мгновений назад находился космический корабль стремительно расширяется облако плазмы.

Голос Гарсии.

А как все это выглядит изнутри звездолета?

Голос Сфайтера.

Как выглядит?… Ну что же, человек вы, вроде, не слабонервный…

8.

Изображение в визуализаторе. Боевая рубка большого космического крейсера.

Главный обзорный экран включен, и от этого стены рубки выглядят прозрачными. Кажется, что платформа с находящимися на ней креслами членов экипажа висит среди усыпанного звездами неба скопления.

Голос Сфайтера.

Это не подлинная запись, а реконструкция одного боя, признанная, впрочем, достоверной на 95 процентов… Противник неожиданно вынырнул из гиперпространства позади нашего корабля. Арьегардный бой – очень невыгодная ситуация, когда имеешь дело с панцирниками… Пространство в задней полусфере корабля начинает дрожать, но не так, как когда он сам давал залп гравитационным излучением, а гораздо сильнее. Звезды срываются с привычных мест и начинают отплясывать немыслимую джигу.

Гравитационный удар настигает звездолет. Платформу с экипажем начинает корежить и выгибать в разные стороны. Невидимая чудовищная сила то вминает людей в кресла, то стремится вытащить из них, так что несчастные повисают на ремнях. Это повторяется снова, снова и снова. В какой-то момент гравитационный шторм, кажется, начинает стихать. Экипаж отчасти приходит в себя и даже начинает предпринимать контрмеры. Слышны отрывистые команды. Визуализатор поочередно показывает звездолетчиков, которые, преодолевая переменные перегрузки лихорадочно жмут клавиши своих терминалов.

Голос Сфайтера.

На корабле действуют компенсаторы – устройства, включающие гравитационные и антигравитационные поля в противофазе с полями атакующей волны. Без них развязка наступила бы мгновенно.

Гравитационная волна, способная искажать световые лучи, легко разрушит любое материальное тело… А сейчас ее действие, кажется, даже удается уменьшить…

Голос Гарсии.

А почему нельзя скомпенсировать совсем? Мощности не хватает?

Голос Сфайтера.

Нет, конечно. Собственная мощность звездолета всегда выше мощности любого внешнего излучения. Но эти поля имеют разную пространственную структуру, и полная компенсация невозможна.

В этом отношении, экипажу еще повезло, что противник наносит удар сзади и имеет малую относительную скорость. Из-за эффекта Доплера длина атакующей волны увеличивается, и ее легче «пригасить», как говорят космолетчики.

Амплитуда гравитационной волны снова растет. Видно, как вдавленные в кресла люди теряют сознание.

Голос Сфайтера.

Ну вот, противник начинает менять фазу и частоту своей волны, чтобы затруднить компенсацию. Это конец…

Система отображения информации выходит из строя. Изображение космического пространства гаснет, вместо него в мигающем красном свете аварийного освещения возникают стальной потолок и стены рубки. Включается сирена.

Ремни нескольких кресел не выдерживают и лопаются. Сидевшие в них люди летят к потолку и разбиваются о него с отвратительным глухим звуком. Мгновение их раздавленные тела висят над головами уцелевших, но тут знак гравитационного поля меняется, и они с не менее отвратительным звуком падают на платформу.

Раздается треск лопнувшей обшивки. Слышен свист вырывающегося наружу воздуха. Через весь потолок проходит трещина, расширяющаяся с каждым мгновением. В нее, навстречу настоящему, не виртуальному, межзвездному пространству, в окружении клубов мгновенно замерзшего воздуха уносится то, что осталось от людей.

Звездолет разваливается на части, которые стремительно удаляются друг от друга и через несколько секунд теряются среди звезд скопления.

Голос Сфайтера.

От лазерного луча можно укрыться за достаточно мощной броней. Или искривить его той же гравитационной волной. Навстречу потоку античастиц можно ударить обычными частицами и заставить их аннигилировать не доходя до цели.

Но от гравитационной волны не заслониться ни чем. И чем больше звездолет по размерам, тем чувствительнее он к гравитационным ударам. Поэтому-то гравитационные пушки, наиболее эффективны против больших кораблей, хорошо защищенных от других видов оружия.

Правда, в последнее время у панцирников появился новый вид тяжелых звездолетов, состоящих из отдельных относительно небольших модулей, связанных силовыми полями. Я собираюсь посвятить этому виду кораблей свою очередную монографию...

9.

Изображение в визуализаторе. На фоне космоса нескольких десятков сфер, образующих сложную пространственную структуру.

Рябь, изображающая гравитационную волну накатывается на корабль и заставляет сферы колебаться, как если бы они были соединены невидимыми пружинами.

Голос Сфайтера.

Волна заставляет отдельные модули колебаться друг относительно друга, не принося им существенного вреда. Такой корабль устойчив против гравитационных ударов, как маленький и способен отражать лучи и антиматерию, как большой.

Справиться с ним крайне сложно. На наше счастье таких звездолетов построены, пока, считанные единицы.

Голос Гарсии.

Неужели при вашем уровне развития техники так трудно связать силовыми полями несколько десятков модулей?

Голос Сфайтера.

Связать то не трудно. В качестве стационарных орбитальных крепостей подобные сооружения используются всеми расами.

Но вот добиться того, чтобы такая штуковина прошла через гиперпространство, и после этого каждый модуль не оказался на расстоянии как минимум световой недели от ближайшего соседа – вот это проблема. И пока решить ее удалось только панцирникам.

Голос Гарсии.

Так что, человеческие корабли для гравитационных пушек этих новых звездолетов просто мишень?

Голос Сфайтера.

Ну-ну, дорогой Мигель. Все не так плохо. Чтобы поразить даже обычный корабль, надо очень точно направить волну на цель.

А это не просто, особенно, когда звездолет маневрирует. Так что обычно в бою применяются все виды нападения и защиты в различных комбинациях. А уж если сталкивается множество кораблей…

10.

Изображение в визуализаторе. Боевая рубка большого космического крейсера.

Визуализатор крейсера включен в режиме внешнего обзора, поэтому рубка выглядит, как висящая среди звезд платформа, уставленная пультами и креслами с сидящими в них людьми. Из-за эффекта Доплера звезды прямо по курсу кажутся фиолетовыми, а позади – багрово-красными. Кроме этого в задней полусфере и по бокам светятся несколько ярко-белых точек.

Голос Сфайтера.

Это подлинная запись пятнадцатого года. Обратите внимание на звезды. Цвет тех, что впереди смещен в фиолетовую область, а тех что позади в красную. Корабль движется с субсветовой скоростью, и эффект Доплера сказывается довольно сильно.

Белые огоньки – это корабли нашей эскадры. Их скорость приблизительно равна нашей, поэтому цвет не меняется.

В правой передней полусфере визуализатора крейсера вспыхивают несколько фиолетовых точек.

Голос Сфайтера.

Внимание, появляется противник! Помните, мы видим их там, где они были некоторое время назад. Где они сейчас, а главное, где будут в момент, когда импульсы нашего оружия дойдут до цели, не может знать никто. Светящиеся точки начинают менять положение, сдвигаются вправо-влево и вверх-вниз, будто танцуя какой-то замысловатый танец. То же самое делают и белые огоньки, окружающие крейсер.

Голос Сфайтера.

Чтобы затруднить прицеливание, противник начинает маневрировать. То же самое делают и наши. Члены экипажа крейсера обмениваются какими-то репликами, однако их слов не слышно. Но даже без этого чувствуется, как в рубке нарастает напряжение. Лица людей становятся все более сосредоточенными, их движения – все более точными. Неожиданно все пространство в передней полусфере начинает дрожать.

Голос Сфайтера.

Наши произвели гравитационный залп. Область искривленного пространства распадается на отдельные части, которые все больше удаляются друг от друга. Одновременно, спадает амплитуда видимого смещения звезд. Точки, изображающие вражеские корабли, становятся ярче.

Голос Сфайтера.

Дистанция сокращается, скоро можно будет использовать антиматерию. Движения членов экипажа крейсера резко замедляются.

Голос Сфайтера.

Сейчас счет пойдет буквально на секунды и доли секунд, так что я замедлил воспроизведение, чтобы иметь возможность комментировать…

В передней полусфере вспыхивает полтора десятка ярко-красных точек, которые постепенно начинают тускнеть.

Голос Сфайтера.

Вот пошли наши пучки антиматерии. Красные огни – результат частичной аннигиляции электронов и позитронов. Цвет, напоминаю, условный, так как гамма лучи невидимы.

Неожиданно пространство перед кораблем начинает мелко дрожать. Звезды превращаются в размытые светящиеся силуеты. Площадку управления, кресла и экипаж начинает со страшной силой трясти.

Голос Сфайтера.

А вот и привет от друзей. Обратите внимание, на эффект Доплера. Из-за того, что корабли сближаются с чудовищной скоростью, длина атакующей волны очень сильно укорачивается. Вместо довольно плавных колебаний силы тяжести – непрерывная тряска.

Компенсаторы в такой ситуации почти бессильны. К счастью, из-за маневров нашей эскадры противник промахивается, и залп задевает корабли только краем. Приливные силы слишком малы, чтобы нанести по-настоящему существенные повреждения.

В передней полусфере загорается полсотни бледно-фиолетовых точек, которые с каждым мгновением разгораются все ярче.

Голос Сфайтера.

А это уже электронно-позитронные пучки противника. Фиолетовый цвет, опять таки условный, показывает доплеровское смещение… Я уменьшил скорость воспроизведения почти до нуля. Сейчас сработают излучатели встречных пучков, «активная броня», как вы это назвали.

Фиолетовые точки разгораются все ярче. Из корабля им навстречу вылетают размытые зеленые огни. На месте столкновения первых и вторых возникают ослепительно-белые вспышки.

Голос Сфайтера.

Ну, что я говорил. Пучки античастиц движутся чуть медленнее света и потому отстают от гамма квантов совсем немного. Так что у атакованного звездолета почти не остается времени на ответ.

Человеческий мозг, даже напрямую подключенный к системе управления оружием отреагировать не успевает. Тут уже действует автоматика. Визуализатор поочередно крупным планом с разных сторон показывает обстановку рубки и застывшие лица членов экипажа.

Голос Гарсии.

А не проще поручить компьютерам управление всем боем? Учитывая их превосходство в быстродействии.

Голос Сфайтера.

Конечно проще. Но проще не значит эффективнее.

Начнем с того, дорогой Гарсия, что сражения ведутся на досветовых скоростях в обычном эвклидовом пространстве.

Еще никто не придумал способа воевать в гиперпространстве. Корабль просто уходит в него в точке А и через некоторое, часто довольно значительное, время появляется обратно в точке В.

Во время движения он слеп, глух, но и сам невидим. Если бы кто-нибудь придумал способ обнаруживать и атаковать вражеские корабли в гиперпространстве, это был бы переворот в военном деле.

А в обычном пространстве происходит запаздывание сигналов, вызванного конечностью скорости света. Каждая из сторон видит противника в том месте, где он был в некий прошедший момент времени. Если относительные скорости кораблей невелики (это бывает, например, когда один противник преследует другого), искажения из-за запаздывания сигнала не играют большого значения. Корабли просто не успевают существенно изменить свое относительное местоположения за время прохождения сигнала от одного до другого.

Но когда два звездолета несутся навстречу друг другу с околосветовыми скоростями и при этом маневрируют в плоскости перпендикулярной направлению движения, тут-то и начинается самое интересное. По сути дела их экипажи палят друг по другу вслепую. Вернее, почти вслепую.

Здесь бессильны компьютерные расчеты, но огромную роль играет нечто, чем обладает только живой мозг… То, благодарю чему люди выиграли гораздо больше космических битв, чем это можно было бы ожидать исходя из уровня развития техники и количественного соотношения враждующих флотов.

Статистический анализ множества встречных боев показывает, что средний процент попаданий существенно выше, чем если бы огонь велся случайным образом или на основе экстраполяции траектории противника.

Голос Гарсии.

Но почему?

Голос Сфайтера.

Если бы я это знал, то был бы президентом Академии Наук Иулы… Есть такие слова «наитие», «интуиция»... Никто точно не знает, что это такое. Но неумолимая статистика показывает, что-то тут есть.

Вот почему машины с их фантастическим быстродействием до сих пор окончательно не вытеснили живых пилотов из боевых рубок звездолетов.

И вот почему люди, обладающие не самыми лучшими кораблями и не самым большим опытом космических сражений, выиграли столько межзвездных битв.

Голос Гарсии.

Вы хотите сказать, что другие расы не обладают «наитием»?…Ваша например

Голос Сфайтера.

Обладают, но не в такой степени. Мы, скажем, в этом отношении сильно уступает гуманоидам. Мне самому приходилось участвовать в подобных сражениях и, скажу без ложной скромности, удавалось кое-чего добиться. Но по сравнению с лучшими командирами-людьми…

Голос Гарсии.

А мне сказали, что вы лучший пилот скопления.

Голос Сфайтера.

Да, в том, что касается чисто пилотирования. И в стратегии и тактике я далеко не последний специалист. Но не в управлении звездолетом в космическом сражении на контркурсах.

Меня выбрали потому, что это наше задание не предусматривает участия в бою.

Голос Гарсии.

А как же операция прикрытия?

Голос Сфайтера.

Так прикрывать будут нас, а не мы…

Голос Гарсии.

Ладно, а остальные расы, например наши лучшие друзья – панцирники?

Голос Сфайтера.

Наши лучшие друзья чувствуют себя очень неуверенно, когда им приходится принимать решения в условиях дефицита информации. Вот почему они так любят использовать в своих кораблях киборгов с человеческими мозгами.

Конечно, киборг не человек, но по части наития даже он даст сто очков любому панцирнику…

Голос Гарсии.

А я думал все эти страшилки, которые мне показывали – пропагандистский трюк полковника Фоделя…

Голос Сфайтера.

Увы… Некоторые считают, даже, что нынешняя война не в последнюю очередь вызвана тем, что панцирники начали ощущать острый недостаток киборгов для своего модернизируемого флота…

Голос Гарсии.

Абсурд какой-то. Порочный круг. Затевать войну из-за того, что надо модернизировать флот, который нужен для того, чтобы успешно вести войну, которая нужна для того, чтобы добыть материал для модернизации флота, который нужен для того…

Голос Сфайтера.

А когда на вашей родной планете какая-нибудь держава затевала войну, чтобы получить доступ к запасам нефти, которые нужны для производства горючего, необходимого для армии, чтобы та могла успешно вести войну за нефтяные месторождения, необходимые для того… и так далее? Вам это не казалось порчным кругом и абсурдом?

Голос Гарсии.

Всегда казалось!

Голос Сфайтера.

То-то... Обратите внимание на группу в центре. Вон на тех.

11.

Изображение в визуализаторе. Крупно показаны четыре человека, сидящие в неестественно застывших позах со шлемами на головах.

Голос Сфайтера.

Вот они то и управляют в данный момент боем.

Голос Гарсии.

Как, все четверо?

Голос Сфайтера.

Да, все четверо. Пилоты, обладающие «наитием» даже среди людей встречаются не часто. Они есть не на каждом корабле. Но это флагман эскадры. Перед решающим сражением в помощь его пилоту прикомандировали еще троих с других звездолетов…

Голос Гарсии.

У семи нянек…

Голос Сфайтера.

Что?

Голос Гарсии.

Просто у нас есть такая пословица: «У семи нянек ребенок без глаза». Изображение в визуализаторе гаснет.

12.

Кают-компания разведывательного корабля.

Некоторое время паук озадаченно молчит. В его бесчисленных фасеточных глазах многократно отражается фигура и лицо землянина.

Сфайтер.

Простите, но мой транслятор не смог адекватно перевести ваши слова. Какое отношение имеет зрительная система детеныша вида Homo Sapiens к управлению космическим боем?

И причем тут люди, ухаживающие за этим детенышем… В вопросах продолжения рода наши виды настолько отличаются друг от друга, что я не рекомендовал бы использовать метафоры, связанные…

Гарсия.

Просто я хотел сказать, что когда множество людей делает одну и ту же работу, результат бывает плачевный.

Сфайтер.

Но не в этом случае. Мозг каждого из пилотов напрямую соединен с компьютером, который играет роль арбитра в случае, если они отдают противоречивые команды.

13.

Изображение в визуализаторе в режиме «призрак». Боевая рубка космического крейсера.

Сфайтер снова включает нормальный темп воспроизведения. И тут же фиолетовые точки, изображающие корабли противника, исчезают из передней полусферы, чтобы появиться в задней. При этом их цвет меняется на темно-красный.

Голос Сфайтера.

Ну вот, наши проскочили сквозь строй противника и оставили его позади. Обратите внимание, теперь они удаляются, и фиолетовое смещение сменилось красным. В задней полусфере появляются огни аннигиляции и вспышки от столкновений встречных пучков.

Голос Сфайтера.

Противники обмениваются залпами вдогонку… Яркая вспышка в задней полусфере.

Голос Гарсии (радостно, как болельщик на футболе).

Ура! Одного достали!… В правой передней полусфере появляются новые бледно-фиолетовые точки. Постепенно они начинают сдвигаться к центру, и одновременно с этим красные точки, изображающие удаляющиеся корабли противника уходят в левую заднюю полусферу.

Голос Сфайтера.

А вот и вторая волна атакующих. Наши доворачивают, чтобы встретить их лицом. Из-за того, что сближение происходит под углом, пеленг все время меняется.

Заметьте, первая волна еще не вышла из зоны боевого взаимодействия. Классическая ситуация «слоеного пирога»… Корабль вновь сотрясается от гравитационных ударов.

Голос Гарсии.

Обалдеть можно!

Голос Сфайтера.

Теперь понимаете, как сложно вести встречный бой на субсветовых скоростях. Между прочим, это сражение было выиграно людьми, которые тогда еще находились под опекой Гилнов, несмотря на огромный перевес панцирников в качестве техники и численности.

Голос Гарсии.

Уж не обладание ли «предвидением» позволило людям избавится от опеки Гилнов и занять нынешнее положение среди гуманоидов?

Голос Сфайтера.

В значительной мере – да. Но это произошло позже. А тогда все плоды пожали гилны, хотя, по сути дела, именно люди выиграли ту войну. Панцирникам не помог даже устроенный ими взрыв звезды….

Голос Гарсии.

Значит звезды можно взрывать не только в игре?

Голос Сфайтера.

Некоторые - можно. Другое дело, что такой способ ведения войны приводит к слишком большим жертвам и потому считается варварским. Ну, вроде как у вас – применение ядерного или химического оружия. Случаи преднамеренного взрыва сверхновых можно пересчитать по пальцам.

14.

Изображение в визуализаторе. Открытый космос.

Бесчисленные звезды скопления на фоне черного неба. «Сверху» сплошной изогнутой стеной клокочущего пламени нависает поверхность какой-то звезды. Справа появляется полтора десятка сверкающих точек.

Голос Сфайтера.

Это подлинная запись гравитационной атаки на звезду Фарнаут, сделанная в пятнадцатом году по летоисчислению Иулы. Точки приближаются и превращаются в эскадру сферических космических кораблей, которая, выходя на орбиту вокруг звезды, проносится мимо камеры. Визуализатор движется следом. Это выглядит так, как будто невидимые Гарсия и Сфайтер летят вслед за космической эскадрой. Визуализатор вращается вокруг оси - поверхность звезды перемещается вбок, потом вниз. Впереди из-за горизонта встает огненный язык протуберанца.

Голос Сфайтера.

Внимание, сейчас начнется сама гравитационная атака. Прямолинейное движение кораблей сменяется волнообразным. Эскадра то проваливается навстречу фотосфере звезды, то взмывает вверх. И в такт ее движениям вспучивается и опадает проносящаяся «внизу» огненная поверхность.

Голос Сфайтера (отвечая на невысказанный вопрос землянина).

Переменное гравитационное поле кораблей то притягивает то отталкивает ближайшие участки фотосферы. А они, в свою очередь, притягивают и отталкивают эскадру. Третий закон Ньютона: действие равно противодействию.

На поверхности звезды, непосредственно под тем местом, где только что прошла эскадра начинается огненная буря. Как будто невидимые великаны бросают в плазменное море невидимые камни, от которых по его поверхности бегут волны.

Волны расходятся конусом, как след на воде от прошедшего катера. Сфайтер переводит визуализатор в режим присутствия. В кадре появляются Гарсия (сидящий в кресле) и его членистоногий друг. Они летят вслед за эскадрой над бушующей фотосферой.

Сфайтер.

Думаю, так эффект присутствия будет ощутимее.

Протуберанц прямо по курсу эскадры приближается и поднимается все выше. Не меня направления движения, корабли направляют часть излучаемой мощности на новую цель.

Огненный фонтан дрожит, колеблется в разные стороны и в какой-то момент разрывается на части. Звездолеты проходят в образовавшиеся между плазменных облаков прорехи. Вслед за ними сквозь огненный туман пролетают оба героя. Гарсия невольно прикрывает рукой глаза…

Визуализатор начинает постепенно отставать от эскадры, которая уходит вперед и медленно скрывается за огненным горизонтом. « Внизу» продолжает бушевать потревоженная поверхность звезды.

Сфайтер.

Превратить в сверхновую можно далеко не каждое светило. И это очень не просто. Мощь флота любой разумной расы исчезающе мала по сравнению с мощью звезды. Но даже слабые воздействия, оказанные в нужное время и в нужном месте могут творить чудеса.

Гарсия.

Как маленький камешек, вызывающий лавину…

Сфайтер.

Примерно… Согласованные длительные действия многих эскадр, должны попасть в резонанс и «раскачать» звезду. Фарнаут начинает стремительно отдаляться и превращается в не очень большой, но яркий шар. Гарсия и его друг остаются висеть среди звезд.

Сфайтер.

Сейчас мы наблюдаем звезду с орбиты ближайшей к ней планеты. На таком расстоянии действия отдельных эскадр неразличимы, но тем заметнее их суммарный результат.

Воспроизведение ускореннаое. Каждая секунда соответствует примерно семидесяти пяти иулианским часам. Репортаж велся с борта автоматической станции.

Некоторое время ничего не происходит так, что землянину даже начинает казаться, что с фильмом произошла какая то заминка. Затем по краям звездного диска начинают появляться крошечные волоски протуберанцев.

Еле слышный глухой гул, в качестве ненавязчивого фона сопровождавший все предыдущие сцены, делается более отчетливым. Но Гарсия не обращает на него внимания, посчитав звуковым сопровождением к фильму.

Постепенно протуберанцы становятся длиннее и толще. Шар звезды начинает дрожать, вытягивается в «горизонтальный» элипсоид, возвращается первоначальную форму, затем снова вытягивается, но уже по новой, «вертикальной» оси. Затем весь цикл повторяется снова, но уже быстрее. И еще раз и еще... Все быстрее и быстрее.

Протуберанцы достигают в длину уже половины звездного диска, отчего Фарнаут становится похожей на голову медузы-горгоны. Где-то вдалеке одна за другой вспыхивают и тут же гаснут несколько ярко оранжевых точек.

Голос Сфайтера.

Эскадры закончили гравитационную бомбардировку и уходят через гиперпространство. Но запал подожжен, и погасить его уже нельзя…

Голос Гарсии.

Процесс пошел, как говорил один наш известный деятель… По диску Фарнаута пробегают огненные волны всех оттенков багрового цвета. Теперь звезда напоминает не столько небесное тело, сколько бактерию перед делением. Колебания ее поверхности становятся все быстрее, и в какое-то мгновение оболочка звезды лопается, как перезрелый плод. Во все стороны летят брызги плазмы. Одно из огненных облаков приближается, стремительно растет в размерах… Изображение гаснет. Гарсия снова видит себя и Сфайтера сидящими в кают компании.

15.

Кают-компания.

Сфайтер.

Когда взрыв сверхновой происходит по естественным причинам, все выглядит несколько иначе. Но это уже тонкости…

Забавно, что у гравитационного оружия есть и другое применение, так сказать на противоположном конце спектра видов вооружения. Я имею в виду ближний бой…

16.

Изображение в визуализаторе. Улица большого города. Несколько странного вида колесных машин резко тормозят у подъезда высотного здания. Одновременно полсотни платформ зависают на разных уровнях возле самых окон. Их экипажи направляют свои антигравитационные ружья и производят залп. Осколки стекол со страшным грохотом водопадом рушатся вниз. В ту же секунду взрывы гранат сносят входные двери. Экипажи платформ прыгают в проемы окон. Наземные отряды врываются в вестибюль. Здание атаковано сразу на всех уровнях.

17.

Изображение в визуализаторе. Внутри небоскреба. Нападающие в шлемах и защитной форме бегут по лестницам и коридорам, выстрелами своих ружей сносят двери и врываются во внутренние помещения. Люди, защищающие здание, застигнуты врасплох и почти не оказывают сопротивления. Лишь изредка где-нибудь сверкает луч лазерного пистолета, в ответ на который звучит сразу несколько хлопков ружей. Сбитых с ног обороняющихся тут же переворачивают лицом вниз, заводят им руки за спину и надевают наручники.

Голос Сфайтера.

Переносные гравитационные ружья слишком маломощны, чтобы разрушить что-нибудь серьезное. Они не излучают гравитационные волны, а просто дают одиночный импульс, сравнимый по силе с акцентированным ударом хорошего боксера-полутяжеловеса. Довольно неприятно, но для человека, как правило, не смертельно. Несколько нападающих сбегают вниз по узкой крутой лестнице, останавливаются перед толстой металлической дверью, после секундной заминки, прикрепляют к ней взрывное устройство и прячутся за углом. Несильный взрыв, дверь падает, нападающие врываются внутрь и начинают освобождать прикованных к вделанным в стены кольцам изможденных узников.

Голос Сфайтера.

Эти ружья применяют, когда хотят не убить противника, а только вывести его из строя. Например, при всякого рода захватах заложников. Или при их освобождении.

Голос Гарсии.

Теперь понятно, чем пользовались десантники Ордена, когда вызволяли меня. Они не хотели убивать тюремщиков… А скажите...

Еле слышный, напоминающий отдаленный гром неясный гул, все время сопровождавший беседу вдруг резко усиливается. Теперь он различим уже совершенно отчетливо.

Голос Гарсии

Что это?

18.

Кают-компания. Сфайтер выключает визуализатор.

Сфайтер.

А это та самая операция прикрытия, о которой вам говорили. Мы слышим выстрелы гравитационных орудий.

Гарсия.

Слышим выстрелы?... В космосе?... В вакууме? А кто несколько минут назад издевался над земными кинематографистами, за то, что у них космические корабли летают в пустоте со свистом? Вы меня за идиота держите или это опять шутки транслятора?

Сфайтер (в голосе слышится усмешка).

Никаких шуток. Ваша беда, дорогой Гарсия, что вы слишком эмоциональны. Спешите удивляться и даже не пытаетесь мыслить логически…

Гарсия (с недоумением).

Ну что же, попробую мыслить логически… Я конечно не большой специалист в физике, но все же знаю, что звук - это колебания окружающей среды. А что может колебаться в вакууме?

Сфайтер.

Как что? Разумеется сам вакуум. О чем я тут битый час толковал? Гравитационная волна это и есть колебание пространства.

Конечно мы слышим не саму волну, а звуки, которые издает корпус нашего корабля на который действуют приливные силы. Как вы можете убедиться, шум вполне терпим, ведь стреляют далеко и не по нам. Сюда доходят только отголоски гравитационных ударов.

Это, образно говоря, рябь от шторма или, если хотите, брызги от падающих в воду снарядов. А вот если бы стреляли по нам... Недаром я отключал или приглушал звук, когда показывал действие гравитационных волн...

Гарсия.

А что это за операция прикрытия?

Сфайтер (после небольшой паузы).

Ну ладно, теперь об этом уже можно рассказать… Видите ли, Мигель, Орден примерно знает где находится самый мощный из известных на данный момент Кристаллов. А находится он на одной из планет системы, лежащей на границе сфер влияния людей и дельгаммов.

Но Орден не мог просто направить туда корабль, тем более сейчас, в военное время. Пришлось задействовать агентов в Генеральном Штабе…

И вот часть флота послана, чтобы установить контроль над этой, ничейной в мирное время, планетной системой. При этом почти наверняка должно произойти столкновение с отрядом дельгаммов, посланным туда же с аналогичной целью.

В состав человеческой эскадры включен маленький разведывательный кораблик дружественной расы, экипаж которого состоит из одного пилота – то есть меня. Никаких других живых существ на этом корабле, разумеется, нет. По крайней мере, это может подтвердить вся находящаяся на борту регистрирующая аппаратура.

По какой-то странной случайности (вот для чего нужен пилот экстра-класса!), разведывательный корабль выходит из гиперпространства слишком близко от той планеты, где спрятан кристалл.

И у меня есть ощущение, что такой близкий к тяготеющей массе выход из гиперпространства не пройдет для корабля бесследно. Неясное предчувствие говорит мне, что в ближайшее время произойдет серьезная поломка, для устранения которой придется совершить посадку на ту самую планету. Грохот усиливается.

Гарсия (задумчиво).

Однажды я прочитал о наземном испытании термоядерной бомбы в пятьдесят мегатонн. Конечно, для вас такая мощность может показаться смешной, но у нас...

Сфайтер.

Почему же. Такая мощность и по нашим меркам кажется неприемлимо большой, когда речь идет об атмосфере населенной планеты, да еще в мирное время. Тут не до смеха...

Гарсия.

Эту бомбу сбросили с самолета на пустынный, покрытый арктическими льдами остров.

Испытатели находились на расстоянии нескольких сотен километров от эпицентра. Естественно, сначала до них дошла ударная волна, распространяющаяся через поверхность, ведь скорость звука в твердых породах намного превосходит скорость звука в воздухе.

Так вот, один из очевидцев писал, что он услышал даже не грохот, а стон, « как будто саму Землю убили».

А сейчас мне кажется, будто убивают само Пространство.

Сфайтер.

Ну что же, может в каком то смысле так оно и есть.

Гул усиливается еще больше. Теперь даже на глаз заметно, как слегка дрожат стены кают-компании.

Сфайтер.

Однако я, похоже, заболтался. Сражение уже в полном разгаре, самое время смыться куда подальше. Мне пора в рубку. Сейчас я пришлю сюда очаровательную Йолану, и она наконец посвятит вас в подробности вашей миссии.

Сфайтер спрыгивает с потолка на пол и, быстро перебирая ногами, скрывается в двери. Через некоторое время оттуда появляется Йолана, одетая в такой же, как у Гарсии чуть мешковатый комбинезон со множеством карманов.

В продолжении последующих сцен грохот космического сражения постепенно стихает и почти сходит на нет.

Гарсия.

Приветствую вас, миссис Хадсон. Теперь ваша очередь просвящять доктора Ватсона.

Не удостоив землянина даже взглядом, Йолана решительно усаживается в кресло и без предисловия начинает:

Йолана (Быстро, монотонно, без пауз и знаков препинания, бесцветным голосом, как плохой учитель, ни мало не заботящийся о том, усваивают ученики материал или нет.)

ЭтотКристаллнекогдапринадлежалкоролевеамазонокЮжно гоКоролевствапятойпланетыссистемыПетх14ипозднеебылс прятанначетвертойпланетеэтойсистемыВивандевразгарэ похисмутыпримернодвацатьпятьстандартныхлетназад…

Гарсия.

Стоп-стоп, нельзя ли помедленнее.

Йолана (все тем же бесцветным голосом и без знаков препинания, но на этот раз медленно и нарочито отделяя одно слово от другого).

Этот Кристалл некогда принадлежал королеве амазонок Южного Королевства пятой планеты системы Петх 14 и позднее был спрятан на четвертой планете этой же системы – Виванде в разгар эпохи смуты примерно двацать пять стандартных лет назад…

Гарсия.

Здорово! Всю жизнь мечтал познакомиться с живыми амазонками!

Йолана (бросив на него презрительный взгляд, но чуть более нормальным тоном).

По последнему мирному договору с дельгаммами система Петх не вошла в сферу влияния ни одной из межзвездных рас и должна была быть предоставлена сама себе. Однако, через несколько стандартных лет после его подписания Тромм, бывший рыцарь третьего круга, изгнанный из Ордена за какую-то серьезную провинность, в тайне от всех решил проверить легенду о том, что обитатели Гильгеи – пятой планеты системы - хранят множество Кристаллов. Возможно, таким способом он хотел искупить вину, действуя по принципу “победителей не судят”.

Легенда подтвердилась. По слухам, Тромму удалось раздобыть несколько десятков первоклассных Кристаллов, прежде чем Контрольная Комиссия – межзвездный орган, призванный следить за выполнением мирного соглашения – напала на его след. Рыцарю пришлось срочно ретироваться на соседнюю планету Виванду, однако и там его настигла рука закона.

Но никаких Кристаллов при нем найдено не было. Тромм был приговорен к пожизненному заключению и, согласно канонической легенде, вскоре умер в тюрьме. Не исключено, что ему в этом помогли.

Одни считают, что никаких Кристаллов Тромму раздобыть не удалось, другие – что он спрятал их на Гильгее, третьи – что на Виванде, четвертые – что Кристаллы у него все-таки нашли и тайно уничтожили агенты Комиссии. А пятые, до недавнего времени они составляли большинство, вообще считали его мифической личностью.

Все последующие годы, то тут, то там, время от времени всплывали разные документы с названиями вроде «завещание Тромма» или «План клада Тромма», но все они оказывались фальшивками.

И вот, совсем недавно, нашим людям удалось найти подлинный личный архив рыцаря. Кристаллы оказались спрятаны действительно на Виванде...

Гарсия.

Жаль, я бы предпочел Гильгею с ее амазонками... Впрочем, ты еще не сказала, кто населяет Виванду. Может быть наяды? Или дриады?

Йолана.

Держи свои предпочтения при себе. Как и свои остроты. А что касается населения Виванды... Включает визуализатор.

19.

Изображение в визуализаторе в режиме полного присутствия. Космос.

На переднем плане - Йолана и Гарсия вдруг «оказавшиеся» среди звезд, на заднем –Виванда и два ее спутника. Укутанный густым белым покрывалом шар растет, постепенно заполняя собой весь визуализатор. Кажется, что два сидящих в креслах человека стремительно падают на планету.

Йолана.

Виванда является четвертой планетой звезды Петх. Радиус орбиты – примерно три с половиной световых часа, период обращения - около двух стандартных месяцев, наклон оси вращения – двадцать шесть градусов, сила тяжести – примерно половина силы тяжести Иулы. Двадцать семь процентов свободного кислорода, атмосферное давление на поверхности в 1,7 раза превышает давление Иулы, климат жаркий, но вблизи полюсов человек вполне сносно может обходится без скафандра.

Йолана и Гарсия «входят» в облака, и весь визуализатор заполняется клочьями стремительно уносящегося вверх тумана, через который едва проглядывают силуэты людей. Так же неожиданно, как и начались, облака кончаются, и внизу показывается поверхность планеты.

Йолана.

Интересующий нас район находится недалеко от северного полюса. Там сейчас весна, и длительность дня значительно превышает длительность ночи, хотя для нас это большого значения не имеет.

Внизу стремительно проносится сильно изрезанное морское побережье, покрытые пышным лесом горы, где-то немного в стороне мелькает острый конус вулкана, из жерла которого в небо поднимается густой столб черного дыма. Иногда сквозь просветы в облаках проглядывает висящее низко над горизонтом огромное багровое солнце.

Йолана.

Доступ в систему Петх был строго ограничен, поэтому сведения о входящих в нее планетах крайне скудны. Виванда – не исключение. Сейчас мы видим компьютерную реконструкцию, степень достоверности которой не превышает шестидесяти пяти – семидесяти процентов.

Временами из нависающих над головой туч льют струи призрачного дождя. Несколько раз визуализатор пролетает через узкие глубокие ущелья.

Йолана.

Виванда относится к редкой разновидности планет, имеющих сразу две совершенно непохожие формы жизни. Первая – довольно обычная, белковая - населяет водоемы, сушу и воздушное пространство…

20.

21.

Изображение в визуализаторе.

Перед людьми поочередно появляются различные населяющие планету живые существа в реальном масштабе. Фауна Виванды напоминает фауну Земли в Мезозойскую эру, с той лишь разницей, что позвоночные имеют по три пары конечностей, а насекомые – по четыре. Режим полного присутствия позволяет оценить их размеры по сравнению с размерами человека.

Каждая картинка остается видимой достаточно долго, чтобы Гарсия (а вместе с ним и зрители) мог получить общее представление о показываемом животном, но недостаточно долго, чтобы можно было разглядеть какие-либо детали. После окончания показа у зрителей должно остаться стойкое желание увидеть все еще раз, и еще раз, и еще… (Такой прием часто применяется в телерекламе. По сути, этот эпизод и является рекламой. Зрителю обещают показать всех этих монстров в подробностях. И покажут.)

… Безграничная, пронизанная солнечными лучами водная толща. Огромный спрут с глазами, как колеса грузовика и хищным черным клювом, среди бесчисленных зловеще шевелящихся щупалец которого едва заметны два кресла с сидящими в них людьми…

… Гигантский ящер, напоминающий тиранозавра-акселерата, разинув пасть нависает над Гарсией и Йоланой…

… Бескрайнее небо. Где-то далеко внизу сквозь редкие тонкие облачка просвечивает острый скалистый мыс, о который разбиваются яростные пенные гребни волн. Вокруг кружат разнообразные летающие ящеры. Неторопливо взмахивая огромными крыльями величественно проплывает самый большой из них. Его тело напоминает надутый бурдюк…

… Снова море. Стаи разноцветных рыб резвятся вокруг людей. Сверху, вдоль поросшего губками и кораллами скального обрыва на них пикирует огромный ящер, похожий на мозозавра с тремя парами плавников…

… Склон холма, кишащий восьминогими муравьями, длиной в полтора метра и высотой сантиметров в семьдесят…

… Прилепившееся к скальному обрыву огромное круглое гнездо, из которого одна за другой вылетают осы, не уступающие размерами муравьям. Где-то далеко внизу блестит извилистая горная река…

… Стадо гигантских шестиногих «бронтозавров», пасущееся в зарослях древовидных папоротников…

… Еще одно стадо шестиногих ящеров. На этот раз рогатых, напоминающих земных трицераптопсов…

Йолана (она уже вошла в роль лектора и от ее нарочитой враждебности мало что осталось ).

Но эта форма жизни особых проблем и особого интереса для нас не представляет. Нам сейчас важнее вторая.

22.

Изображение в визуализаторе в режиме «полного присутствия». Внутренность довольно большой пещеры.

Кресла Йоланы и Гарсии стоят на небольшом возвышении в центре. Чуть НИЖЕ видны отверстия нескольких коридоров. Все они темны кроме одного, освещенного идущим откуда-то багровым светом.

На этот раз звук включен. Шум космической битвы полностью прекратился и не мешает землянину воспринимать окружающую его виртуальную реальность. Откуда-то доносятся странные звуки, напоминающие потрескивание горячих углей. Багровый свет, идущий из глубины коридора, постепенно усиливается. Гарсия вопросительно смотрит на Йолану.

Йолана.

Это одна из пещер внутренней области вулкана Геллдрулл, где, судя по всему, спрятан интересующий нас Кристалл. Реконструкция выполнена на основе найденного недавно архива Тромма. К сожалению, ее достоверность не превышает тридцати – тридцати пяти процентов. Записи в архиве весьма отрывочны, а никто кроме Тромма в жерла вулканов Виванды не спускался.

Гарсия.

Когда Туай сказал, что место, куда мы должны отправиться – «Настоящий Ад», я принял его слова за метафору. Оказывается все надо было понимать буквально.

Йолана.

Да, тем более, что на родном языке Тромма Геллдрулл как раз и означает «Настоящий Ад». Он сам дал вулкану такое название.

Свет делается совсем ярким. Из коридора появляется язык лавы и начинает двигаться в сторону людей. Течет он довольно странно – поочередно отдельными языками, как амеба, выбрасывающая ложноножки. Довольно быстро раскаленная магма достигает кресел.

Гарсия инстинктивно поджимает ноги, но заметив презрительную усмешку Йоланы, делает над собой усилие и опускает их. Теперь кажется, что люди сидят по колени в лаве, которая образовала вокруг их кресел нечто вроде большой неправильной формы лужи. Гарсия внимательно вглядывается в магму, пытаясь понять, что в ее движении показалось ему неестественным.

Йолана (предупреждая вопрос, готовый сорваться с уст землянина.)

Это огневик. Огневики относятся к кремнеорганическим существам. Они населяют внутренности многочисленных вулканов Виванды. Если верить Тромму, собственная температура поверхности их тел – порядка 1500 градусов Цельсия…

Гарсия (изумленно).

Ты… Ты хочешь сказать, что это живое существо?!

Йолана.

Разумеется. Стала бы мертвая лава течь СНИЗУ ВВЕРХ. На теле огневика вспучивается один отросток, за ним другой, третий… Отростки вытягиваются, превращаются в некоторое подобие щупалец и начинают беспорядочно шарить вокруг. Землянин непроизвольно ежится, когда изображение одного из псевдоподий проходит сквозь его тело…

Гарсия.

Они разумны?

Йолана.

А, Тромм их знает! Скореем всего, не более, чем муравьи или пчелы.

Гарсия (глядя на тело огневика, которое “заливает” их с Йоланой почти до пояса).

Ну ладно, в виртуальном пространстве я готов встретится с этим очаровательным малышом. Но, боюсь, в реальности его объятия могут оказаться слишком жаркими.

23.

Кают-компания. Йолана выключает визуализатор, встает, подходит к стене и нажимает какую-то кнопку. Оттуда выдвигается стеллаж с прикрепленными к нему двумя ослепительно белыми скафандрами.

Йолана.

Такие вот костюмы нам с тобой придется надеть и носить не снимая. Этот скафандр, вроде бы, способен выдерживать объятия огневика в течении пяти с половиной минут и противостоять его жалу, нагретому до 2600 градусов, семь- восемь секунд.

Гарсия.

Почему, вроде бы?

Йолана.

Потому что наши знания об огневиках весьма приблизительны.

Гарсия.

А что, нельзя было сделать костюмчики помощнее? С вашими-то возможностями?

Йолана.

В принципе можно. Но он получился бы слишком толстым и тяжелым. Еще неизвестно, в какие дыры нам придется лазить…

И вообще, мы не могли взять столько снаряжения, сколько хотели бы. Ведь нам еще понадобятся приборы для связи и навигации, запас воды, пищи и медикаментов, оружие, инструменты, взрывчатка, наконец. И никаких роботов-носильщиков.

Не забывай, официально на этом корабле никого кроме Сфайтера нет. Знал бы ты на какие ухищрения ему пришлось пойти, чтобы обмануть регистрирующую аппаратуру и скрыть лишнюю массу…

Гарсия.

А взрывчатка-то зачем?

Йолана.

А возможные завалы?…. Девушка кладет руку на плечо меньшего из скафандров, и тот раскрывается, как бы приглашая войти внутрь себя. Одним легким движением Йолана сбрасывает свой комбинезон и остается в тонком обтягивающем трико серого цвета.

Гарсия не может не отметить совершенства ее фигуры. Девушка становится спиной к скафандру, слегка разведя в стороны руки и ноги…

Скафандр взлетает в воздух и обрушивается на нее, как тигр на антилопу. Буквально через секунду хитроумное устройство бесшумно смыкается вокруг тела девушки, оставляя открытой только голову.

Йолана.

Не стой, как истукан, залезай!

Гарсия встает с кресла и делает шаг ко второму скафандру.

Йолана.

Комбинезончик то сними.

Слегка смущаясь, землянин скидывает комбинезон и остается в чем-то напоминающем плавки. Подходит к скафандру, немного помешкав, раскрывает его, потом поворачиается спиной и расставляет в стороны руки и ноги…

Ничего не происходит.

Археолог через плечо несколько секунд выжидающе смотрит на непослушное устройство, потом отворачивается.

Гарсия (расставив руки и ноги слегка подпрыгивает и приседает, явно пародируя героев фильма «Киндзадза»).

Ку!

Опять ничего не происходит.

Йолана.

Скафандр к тебе еще не привык. Заползай так!

Археолог поворачивается и неуклюже залезает внутрь. Сцена напоминает известный эпизод из «Кавказской пленницы», в котором Шурик пакуется в спальный мешок. Скафандр смыкается. Затылок землянина возвышается над передней частью кирасы.

Йолана.

А ходить ты будешь задом наперед?

Подходит к землянину и нажимает кнопку на его плече. Скафанр раскрывается.

Чертыхаясь, археолог выбирается наружу, поворачивается и снова, уже спиной, начинает залезать внутрь. В конце концов его усилия венчаются успехом.

Гарсия (отирая со лба пот).

Уф, главное, чтобы костюмчик сидел!

Йолана.

Нигде не жмет?

Гарсия.

Вроде нет.

Йолана.

Отлично! Тебе надо привыкнуть к этой штуке. Делай, как я!

Нажимает кнопку у себя на груди. Откуда-то сзади выдвигается прозрачный шлем и накрывает голову девушки. Гарсия повторяет ее движения.

Йолана нажимает еще одну кнопку и начинает говорить. Видно, как под шлемом шевелятся ее губы, но слов не слышно. Жестом девушка показывает, чтобы Гарсия нажал такую же кнопку у себя. Землянин провинуется.

Йолана (раздраженно).

…таким бестолковым. Когда надеты шлемы, мы можем общаться только по радио. Не забывай его включать. А в случае, если радио выйдет из строя, делай так… Подходит к Гарсии, обнимает его и приставляет свой шлем вплотную к шлему землянина.

Йолана.

При тесном контакте звук проходит непосредственно из шлема в шлем. Но контакт должен быть действительно тесным.

Гарсия (радостно сжимая объятия).

Будь спокойна!… Видно, что он не прочь простоять так как можно дольше. Даже несмотря на то, что они оба одеты в скафандры. Но девушка резко высвобождается и отходит.

Йолана.

Давая, осваивай скафандр. Походи немного, поприседай, отожмись пару раз.

Гарсия.

Упал, отжался – это нам знакомо… Некоторое время расхаживает по кают-компании, садится, ложится, отжимается, вскидывает руки и даже пытается сделать кувырок, но обнаруживает, что ему мешает висящий за спиной короб системы жизнеобеспечения. Наконец останавливается возле Йоланы.

Гарсия.

Здорово! Совсем не стесняет движений.

Йолана.

Точно. Садится на шпагат, переходит в позу «лотос», не расплетая ног встает на руки и делает несколько шагов по кают-компании. Потом поднимается на ноги рядом с землянином.

Йолана (ровным голосом).

Теперь об оружии. Нажимает еще одну кнопку, и из стены выдвигается стеллаж с двумя устройствами, отдаленно напоминающими гибрид ручного пулемета и профессиональной кинокамеры с телеобъективом.

Йолана (взяв в руки одно устройство и протягивая другое землянину).

Это Униган. Оружие принципиально нового действия, сверхсекретное, совсем недавно разработанное в лабораториях Свободного Человечества.

И выкраденное оттуда агентами Изначального Человечества, которые, по совместительству, оказались людьми Ордена и передали документацию нашему Магистру.

Гарсия.

Свободное Человечество?… Это еще что такое?

Йолана.

Сейчас не время... Лучше потренируйся обращаться с униганом. Вернее с его макетом для занятий на тренажере. Землянин берет в руки оружие и начинает с интересом его рассматривать.

Гарсия.

И как из этой штуки стреляют?

Йолана (показывая).

Вскидываешь к плечу, целишься и нажимаешь вот здесь. Сейчас попробуешь… Девушка включает визуализатор в режиме полного присутствия.

24.

Изображение в визуализаторе. Полет над почти лишенной атмосферы планетой. Ночь перед рассветом. Гарсия и Йолана стоят на открытой гравитационной платформе, летящей на высоте нескольких сотен метров над поверхностью. Внизу стремительно проносятся нагромождения каких-то блестящих глыб, по бокам мелькают неправильной формы утесы. Вверху сияет бесчисленными звездами небо Скопления.

Иногда между утесами открывается далекая линия горизонта, подсвеченная ослепительно белой полоской зари. Слышен тонкий свист рассекаемого разряженного воздуха.

Гарсия.

Где это мы?

Йолана (резко).

Не отвлекайся! Полет между утесами продолжается. Неожиданно девушка резко вскидывает свой униган.

Йолана.

Панцирник!

Гарсия.

Где?

Йолана (с раздпажением).

Вон там… Да нет же… Из расщелины ближайшего утеса в платформу ударяет толстый голубоватый луч. Слышится негромкий хлопок, и все пространство внутри визуализатора тонет в море ослепительного пламени…

25.

Кают-компания. Гарсия убирает от шлема ладонь, которой он инстинктивно пытался прикрыть глаза.

Йолана (заметив его движение).

А вот это необязательно. Все равно встроенный светофильтр сработает быстрее.

Гарсия.

Так это что, была планета панцирников?

Йолана.

Да.

Гарсия.

Не знал, что люди на нее высаживались.

Йолана.

Еще не высаживались. Если не считать тех, кому предназначено было стать материалом для киборгов. Но когда-нибудь…

Гарсия.

Понятно. Добьем фашистскую гадину в ее же логове!

Йолана.

Ладно, попробуй еще раз.

26.

Изображение в визуализаторе в режиме полного присутствия. Поверхность планеты панцирников. День. На этот раз Гарсия и Йолана медленно едут в кузове шестиколесного автоматического экипажа по дну довольно узкого, глубокого и извилистого ущелья. Уходящие высоко вверх отвесные стены поросли чем-то напоминающим блестящий металлический кустарник. Вверху виднеется темно-фиолетовое покрытое звездами небо – разряженная атмосфера планеты почти не рассеивает солнечные лучи. Невидимое светило ярко освещает скалы наверху, которые сверкают ослепительной белизной и отбрасывают достаточно света на дно ущелья. Гарсия берет униган наизготовку, чуть сгибает в коленях ноги и отчаянно крутит головой во все стороны. Йолана сохраняет расслабленную позу, всем своим видом показывая, что не собирается принимать участия в возможной перестрелке. Экипаж выезжает за очередной поворот. Впереди что-то блестит…

Йолана.

Пан… Прежде, чем она успевает договорить, Гарсия вскидывает оружие и жмет на спуск. Вырвавшийся из унигана ярко-красный луч ударяет в скалы рядом с высунувшимся по пояс панцирником.

Выстрел не очень точен, но этого достаточно. Ослепительная вспышка поглощает фигуру противника. Из горла землянина вырывается торжествующий возглас. Однако, долго радоваться не приходится. Из-за следующего поворота выбегают сразу два панцирника. На этот раз археолог стреляет точнее. Подброшенные взрывом фрагменты тел взлетают высоко в воздух.

Гарсия (с интонацией известного телеведущего).

Всего вам доброго! Поднимает руку, чтобы утереть со лба пот и натыкается на шлем.

Высоко в небе показывается блестящая точка, стремительно растет и превращается в странной формы летательный аппарат, пикирующий между скалистых стен прямо на головы людей.

Гарсия не успевает как следует прицелиться, и его луч только краем задевает машину. Вместо того, чтобы сразу взорваться, она резко виляет в сторону и врезается в стену ущелья. И только тогда раздается взрыв, еле слышный в разряженной атмосфере. Каменные обломки летят вниз, один из них ударяет в вездеход.

Машина содрогается от удара и останавливается. Гарсия выпрыгивает на землю и стреляя от бедра по группе панцирников, показавшейся из-за поворота ущелья, ласточкой бросается за ближайший валун. Йолана остается на месте. Изображение гаснет…

27.

Кают компания.

Гарсия смущенно выбирается из-под сломанного стола. Сквозь стекло шлема Йоланы видно, что девушка безуспешно пытается сдержать улыбку. (Это ее первая улыбка за весь фильм).

Йолана.

Ну-ну, развоевался. Это все-таки кают-компания, а не тренажерный зал…

Гарсия (виновато).

Извини, совсем забылся…

Йолана (снова обретая обычную суровость).

Скажи спасибо, что на тебе шлем. А то был бы у нас совсем не виртуальный тяжелораненый,… или даже труп… Ну ладно, для второго раза вовсе неплохо. (Последнюю фразу выдавливает из себя с явной неохотой.)

Подходит к Гарсии и смотрит на индикатор на прикладе его унигана, который выглядит как линейная шкала, две трети которой черные и одна – красная.

Йолана.

А вот стреляешь ты не экономно. Истратил две трети боезапаса.

Гарсия.

Одного только не понимаю. Ты говорила, что униган – новейшее сверхсекретное оружие. По-моему он не многим сильнее обычной лазерной винтовки. Я видел такие у людей Фоделя… Да и потом идти с такой штукой на огневика это все равно что нападать на акулу с пожарным брандсбойтом.

Йолана.

Верно. В излучающем режиме униган мало чем отличается от традиционных видов оружия. Но у него есть еще один режим. Передвинь-ка этот рычажок.

Гарсия передвигает.

28.

Изображение в визуализаторе. Пещера внутри вулкана.

Гарсия и Йолана стоят в центре, а прямо на них, поочередно выбрасывая псевдоподии, надвигается огневик.

Йолана (спокойно, даже с оттенком равнодущия).

Стреляй.

Землянин вскидывает униган и жмет на спуск, ожидая увидеть привычный красный луч. Но вместо него из раструба вылетает конус фиолетового света, накрывающий цель. Внутри конуса от огневика в раструб бьют желтые и зеленые молнии.

Даже простым глазом видно, как остывает огневик. Его цвет меняется от ярко алого до темно-бордового. Чудовище чернеет, его движения замедляются, и оно превращается просто в горку горячего шлака.

Гарсия.

Здорово! Почти как «Дирол – Зимняя Свежесть»!…

Йолана.

Работающий в этом режиме униган именуется замораживателем. В отличие от обычного оружия, он не сообщает энергию поражаемому объекту, а наоборот отнимает ее. Причем отобранная энергия аккумулируется. Взгляни-ка на свой индикатор. Землянин смотрит. Красная черточка стала заметно длиннее.

Гарсия.

Здорово! Только одного я не пойму… Про обычное оружие говорят: открыть огонь. А про замораживатель? Открыть мороз?

Йолана.

Называй как хочешь. Но имей в виду, это только тренажер можно по желанию переключать из одного режима в другой. Реальный униган переключается самопроизвольно, в зависимости от величины заряда аккумулятора…

Гарсия.

Это что же получается, работая в режиме замораживания, мы накапливаем энергию для режима излучения?… Круто… Но не противоречит ли это какому-то там началу термодинамики?

Йолана.

Второму.

Гарсия.

Что второму?

Йолана.

Второму началу термодинамики... А ваши холодильники ему не противоречат? Или на Земле еще их не изобрели?

Гарсия.

Почему же, изобрели. Но, охлаждая продукты, обычный холодильник тратит энергию, а этот – приобретает. Тут и до вечного двигателя рукой подать…

Йолана.

Униган тоже тратит энергию, но только связанную энергию вакуума (только не спрашивай меня что это такое), которую никаким другим путем использовать не удается.

Обычный холодильник отбирает энергию при помощи испарения хладоагента, а этот - при поможи квантового испарения микроскопических черных дыр субатомных размеров. Туай объяснит гораздо лучше. Обратись к нему, если останешься жив.

Гарсия (усмехаясь).

Обязательно обращусь,… если останусь…

Йолана.

А для этого надо не задавать дурацких вопросов, а заниматься делом.

Гарсия.

«Учите, братцы, материальную часть!»- как говаривал один освобожденный из вражеского плена летчик, выдержавший ужасные пытки, но не выдавший технические данные своего самолета.

Йолана (не обращая внимания на остроты землянина).

Если огневика как следует охладить – он цепенеет, а потом и погибает. Чтобы заморозить эту тварь до смертельной для нее температуры, нужно всего три-четыре секунды.

Гарсия (возмущенно).

Всего три-четыре секунды, хорошенькое дело! А если огневиков окажется несколько? Пока я буду возиться с первым, второй и третий…

Йолана.

Ты бегать умеешь?…

Гарсия.

Умею, но предпочел бы, чтобы эта штука была помощнее.

Йолана (открывая панель на прикладе унигана, под которой скрывается красная пломба).

Если сорвать эту пломбу, униган переходит в форсированный режим. Сейчас увидишь, что это такое.

29.

Изображение визуализатора в режиме полного присутствия. Край лавового потока.

Йолана (показывая на текущую магму).

Сорви пломбу и останови эту речку!

Землянин открывает панель, срывает пломбу вскидывает к плечу оружие и нажимает на спуск.

Из раструба вылетает конус фиолетового света, гораздо более яркого, чем в первый раз. Желтые и зеленые молнии внутри конуса сливаются в сплошной извивающийся жгут. Лавовый поток темнеет и почти мгновенно застывает.

Гарсия (с восторгом).

Здорово! Такой хоккей нам нравится!

Йолана (зловеще).

Погоди радоваться… Один из индикаторов на пригладе унгигана вспыхивает тревожным красным светом и начинает пульсировать. Одновременно раздается резкий пронзительный звук сирены.

Йолана (стараясь перекричать сирену).

Аккумуляторы переполнились!..

Гарсия (тоже кричит).

И что дальше?!

Йолана.

Сейчас… Ослепительная фиолетовая вспышка затопляет визуализатор. Звук сирены обрывается. Темнота…

30.

Кают-компания. Гария и Йолана стоят, держа в руках свое оружие.

Йолана.

Если бы это был не имитатор, а настоящий униган, от нашего корабля мало бы что осталось.

Гарсия.

Вы что пожертвовали для испытаний одним или несколькими униганами? Этими уникальными устройствами?

Йолана.

Нет, это все данные компьютерного моделирования.

Гарсия.

А действие унигана на огневика тоже моделирование?

Йолана.

Конечно. На практике замораживатель против огневика не применял никто.

Землянин и девушка в упор смотрят друг на друга.

Гарсия.

Здорово! Компьютерное моделирование! Иными словами, мы пойдем в место, именуемое «Настоящий Ад», с непроверенным в деле оружием, против существ, боевые возможности которых известны весьма приблизительно. Не уверен, что согласился бы на это предприятие, если бы знал все заранее...

Йолана

Не надейся увильнуть, Мигель Гарсия! Многие десятки людей уже погибли и сотни еще погибнут, чтобы обеспечить прикрытие нашей операции. Космическое сражение – не шутка. И я скорее задушу тебя собственными руками, чем позволю пойти на попятный.

Сейчас Сфайдер сообщает флагману о якобы возникшей на борту серьезной неполадке, для устранения которой нам необходимо сесть на Виванду. Когда корабль снизится над нужным местом, мы выпрыгнем с парашютами, а Сфайдер полетит дальше устранять «неисправность». Потом сожжем все лишнее в лаве, чтобы не оставлять следов, и полезем в вулкан…

Кстати, а ты когда-нибудь прыгал с парашютом?

Гарсия.

Нет.

Йолана (со вздохом).

Ну и напарничек попался!… Ладно, устрою тебе тренажер. Время пока есть…

31.

Планета Виванда. Склон вулкана Геллдрулл. Вечер.

Вулкан непрерывно извергает поток раскаленной лавы. Сумрачно. Из низких туч в конус горы бьют непрекращающиеся молнии. Стоит невообразимый грохот.

Из-за туч выныривает корабль и по пологой траектории уходит к горизонту. От него отделяются две фигурки в ослепительно белых скафандрах. В следующую секунду над ними вспыхивают оранжевые полтнища парашютов типа “крыло”. Звездолет скрывается из виду.

32.

Вид на вулкан глазами одного из парашютистов.

Внизу медленно проплывают поля застывшей лавы. Потом появляется река магмы, текущая вниз по склону. Гдето далеко внизу она вливается в зеленое море джунглей. Там горит непрекращающийся пожар, распространению которого вглубь леса мешает непрерывный дождь На фоне лавы проплывает второй парашютист. Надвигается подножие горы.

33.

Склон вулкана Геллдрулл.

Маневрируя, парашютисты проходят над самым потоком лавы. Восходящие потоки нагретого воздуха бросают купола из стороны в сторону.

Фигуры в скафандрах одна за другой опускаются на относительно ровном участке, среди глыб застывшей магмы. Та, что поменьше мягко приземляется на согнутые ноги и ловко отстегивает купол. Тот, подхваченный порывом горячего ветра, летит в лавовый поток, вспыхивает и мгновенно сгорает.

Вторая фигура неуклюже падает на живот. Надутый купол тащит ее по направлению к потоку лавы. Первый парашютист приходит на помощь и помогает отстегнуть парашют, который через мгновение вспыхивает и исчезает в расплавленной магме.

Гарсия поднимается на ноги.

Йолана.

Аккуратнее! Это не тренажер, тут можно сгореть не виртуально, а по-настоящему.

Девушка откидывает назад забрало шлема.

Йолана.

Открой шлем! Надо экономить кислород.

Герои поправляют лямки рюкзаков, вешают на плечи униганы и начинают медленный подъем вверх по склону вулкана.

Время от времени Йолана достает и включает какой-то прибор. В воздухе появляется объемная карта окрестностей горы. Девушка сверяется с ней, выключает прибор и продолжает путь.

Один раз дорогу людям преграждает не очень широкий лавовый поток, и они, опустив забрала шлемов, переходят его вброд, медленно переставляя ноги, до колен погруженные в вязкую раскаленную магму.

34.

Вид на вулкан с высоты птичьего полета.

Огромная черная огнедышащая гора, из кратера которой непрерывно льется поток лавы. Почти у самого основания склона две крошечные ослепительно белые фигурки, медленно карабкающиеся вверх.

35.

Крупный план.

Лицо Гарсии под шлемом с поднятым забралом, покрытое каплями пота. Слышно тяжелое шумное дыхание.

Голос Йоланы.

Веселей, Мигель Гарсия! Благодари Бога за то, что сила тяжести на этой планете вдвое меньше, чем на твоей Земле!

36.

Вид на вулкан с высоты птичьего полета. Камера делает полный круг, показывая его со всех сторон.

Две крошечные ослепительно белые фигурки теперь на середине склона.

37.

Склон вулкана.

Йолана и Гарсия на склоне. Бредут вверх, утопая по щиколотку в пепле.

Йолана.

Привал! Отдых пять минут!

Садятся спиной к склону, который подрагивает крупной дрожью.

38.

Панорама, открывающаяся с вулкана.

Прямо из-под ног героев уходит покрытый пеплом склон. Далеко внизу он переходит в безжизненное каменистое плато, за которым начинаются холмы, покрытые темно-зеленым ковром джунглей. Еще дальше сверкает широкая лента морского пролива. Почти у самого горизонта сквозь туманную дымку угадывается земля – то ли остров, то ли противоположный берег.

Слева из-за склона вулкана вытекает лавовая река и течет по каменистой равнине. Там, где магма глубоко вдается в джунгли видны отсветы непрерывного лесного пожара. Льющийся из облаков ливень не дает огню распространяться далеко от места соприкосновения лавы и леса.

Слева и справа виднеются конусы других огнедышащих гор, дугой окамляющие побережье. Многие из вулканов извергаются. Доносится отдаленный гул.

Йолана.

Подъем!

Слышен приглушенный стон Гарсии.

39.

Вид на вулкан с высоты птичьего полета. Камера делает полный круг, показывая вулкан со всех сторон.

Две крошечные белые фигурки теперь уже почти у кромки кратера со стороны противоположной той, откуда вытекает лава. Камера пиближается к ним. Йолана и Гарсия останавливаются на кромке и, как по команде, оборачиваютя.

40.

Вид с вершины вулкана. Закат.

Солнце уже наполовину скрылось за вершинами гор и светит сквозь разрывы облаков, оставляя на воде далекого пролива красную дорожку. Джунгли у подножия вулкана лежат в густой тени и кажутся почти черными. Тем ослепительнее выглядит лавовая река, текущая скозь плато и тем ярче сверкает огонь пожара в месте впадения ее в джунгли.

41.

Вид сверху на кромку кратера.

Фигурки людей переваливают через кромку и начинают спуск.

42.

В кратере вулкана.

Йолана и Гарсия спускаются вниз. Откуда-то налетает облако ядовитых испарений. Герои заходятся к кашле и поспешно опускают прозрачные забрала шлемов. Теперь они смогут переговариваться только по рации.

Их фигуры еле видны сквозь клубы ядовитого тумана. Йолана сверяется со своим прибором и показывает направление, в котором они должны двигаться. Герои подходят к отверстию старого бокового жерла, извергавшегося последний раз Бог знает когда. Девушка в очередной раз сверяется с планом, кивает головой и делает приглашающий жест.

Йолана.

Это здесь. Осталось мили полторы.

Гарсия.

А лава?

Йолана.

Последний раз это жерло извергалось десять стандартных лет назад. Будем надеятся, что еще лет десять оно проспит. Тем более, что у магмы есть выход с противоположной стороны кратера.

Гарсия

Веди меня, о мой Вергилий!

Герои зажигают фонари на макушках шлемов и поочереди скрываются в отверстии.

43.

В жерле вулкана.

Йолана и Гарсия, держась за выступы стен, медленно спускаются вниз по вертикальному колодцу. Вверху постепенно уменьшается отверстие с виднеющимся в нем кусочком серого неба. Герои перелезают через какой-то уступ, и вечерний свет полностью исчезает.

Теперь единственными источниками освещения остаются только налобные фонари. В их свете многочисленнве выступы отбрасывают причудливые уродливые тени. Слышно только тяжелое дыхание Йоланы и Гарсии. Постепенно спуск делается положе. Герои уже не карабкаются, а идут, время от времени протискиваясь сквозь узкие щели.

Гарсия (себе под нос, забыв, что радио доносит до напарницы даже самый тихий шепот).

Нет, ты не Вергилий. Ты Алиса в Стране Чудес… Знать бы только, куда ведет эта кроличья нора?

Наклонный ход приводит в небольшую пещеру, из которой выходят три тоннеля, не считая того, из которого прибыли герои. Йолана останавливается, поворачивает голову. Луч ее фонаря поочередно пробегает три темных зловещих отверстия и останавливается на среднем.

Йолана

Этот ход должен привести в большую пещеру – основное место обитания огневиков.

Гарсия.

Дай я пойду первым.

Йолана.

Нет. Во-первых ты не знаешь пути. А во вторых, как активатор, ты сильнее меня. А значит представляешь для Ордена большую ценность. Если со мной что-нибудь случится, достанешь свой навигатор и будешь следовать инструкциям и плану, хранящимся в его памяти.

Приготовь оружие. Будь внимателен. Стреляй только по команде!

Йолана медленно скрывается в проходе, Гарсия следует за ней.

44.

В проходе.

Свет фонаря Гарсии вырывает из темноты фигуру движущейся впереди девушки. Неожиданно та замирает и предостерегающе поднимает вверх руку. Гарсия послушно останавливается.

Шепот Йоланы.

Туши фонарь!

Гарсия послушно выполняет приказание. Наступает полная темнота. Через некоторое время впереди возникает неясное багровое свечение. Самого источника не видно, можно разглядеть только отблески на стенах тоннеля.

Шепот Йоланы.

Кажется огневик!

Свет приближается, становится ярче. Уже вполне различима застывшая впереди фигура девущки, все еще не опустившей руку. Слышится потрескивание и шипение, как от остывающего шлака.

Йолана.

К стене! Прячься! Без команды не стрелять!

Прячется за уступ. Следуя ее примеру, Гарсия вжимается в стену.

Свет делается нестерпимо ярок, треск и шипение заполняют все вокруг.

45.

Крупный план.

Напряженное лицо Гарсии, с крупными каплями пота. Его широко раскрытые глаза.

46.

В тоннеле.

Из-за поворота показывается язык лавы. Сначала тонкий, он расширяется и утолщается. За ним показывается второй. Они извиваются, ощупывая путь, движутся в разные стороны, а иногда и вверх. Становится ясно, что это не потоки, а щупальца живого существа.

Огневик заполняет собой весь проход. Вблизи в тесном, узком тоннеле он выглядит совсем не так, как компьютерное изображение в визуализаторе. Кажется, что мимо людей проплывает оживший поток магмы. Или, может быть, гигантская огненная амеба, выбрасывающая вперед и в стороны свои ложноножки. Йолана и Гарсия стоят, тесно вжавшись в скалу, выставив вперед раструбы замораживателей.

47.

Крупно. Голова Йоланы.

Багровые отсветы играют на шлеме. Из под стекла видно лицо девушки с крупными каплями пота.

48.

В тоннеле.

Огневик проползает мимо замерших людей. Его тело, не помещаясь в узком тоннеле, перетекает рядом с их ногами старательно, впрочем, их обходя. Ратрубы замораживателей в любой момент готовы исторгнуть поток антиэнергии.

49.

Крупно.

Рука в перчатке держит замораживатель. Палец плотно лежит на спусковом крючке.

50.

В тоннеле.

Огневик протекает мимо. Его тело исчезает за поворотом, некоторое время видны шевелящиеся задние конечности, но потом скрываются и они. Багровый отсвет на стенах постепенно тускнеет.

Треск и шерох затихают. Слышен чей-то облегченный вздох. Йолана отлипает от стенки, включает фонарь и продолжает прерванное движение.

Йолана.

Пошли!

Гарсия включает фонарь и идет следом. Некоторое время они движутся без приключений, затем впереди снова брезжит багровый отсвет.

Герои тушат фонари и замирают, прижавшись к стенам. Через некоторое время свет гаснет. Йолана и Гарсия снова зажигают фонари, проходят вперед, и в это время впереди снова загораются багровые отблески.

Люди гасят фонари, но движения не прекращают. Отблески то разгораются то гаснут. Снова слышаться шорохи и потрескивание, становящиеся все громче.

Йолана и Гагрсия выходят к перекрестку тоннелей. Перпендикулярный к направлению их движения тоннель гораздо шире, и движение по нему гораздо оживленнее.

Герои осторожно выглядывают из-за уступа. Увидев что их головы освещаются светом приближающихся огневиков, снова прячутся назад.

Гарсия (шепотом).

А на кой черт мы все время гасим фонари? У них что, есть глаза?

Йолана.

Не знаю.

Гарсия.

И все время говорим шепотом. Они что, могут принимать радиоволны?

Йолана.

Не знаю.

Гарсия.

И какие вообще у них могут быть органы чувств, ты тоже не знаешь?

Йолана.

Тромм писал, что они могут ощущать вибрацию и на расстоянии чувствовать изменения температуры.

Гарсия.

Изменения температуры? Тогда мы должны выглядить для них так, как для нас выглядят глыбы льда в жаркий июльский полдень… Ты в горах бывала?

Йолана.

Я везде бывала…

Гарсия.

Тогда ты должна понять, что я имею в виду. Летом у подножия ледника…

Йолана.

Помолчи. Гарсия обижено замолкает. Йолана вновь осторожно выглядывает из-за выступа.

51.

Перпендикулярный тоннель.

Огневики различных размеров движутся в обоих направлениях, группами и поодиночке. Тоннель достаточно широк, и они могут расходится, не налетая друг на друга и не протискиваясь вдоль стен. В таких условиях они сохраняют свою форму, напоминающую не то амебу, не то морскую звезду, но все равно не очень похожи на изображения в визуализаторе.

Хорошо заметно, что огневики делятся на два вида. Одни, относительно небольшие, ярко-желтого цвета движутся гораздо живее, нежели другие, более массивные, темно-багровые, толкающие перед собой куски полурасплавленной породы.

Голос Гарсии.

Кого-то они мне напоминают... А, вспомнил – муравьев рабочих и муравьев солдат... А что об этом писал великий Тромм?

Голос Йоланы.

Не знаю, большинство его записей до нас не дошло... Приготовься, сейчас нам надо будет перескочить на ту сторону.

На какой-то момент движение замирает. В наступившей почти полной темноте две человеческие фигуры торопливо перебегают широкий тоннель и скрываются в узком отверстии на противоположной стороне.

52.

Узкий тоннель

Включив фонари, Йолана и Гарсия продолжают движение. Сзади гаснут отсветы большого тоннеля.

Йолана.

Если карта не врет, осталось не так уж много.

Молча движутся дальше. Через некоторое время впереди снова зажигаются всполохи, но более яркие, чем в прошлый раз.

Тоннель, по которому они пришли круто обрывается. Герои оказываются перед выходом в большую пещеру, края которой теряются вдали.

53.

Пещера. На краю обрыва.

Внизу, на глубине нескольких десятков метров виднеется гигантское озеро кипящей лавы, по которому в разных направлениях скользят огневики. Даже на фоне раскаленной магмы они выделяются более ярким, чем она цветом.

Противоположный берег не виден. Гарсия смотрит вдоль стены пещеры. В ней виднеется множество отверстий, видимо там оканчиваются другие тоннели. Из некоторых отверстий вылезают огневики и спускаются к лавовому озеру. Другие, наоборот, поднимаются от озера к отверстиям. От того места, где остановились герои вниз ведет крутая тропа.

Гарсия.

И куда теперь?

Йолана

Не знаю.

Гарсия.

То есть как это «не знаю»? А твой план?

Йолана.

Он приблизительный. Известно только, что Кристалл находится где-то в районе этого озера. Мы должны найти его сами.

Гарсия.

Как?

Йолана.

Не забывай, мы с тобой активаторы и должны чувствовать его на расстоянии. Особенно ты. Иначе зачем я тебя сюда потащила? Зачем подвергаю опасности твою драгоценную жизнь?

Гарсия.

Но я ничего не чувствую.

Йолана.

Озеро большое, пойдем вдоль берега.

Гарсия (ворчит себе под нос ).

Добро пожаловать на планету Виванда! Вас ждет незабываемая романтическая прогулка ночью с девушкой вокруг озера... Ах, дорогая, какое звездное небо! Как замечательно пахнут розы! Как весело поют соловьи!...

Не обращая внимания на его ворчание, Йолана начинает спуск. Гарсия следует за ней.

54.

Пещера. Берег озера.

Берег не приспособлен для пешей ходьбы, и герои продвигаются медленно, то и дело перелезая через каменные завалы.

Иногда их дорогу пересекают одиночные огневики. Йолана и Гарсия замирают, и огневики следуют дальше своей дорогой.

Поверхность озера то спокойна, то колеблется какой-то странной рябью. Временами слышится отдаленный гул, почва под ногами начинает дрожать. Этот гул, тяжелое дыхание людей, а так же шорохи и потрескивания огневиков – единственные звуки, нарушающие тишину пещеры.

Время от времени Йолана останавливается и вопросительно смотрит на Гарсию. Тот отрицательно мотает головой. Движение продолжается, и конца этому не видно…

Неожиданно, дойдя до особенно большого обломка базальта, девушка резко останавливается.

Йолана.

Хватит! Тебе надо отдохнуть, иначе ты ничего не учуешь! Мы на ногах слишком долго.

Гарсия.

А тебе?

Йолана

Мне тоже, но тебе – в первую очередь. Подкрепись и спи – я покараулю.

Гарсия

А ты ?

Йолана.

Потом.

Девушка подходит к археологу вплотную и нажимает какую-то кнопку унего на скафандре.

55.

Крупно. Голова Гарсии в шлеме.

Откуда-то снизу выдвигается белая трубочка. Гарсия берет ее в рот и начинает пить питательный раствор. То ли в раствор подмешано снотворное, то ли сказывается давняя усталость, но, так или иначе, глаза землянина закрываются.

56.

Берег озера.

Гарсия медленно опускается на камни и ложится привалившись к базальтовому обломку. Йолана с замораживателем наизгототовку садится рядом.

57.

Берег озера некоторое время спустя.

Лежащий на камнях Гарсия шевелится. Сидящая рядом Йолана поворачивает к нему голову. Археолог открывает глаза, с недоуменным видом осматривается.

Йолана.

Проснулся?

Гарсия

Кажется, да...

Медленно встает, Йолана вслед за ним.

Гарсия.

Теперь ты.

Йолана.

Потом. Пошли и постарайся почувствовать Кристалл.

Поворачивается и уходит. Гарсии ничего не остается, как последовать за ней.

58.

Берег озера возле плотины некоторое время спустя.

Озеро постепенно начинает сужаться так, что становится виден противоположный край пещеры, и неожиданно заканчивается.

Герои подходят ближе и видят плотину, перегораживающую озеро. В середине сооружения виднеется что-то вроде каменного шлюза. Гарсия и Йолана застывают на вершине плотины в том месте, где она соединяется со стеной. Смотрят вниз.

59.

Пещера. Вид вниз с гребня плотины.

На глубине примерно сотни метров расположено нечто вроде долины, освещенной светом снующих в разные стороны огневиков. Там их заметно больше, чем у озера.

Лава очень медленно (ведь она обладает гораздо большой вязкостью, чем, например, вода) переливается через край шлюза и струей шириной в несколько десятков метров падает вниз, давая начало текущей через долину реке.

Стены, окружающие долину на разной высоте испещрены отверстиями многочисленных тоннелей. Их тоже заметно больше, чем в окрестностях озера. От тоннелей вниз ведут многочисленные тропы, можно даже сказать дороги.

В долине некоторые из этих дорог сливаются, становясь шире, другие ветвятся и пересекаются, образуя густую сеть.

Лавовая река разделяется на многочисленные каналы, охватывающие со всех сторон темные, очень похожие на сельскохозяйственные поля, прямоугольники, поросшие чем-то напоминающим багровый светящийся кустарник.

Там, где дороги пересекают каналы угадываются очертания мостов. По дорогам и полям во все стороны снуют многочисленные огневики.

Голос Гарсии.

Чертовски напоминает орошаемую земледельческую долину. Неужели для них лава то же, что для нас вода?... Но мы и за сто лет не отыщем здесь этот чертов кристалл.

Голос Йоланы

Не забывай о своем Даре, Мигель Гарсия! Вперед!

Шумный вздох Гарсии.

60.

Пещера.

Йолана и Гарсия спускаются по стене пещеры в долину. За их спинами видна плотина со сверкающем огненным лавопадом. Слышен шум разбивающейся о подножие плотины магмы. Во все стороны летят огненные брызги. Зрелище напоминает водопад, но гораздо красивее. Еще больше это похоже на непрерывную разливку стали на каком-то дьявольском металлургическом заводе.

61.

На дне долины.

Герои, стараясь избегать встречь с огневиками, медленно пробираются вдоль края долины, там, где она соединяется со стеной. Заходят за уступ, и вдруг Гарсия резко хватает Йолану за руку.

62.

Крупно. Лицо Гарсии.

Археолог замирает, полузакрыв глаза, будто к чему-то прислушиваясь.

Гарсия.

Постой... По-моему это где-то здесь,... близко...

63.

На дне долины.

Йолана смотрит на застывшего Гарсию.

Йолана.

Ты уверен?

Гарсия.

Не знаю, но...

Неожиданно замолкает, делает несколько шагов, обходит уступ и останавливается, указывая рукой вперед.

Гарсия.

Вон там... Точно.

Йолана подходит к нему.

64.

Пещера. Вид со дна долины в сторону и вверх.

Среди многих десятков отверстий тоннелей своей шириной выделяется одно, расположенное в нескольких стах метрах от героев. Из этого отверстия выходит широкая дорога с очень оживленным движением. Огневики – рабочие снуют в обе стороны. Внутрь тоннеля они идут нагруженые, обратно – порожние. У входа в тоннель маячат несколько солдат.

Голос Йоланы.

Пошли.

Голос Гарсии.

Куда?

Голос Йоланы.

Но ты же сам сказал...

65.

На дне долины.

Йолана и Гарсия стоя друг напротив друга, разговаривают, сильно жестикулируя.

Гарсия.

Ну, допустим, сказал... А что дальше? Как ты туда доберешься?

Йолана

Ногами!

Гарсия.

А огневики?

Йолана.

Трусишь, Мигель Гарсия? С чего бы... До сих пор мы проходили их беспрепятственно.

Гарсия.

То были рабочие. А здесь, смотри, у входа стоят солдаты. И потом, мы ни скем из них не сталкивались вплотную...

Йолана.

Не сталкивались? А самый первый? Уж ближе некуда.

Гарсия.

По-моему, это был какой-то ненормальный огневик. Шел зачем-то наружу. Может это был местный наркоман под кайфом. Или алкоголик...

Йолана.

Сам ты алкоголик!...

Гарсия.

Да поими ты, мы даже физически не сможем там пройти. Они же сплошным потоком прут. Сметут и затопчут.

Йолана.

А униганы на что?

Гарсия.

А разве у Тромма был униган?

Йолана.

Нет, конечно...

Гарсия (показывая в сторону входа в тоннель).

Как же ему удалось туда пробраться?

Йолана.

Точно неизвестно, но, похоже, он сумел установить контакт с огневиками...

Гарсия.

Установить контакт? Значит они разумны?

Йолана.

Нет... То есть, точно не известно... Я неправильно выразилась... Он приручил их, что ли...

Гарсия.

Приручил. Вот и мы должны...

Йолана.

Смеешься? Он потратил на это месяцы...

Гарсия.

Я только хочу сказать, что грубая сила здесь не поможет...

Йолане очень не хочется соглашаться, но и возразить трудно.

Йолана.

Что же делать?! Без этого Кристалла мы все погибнем...Нет надо идти! Любой ценой!...

Гарсия

Что делать, что делать... Думать надо, вот что делать! Как говорил один мой знакомый альпинист, лучше пять минут подумать, чем потом всю жизнь быть мертвым.

Йолана.

Так думай!

Гарсия.

Я и думаю!

Демонстративно садится на камень в позе Роденовского мыслителя. Йолана начинает нервно ходить вокруг.

Гарсия.

Не мельтеши и не заламывай руки. Я думал, ты боец, а ты ведешь себя, как кисейная барышня!

Йолана садится, но видно, что она с трудом удерживает себя на месте. Если бы не скафандр, девушка наверное стала бы грызть ногти.

Йолана.

Ну, придумал?

Гарсия (тяжело вздыхая).

Если будешь мешать, я ничего не придумаю.

Теперь вздыхает Йолана.

Проходит несколько минут. Девушка поднимается.

Йолана.

Мигель Гарсия...

Гарсия (хлопнув себя по колену).

Ладно, пошли!

Йолана делает шаг по направлению к тоннелю.

Гарсия.

Не туда!

Встает и разворачивается обратно к плотине. Йолана, немного поколебавшись, следует за ним.

66.

На плотине, почти под самым лавопадом.

Гарсия и вслед за ним Йолана лезут вверх по плотине, приближаясь к тому месту, где раскаленная лава переливается через край «шлюза» и падает вниз. Их фигуры в скафандрах на фоне желто-белого потока кажутся темными, почти черными.

Герои подползают под самый лавопад. Теперь поток раскаленной магмы течет прямо над их головами. Это напоминает рекламный ролик какой-нибудь туристской фирмы с водопадом и красотками под ним.

Гарсия поднимается почти до края шлюза. Йолана – рядом. Герои едва не касаются лавы макушками шлемов. Гарсия достает из рюкзака заряды и начинает закладывать их в щели между камнями. Йолана помогает. Закончив работу, они начинают спуск.

67.

На стене пещеры над долиной.

Йолана и Гарсия сидят между камней. Археолог достает коробочку дистанционного взрывателя.

Гарсия.

Жалко этих ребят... Строили-строили, старались-старались... Ну да ладно, делать нечего…

Жмет на кнопку.

68.

Вид на плотину.

Взрыв вспучивает поверхность озера и поднимает вверх обломки щлюза. Некоторые, подняв тучу лавовых брызг, падают в озеро. Другие, прочертив под сводами пещеры огненные дуги, летят в долину.

Поток устремляется в образовавшуюся брешь. Из-за высокой вязкости магмы все происходит, как в замедленном фильме. Сначала лавовый язык нависает над долиной, постепенно набухая и опускаясь все ниже и ниже. В какой-то момент он отрывается и летит вниз гигантской каплей, которая, ударившись о подножие плотины, расплескивается в стороны исполинскими огненными брызгами.

А наверху набухает новая капля, срывается, падает, за ней следующая, все быстрее и быстрее. И вот уже на месте старого лавопада образуется новый, раз в пять шире. И он продолжает расширяться.

Куски плотины, подхваченные лавовым потоком, падают вместе с ним в долину. Огненная река, текшая до тех пор тихо и спокойно, выходит из берегов, сметая мосты и затопляя прямоугольники полей. В долине начинается паника.

69.

На склоне долины.

Йолана в восторге вскакивает на ноги и начинает приплясывать, высоко подняв руки, как болельщик на футбольном матче. Картина разрушения приводит ее в неописуемый восторг.

Йолана.

Молодец, Мигель Гарсия! Так их!

70.

Вид на плотину и долину.

Огневики-рабочие, оказавшиеся вблизи пролома лезут на плотину, пытаясь заделать брешь. Срываются в поток, уносящий их тела.

Огневики, оказавшиеся вдали от плотины, подбирают конечности складываьтся в огненные шары и с большой скоростью катятся по дорогам к месту катастрофы. Докатившись до плотины, они раскрываются и начинают карабкаться вверх.

Голос Гарсии.

Смотри-ка, я и не думал, что они могут так быстро двигаться!

Голос Йоланы.

Пошли, Мигель Гарсия!

Голос Гарсии.

Рано. Это всего лишь только рабочие. Подождем, пока пойдут солдаты!

По всей долине огненные шары с огромной скоростью несутся к разрушающейся плотине. Сплошной поток, катящихся огненных шаров.

У подножия плотины они раскрываются и, как штурмующая армия, лезут вверх. Кажется, шевелится само тело плотины. В бинокль видно, что среди огневиков есть не только рабочие, но и солдаты. С каждым мигом их становится больше и больше.

Голос Гарсии.

Ну вот, я был уверен, армия не бросит свой народ в беде. Пошли!

71.

Дорога ведущая к устью большого тоннеля.

Гарсия и Йолана спешат по опустевшей дороге и подбегают ко входу в тоннель. Вокруг пусто, исчезли даже часовые. Землянин включает фонарь и влетает внутрь.

С тех пор, как он почувствовал присутствие Кристалла, роли как-то незаметно переменились. Теперь командует и ведет Гарсия. Йолана неожиданно для самой себя принимает этот расклад.

72.

В большом тоннеле.

Лучи нашлемных фонарей пляшут по неровным стенам темного, не освещенного светом огневиков тоннеля. Археолог несется вперед быстрее и быстрее, забыв все на свете.

Гарсия. (задыхаясь на бегу, не в силах сдержать возбуждение).

Лана! Это здесь! Я чувствую! Он зовет меня!...

В лица бегущим ударяет багровый свет, два огневика-солдата выпрыгивают справа и слева и бросаются на Гарсию. Через мгновение его белый скафандр скрывается под их горящими телами.

Йолана резко тормозит, вскидывает замораживатель, и конус фиолетового света накрывает огневиков. Зеленые молнии бьют от них в раструб унигана. Треск разрядов заглушает шипение огневиков.

Солдаты дергаются, остывают, их цвет делается менее ярким, движения замедляются. Из-под лавы показываются голова и плечи землянина, облепленные остывающими кусками кремнеорганики.

Гарсия.

Спасибо, Лана. Если бы не ты...

Йолана.

Брось болтать! И скорей вылезай, пока они не застыли окончательно! А то останешься тут... замурованный.

Гарсия не заставляет себя долго упрашивать, распихивает в стороны остывающие останки огневиков, выбирается на твердую почву и с замораживателем наизготовку бросается вперед.

Следующего огневика, кинувшегося из бокового прохода, он встречает метким выстрелом и, перепрыгнув через остывающее тело, мчится дальше.

Тоннель разветвляется на несколько более узких, Гарсия сворачивает в один из них и, почти не останавливаясь, влетает внутрь обширной пещеры.

73.

Внутри родильной камеры огневиков.

Почти все свободное пространство занимает огромное, похожее на исполинский полужидкий батон, тело царицы огневиков. Неяркое сияние, исходящее от него – почти единственный источник света в камере.

Правда есть еще несколько других – это огневики-рабочие, копошащиеся возле дальнего конца «батона» и уносящие куда-то в коридор каплеобразные личинки, которых тот извергает одну за другой почти без перерыва.

С другого конца находится большой рот, окруженный множеством щупалец, нервно рыщущих по сторонам в поисках пищи. Из-за катастрофы на плотине подвоз продовольствия временно прекратился, и матка проявляет беспокойство.

Гарсия осторожно движется вдоль стенки по направлению к голове, стараясь не задеть чудовище. Йолана следует за ним.

Гарсия (шепотом).

Он здесь, я вижу! Прикрой меня сзади...

Йолана оборачивается и наставляет замораживатель на вход, из которого они только что появились. Гарсия пододит к самой голове. Щупальца тянутся к нему, не доставая буквально нескольких сантиметров. Но археолог смотрит не на них, а на расположеный прямо у рта монстра Кристалл, который постепенно разгорается все ярче и ярче.

Гарсия (ласково, как будто обращаясь к маленькому ребенку.)

Ну-ну, мамаша, не волнуйся... Мы не тронем ни тебя, ни твоих деток... Нам бы только вон ту маленькую погремушечку...

Осторожно протягивает руку, и в этот момент самое ближайшее щупальце резким броском обвивает его запястье и начинает тянуть по направлению ко рту. Землянин резко рвется назад и освобождает руку.

Гарсия.

А вот это ты зря, мамаша...Я вовсе не еда... Я, наоборот, совсем даже не вкусный... А пожрать тебе принесут... Своевременно... или несколько позже.

Оборачивается к Йолане.

Гарсия.

Так у нас ничего не выйдет. Лана, поставь замораживатель на минимум и тихонько погладь эту даму. Так, чтобы только успокоить, но ни в коем случае ей не повредить. Войны со всем этим муравейником нам не надо... А я тем временем возьму Кристалл.

Йолана ставит замораживатель на минимальную мощность, медленно поднимает свое оружие, жмет на спуск и начинает осторожно водить раструбом излучателя вдоль головы и передней части туловища матки.

Конус бледно-фиолетового света почти не виден, тонюсенькие зеленые молнии бьют в разрядник очень редко. Матка вздрагивает, ее тело сотрясает крупная дрожь, щупальца дергаются, но потом успокаиваются и никнут. Гарсия прыгает вперед и хватает Кристалл...

Внутренность камеры озаряется светом многочисленных огневиков-солдат, появившихся, кажется изо всех входных отверстий одновременно.

74.

Крупно.

Рука Гарсии, переводящая замораживатель на полную мощность

75.

Внутри родильной камеры огневиков

Гарсия наставляет раструб своего замораживателя на голову царицы.

Гарсия.

Ну ребята, давайте! Если конечно хотите неприятностей для вашей мамаши!

Вряд ли огневики-солдаты понимают его слова, но вот царица… Такое впечатление, что она, по меньшей мере, догадывается о намерениях человека. По телу матки пробегают странные волны, и огневики послушно, будто по команде, замирают. Йолана и Гарсия озираются в поисках выхода...

Глухой гул раздается из недр горы. Пол и стены камеры начинают дрожать, с потолка сыпятся мелкие камни, все заволакивается пылью.

Пользуясь замешательством, Йолана и Гарсия кидаются к ближайшему выходу, около которого замер лишь один огневик. Два коротких, но мощных импульса замораживателей мгновенно лишают его подвижности, и люди скрываются в тоннеле.

76.

В тонннеле.

Йолана, за ней Гарсия с максимально возможной скоростью пробираются по тоннелю. Бегом это назвать нельзя из-за узости прохода. Кристалл в руках археолога переливается яркими цветами, освещая путь.

Сзади видны отблески багрового света от настигающих огневиков. Неожиданно тоннель заканчивается, и герои вбегают в почти идеально круглую пещеру диаметром метров в пятьдесят.

77.

В пещере.

Из пещеры выходят несколькот туннелей. Йолана в растерянности останавливается на середине открытого пространства, не зная, куда направиться. Археолог догоняет девушку и протягивает ей Кристалл.

Гарсия.

Бери и дуй вперед! Я их задержу!

Йолана.

Нет! Давай ты!...

Гарсия насильно пихает Кристалл девушке в руки (при этом гамма свечения последнего резко меняется) , разворачивает ее в направлении тоннеля, дальше всех отстоящего от того, по которому они пришли и довольно грубо пихает в спину.

Гарсия.

Некогда базарить! Марш вперед!

Йолане не остается ничего другого, как подчиниться. Гарсия оборачивается в противоположную сторону. Свет, предупреждающий о приближении огневиков, льется сразу из нескольких тоннелей. Слышны все усиливающиеся шипение и потрескивание.

Несколько огневиков появляются в пещере одновременно.

Гарсия (вскидывая замораживатель).

Ну что, детки, соскучились без Дедушки Мороза? !

Открывает стрельбу, непрерывно переводя конус фиолетового света с одного противника на другого. Из-за этого порция, достающаяся каждому огневику оказывается слишком мала, чтобы причинить ему существенный вред. Бестии только замедляют ход и поджимают щупальца, когда на них падает охлаждающий конус. Гарсия поворачивается и бросается в коридор, в котором скрылась Йолана.

78.

В коридоре.

Землянин бежит вслед за скрывшейся девушкой. Коридор перед ним резко сужается. Гарсия с трудом продирается сквозь узкое место, достигает более широкого участка и начинает устраивать позицию для стрельбы. Багровые отсветы приближаются. Шипение и потрескивание усиливаются.

Вскоре в узости показываются щупальца первого огневика, с трудом протискивающего сквозь нее свое тело. И тут Гарсия открывает стрельбу. На самую полную мощность.

Огневик дергается, тускнеет и замирает. Но археологу этого мало. Он поливает труп из замораживателя до тех пор, пока тот не остывает совсем и не превращается в камень, намертво закупоривающий проход.

79.

В том же тоннеле.

Йолана пробирается по проходу, все время оглядываясь и прислушиваясь. Кристалл в ее руках светится относительно слабым светом.

Неожиданно свет кристалла начинает усиливаться. Из-за поворота показывается Гарсия. Кристалл разгорается все ярче. Землянин подбегает к девушке.

Йолана.

Ну как?

Гарсия.

Порядок! Я закупорил проход. Думаю – надолго. Но все равно надо потарап...

Снова из недр горы раздается гул, за ним - глухой удар. Свод за спинами героев с грохотом рушится. Мелкие камни сыпятся с потолка на головы Йоланы и Гарсии. Они инстинктивно пригибаются. К счастью скафандры и шлемы надежно защищают своих владельцев. Люди выпрямляются.

Гарсия.

Вот я и говорю, надо поторапливаться!

Йолана.

Что это?

Гарсия.

Похоже, взрыв плотины растревожил вулкан. Извержение переходит в новую фазу… Ходу!

Бегут дальше. Тоннель раздваивается.

Гарсия.

Куда дальше?

Девушка включает навигатор и начинает рассматривать возникшее объемное изображение.

Йолана.

Похоже, этого тоннеля на плане нет.

Археолог внимательно смотрит на оба коридора.

Гарсия.

Как сказал поэт: «Коридоры кончаются стенкой, а тоннели выводят на свет». Похоже, правый поднимается. Давай туда!

Бегут по правому коридору. Время от времени раздается удар, и с потолка летят камни. Сзади разгорается багровый свет. Все ближе и ближе.

Йолана (задыхаясь на бегу).

А говорил, что закупорил проход надолго!

Гарсия останавливается и вскидывает замораживатель. Йолана в изнеможении прислоняется к стене. Сзади раздается какое-то бульканье, свет уже совсем близко...

Неожиданно археолог опускает оружие.

Гарсия.

Это не огневики, это лава. Я не могу закупорить целый вулкан!... Ходу!

Поворачиваются и бегут дальше. Коридор все круче забирает вверх. Герои добегают до вертикального колодца.

80.

В колодце. Вид сверху вниз.

Йолана и Гарсия карабкаются вверх, замораживатели закинуты за плечи.. В руках у девушки ярко горящий кристалл. Глубоко внизу видно дно колодца едва освещенное отблесками подступающей лавы.

Непрерывный раскатистый гул. Толчки следуют один за другим. Сверху, стукаясь о шлемы, сыпятся какие-то обломки.

Йолана и Гарсия с трудом удерживаются от падения и, помогая друг другу, упорно карабкаются вверх.

Дно колодца освещается ярче, и вот уже первые языки лавы начинают заполнять его. Стены озаряются багровыми отсветами.

81.

В колодце.

Очередной удар сотрясает недра вулкана. Из под ног Гарсии вырывается огромный обломок, и археолог остается висеть, зацепившись руками за скалу .

82.

Дно колодца, вид сверху.

Обломок с громким плеском падает в поднимающуюся со дна лаву. Фонтан огненных брызг.

83.

На стене колодца. Вид сверху вниз.

Йолана нагибается, пытаясь помочь товарищу, который висит, держась за выступ скалы

Гарсия (хрипло)

Я сам…Пусти!

Девушка уходит вверх и в сторону, освобождая место. Археолог пытается подтянуться.

84.

Крупно.

Одетые в перчатки пальцы Гарсии пытаются ухватиться за неровности скалы.Скользят, постепенно съезжая назад.

85.

На стене, вид сверху.

Поверхность лавы заметно приблизилась. Она волнуется, кипит, брызжет вверх огненными каплями. На ее фоне темная фигурка Гарсии медленно сползает вниз.

Наконец археологу удается зацепиться понадежнее, он делает отчаянное усилие и подтягивается на уступ, где его уже ждет Йолана с Кристаллом в руках.

86.

Уступ наверху колодца.

Потолок с отверстием в нем нависает над самым уступом так, что даже Йолана не может выпрямиться до конца. Гарсия сидит на уступе, стараясь отдышаться. Йолана пытается просунуть голову в отверстие в потолке. Мешает шлем.

Девушка откидывает его и просовывает голову. Пытается пролезть дальше, но не может – теперь мешает коробка системы жизнеобеспечения, висящая на спине. Ее голова появляется из отверстия.

Йолана.

Миг, там звезды! Мы выбрались!

Гарсия.

Сначала выберись, а потом говори!

Откидывает шлем, просовывает в отверстие голову, но дальше пролезть не может. Опускается обратно. Хватается за края отверстия и пытактся обломать их – безрезультатно.

Гарсия.

Черт, надо было оставить хоть один заряд!

Пододвигается к краю уступа и смотрит вниз.

87.

Вид на лаву сверху.

Лава плещется в опасной близости от уступа. При каждом ударе, доносящемся из глубины горы, волнение ее поверхности усиливается.

88.

На уступе.

Землянин поворачивается к Йолане.

Гарсия.

Сколько скафандры могут выдерживать температуру лавы?

Йолана.

Минут десять.

Гарсия.

Мало! Не успеть!

Затравленно озирается по сторонам, оценивающе смотрит на отверстие и снова поворачивается к Йолане.

Гарсия.

Снимай скафандр! Живо!

Йолана.

А я пролезу?

Гарсия.

Голова пролезла – пролезет и все остальное!

Йолана послушно отбрасывает шлем, нажимает кнопку на груди, и скафандр мягко падает к ее ногам. Девушка переступает через него. Теперь на ней только легкий обтягивающий комбинезон, на котором играют отблески огня. Археолог подталкивает Йолану к отверстию.

Гарсия.

Лезь!

Голова девушки скрывается наверху. Гарсия подсаживает ее. Ноги Йоланы пропадают из вида. В следующую секунду из отверстия показывается рука девушки. Археолог передает ей кристалл, оба замораживателя и, наконец, рюкзаки. Неловко повернувшись, сбивает с уступа скафандр Йоланы и шлем.

89.

Поверхность лавы.

Лава, подступившая почти к самому уступу, поглощает упавшие с него предметы.

90.

Уступ.

Гарсия сбрасывает скафандр и, оставшись в таком же как у Йоланы комбинезоне, начинает протискиваться наверх. Голова и правое его плечо скрываются в отверстии. Левой рукой он подтягивается, зацепившись за какую-то щель. Судорожно дергает ногами в воздухе, пытаясь найти опору. Лава достигает кромки уступа. Комбинезон на Гарсии начинает дымиться.

91.

Боковой кратера вулкана. Ночь перед рассветом.

Над боковым кратером простирается роскошное звездное небо Скопления, только в одном месте закрытое черным силуэтом основного конуса вулкана. Кратер очень маленький, сразу видно, что не основной.

Йолана на коленях возле узкого жерла пытается помочь Гарсии выбраться наружу. Из отверстия торчит голова археолога, его правая рука и правое плечо. Вся сцена освещена светом лежащего на земле ярко пылающего кристалла.

92.

Крупно.

Лицо Гарсии, искаженное от боли и перенапряжения, с катящимися по нему крупными каплями пота.

93.

Боковой кратера вулкана. Ночь перед рассветом.

Йолана тянет Гарсию из последних сил. Разорвав в лохмотья комбинезон и ободрав в кровь левое плечо, он наконец протискивается наружу, хватает замораживатель, рюкзак и подталкивает Йолану по направлению к внутреннему склону кратера.

Та подхватывает Кристалл, другой замораживатель и бросается вперед и вверх. Оба поднимаются по внутреннему склону, по щиколотку зарываясь в вулканический пепел.

Следует еще один мощный толчок, и из жерла выплескивается первая порция лавы. Герои достигают кромки кратера, дно которого начинает постепенно заполняться магмой.

94.

Боковой конус вулкана. Ночь перед рассветом.

Йолана и Гарсия бегут вниз по склону бокового конуса. Ярко горящий в руках Йоланы Кристалл освещает путь.

Сзади на фоне яркого звездного неба темнеет громада главного конуса, чуть подсвеченная выливающимся оттуда основным лавовым потоком.

Неожиданно вершина бокового конуса озаряется ярким светом – лава наполнила маленький кратер и теперь вытекает наружу. Герои добегают до места, где подножие бокового конуса сливается со склоном основного.

95.

Склон основного конуса. Ночь перед рассветом.

Пробежав метров двести, Гарсия берет Йолану за руку и придерживает ее. Дальше оба спускаются шагом.

Гарсия.

Все, можно не торопиться. Лава, конечно потечет следом, но медленно…

Тяжело переводит дух.

Гарсия.

А я уж думал все…

Йолана.

Где это мы?

Гарсия.

Думаю, на стороне главного склона, противоположной той, по которой поднимались… Вон видишь – из-за горы вытекает сновной лавовый поток...

Показывает рукой.

Йолана (оборачиваясь назад)..

А это что за дыра?

Гарсия.

Жерло бокового кратера. Молчало черт знает сколько лет, пока мы не тряхнули эту дурацкую плотину. Честно говоря, не думал, что это произведет такое действие…

А вообще-то странно – извержение теперь идет сразу из двух кратеров одновременно. Вроде такого быть не должно. Сюда бы специалиста…

Гул взрыва заглушает его слова. Гарсия и Йолана резко оборачиваются…

96.

Вид снизу на вершину бокового конуса.

Взрыв выбрасывает из кратера множество светящихся раскаленнных точек. Оставляя в небе огненые дугообразные следы, точки летят вниз, увеличиваются в размерах, теперь видно, что это куски раскаленной породы.

Голос Гарсии.

Черт, вулканические бомбы!

97.

Склон вулкана.

Герои стоят, задрав к небу головы.

Гарсия.

Это не так опасно, как может показаться… Бомбы могут убить только случайно. Смотри внимательно, куда они будут падать и старайся вовремя уйти в сторону…

Бомбы падают вокруг и разбиваются о склон вулкана с противным чмокающим звуком, превращаясь в подобие гигантских дымящихся коровьих лепешек. Но все это происходит на довольно приличном расстоянии от людей.

Гарсия.

Слава богу, не попали. Позорная все-таки смерть – под «коровьей лепешкой». Даже если она из лавы!

Оба устремляются вниз по склону. Слышен звук нового взрыва. Герои останавливаются и смотрят назад.

Йолана.

Черт, что это?!…

98.

Вид снизу на летящие вулканические бомбы.

Некоторые из бомб увеличиваться в размерах быстрее других. Они меняют форму, превращаясь в некое подобие многолучевых морских звезд, и начинают менять траекторию полета.

Голос Гарсии.

Это не бомбы,… это огневики!… Они планируют!… Огонь!

99.

Склон вулкана.

Гарсия и Йолана вскидывают замораживатели и открывают бешеный огонь по летящим огневикам, переводя оружие с одной цели на другую.

Мощности лучей не хватает для того чтобы убить хоть одного из них, но вполне достаточно, чтобы заставить поджать щупальца и сбиться с траектории.

Гарсия

Беги! Я прикрою!… Потом поменяемся!

Йолана бросается вниз.

100.

Картина боя «глазами» огневика. Вид назад.

Все предметы в этой и следующих картинах имеют неестественные цвета и кажутся размытыми. Таким образом подчеркиваются особенности «зрения» огневиков.

Выполняется правило: чем предмет горячее – тем он ярче и краснее, это напоминают кадры, сделанные в тепловых лучах. Из этого правила есть два исключения: луч замораживателя и Кристал. Оба объкта имеют низкую температуру, но, тем не менее выглядят достаточно ярко.

Это доказывает, что огневики воспринимают не только температуру, но и что-то еще.

Ракатистый грохот взрыва. Ячрко-красное, раскаленное жерло вулкана стремительно улетает назад. Видны, летящие рядом, вишневые вулканические бомбы, более темные, чем жерло, но гораздо более светлые, чем склоны вулкана. Они отдаляются, уходят в стороны, так как траектории бомб и огневика расходятся.

Под действием тяготения скорость полета падает. Огневик достигает высшей точки параболы, и на мгновение вся картина замирает. Неподвижное жерло вулкана внизу, неподвижно висящие в воздухе бомбы, отставшие от огневика.

101.

Картина боя «глазами» огневика. Вид вперед.

Вид сверху на склон вулкана. Маленькая, чуть более светлая, чем фон бегущая фигурка Йоланы с горящим неестественно зеленным светом Кристаллом в руке, напряженно стоящая фигурка Гарсии с нацеленным вверх замораживателем.

В воздухе почти неподвижно висят вулканические бомбы, обогнавшие в полете огневика. Эта картина остается застывшей какую-то долю секунды, затем под действием силы тяжести огневик устремляется вниз.

Склон вулкана стремительно надвигается. Все быстрее и быстрее. Слышен свист обтекающего огневика потока воздуха. Обогнавшие огневика, вулканические бомбы летят почти с такой же скоростью, как он сам, поэтому их относительное движение выглядит как медленный и плавный уход в стороны.

Неожиданно две из летящих впереди бомб раскрываются, превращаясь в подобие горящих многолучевых морских звезд. Их полет резко замедляется они, как бы, стремительно летят навстречу камере и скрываются за кадром. Такой эффект возникает: когда парашютисты-актеры раскрывают свои парашюты, а парашютист-оператор еще нет.

Далеко внизу Гарсия пускает в ход свой замораживатель. Конус темно фиолетового света возникает справа от огневика. Внутри конуса бьют зеленые молнии. Через мгновение конус гаснет и появляется снова, уже слева. Опять бьют зеленые молнии.

Вдруг изображение резко вздрагивает – это раскрывается огневик, «глазами» которого ведется репортаж. Падение сразу же резко замедляется, бомбы летевшие следом за огневиком, обгоняют его, круто устремляются вниз и разбиваются о склон вулкана, разбрызгивая во все стороны светящиеся осколки лавы.

Склон вулкана уже довольно близко. Фигура Гарсии приближается к центру экрана неровными толчками – видно, что огневик маневрирует, пытаясь накрыть его своим телом. Фиолетовый свет из раструба замораживателя бьет прямо в глаза. Зеленые молнии стреляют от краев экрана в центр, где неподвижно замер стреляющий из унигана землянин.

Изображение дрожит, подергивается рябью, тускнеет и приобретает фиолетовый оттенок – эти эффекты вызваны попаданием в огневика.

102.

Вид снизу на планирующего огневика.

Огневик широко раскинул в стороны щупальца и максимально расплющился, что позволяет ему довольно сносно планировать. Он корректирует траекторию полета, изменяя положение конечностей.

Выстрел унигана заставляет кремнеорганическую тварь содрогнуться. Зеленые молнии бьют в раструб замораживателя. После того, как с конца очередного щупальца срывается разряд, оно тускнеет, никнет и опадает.

Огневик уже не может управлять своим полетом. Планирование переходит в падение с вращением вокруг оси. Если бы речь шла о самолете, можно было бы сказать, что он сорвался в штопор.

103.

Вид вниз «глазами» подбитогого огневика.

Сквозь дрожащий фиолетовый туман еле виднеется склон вулкана, который, бешено вращаясь, надвигается на камеру. Фигура Гарсии уходит за пределы экрана. Звук глухого удара. Темнота.

104.

Склон вулкана. Звездная ночь перед рассветом.

Гарсия с поднятым вверх стволом замораживателя всматривается в ночное небо. В полутора десятках метров от него с глухим звуком падает огневик и разбивается в лепешку расплавленной кремнеорганики.

Крик Йоланы.

Миг, теперь ты!

Гарсия поворачивается и устремляется вниз. Сверху, со стороны бокового кратера слышится грохот нового взрыва.

105.

Картина боя «глазами» огневика. Вид назад.

Точное повторение картины 98.

106.

Картина боя «глазами» огневика. Вид вперед.

Почти точное повторение картины 99, с той лишь разницей, что Йолана стоит и стреляет из замораживателя, а вниз бежит Гарсия. Кроме того, с высоты виден основной лавовый поток отрезающий беглецам путь вниз.

107.

Вид снизу на планирующего огневика.

Повтор картины 100.

108.

Склон вулкана. Ночь перед рассветом.

Пробегая мимо Йоланы, Гарсия подхватывает Кристалл и продолжает путь вниз.

109.

Вид вниз «глазами» подбитого огневика.

Сквозь дрожащий фиолетовый туман еле виднеется склон вулкана, который, бешено вращаясь, надвигается на камеру. Фигура Йоланы уходит за пределы экрана. Звук глухого удара. Темнота.

110.

Ночь перед рассветом. Вид сверху на склон вулкана и боковой кратер человеческими глазами. Панорама, которую мог бы видеть пилот, пролетающий над вулканом.

Боковой кратер весь заполнен кипящей лавой, которая, переливаясь через край, медленно течет вниз по склону. Слышен звук взрыва. Из кратера вылетает множество вулканических бомб. Некоторые из них проносятся совсем рядом с камерой.

Камера следует за бомбами, некоторые из которых раскрываются и превращаются в огневиков. Обычные бомбы уносятся вперед и падают на склон, а огневики продолжают планирующий полет.

Снизу по ним бьет фиолетовый конус замораживателя. Человека, ведущего огонь в темноте почти не видно. Также почти не видно и второго, того, который бежит, но зато ясно различим переливающийся в его руке разными цветами Кристалл. На пути бегущего – лавовый поток из основного кратера.

111.

Склон вулкана. Ночь перед рассветом.

Гарсия подбегает к основному лавовому потоку и останавливается в десятке метров, не в силах подойти ближе из-за нестерпимого жара.

После секундного замешательства вскидывает замораживатель и начинает стрельбу по лаве, стремясь охладить ее до приемлимой температуры.

112.

Вид на лавовый поток.

Фиолетовый свет накрывает текущую лаву. Зеленые молнии непрерывно бьют куда-то за пределы экрана. Отдельные участки лавы остывают, твердеют, плывут по потоку, как льдины в ледоход.

113.

Склон вулкана. Ночь перед рассветом.

К Гарсии подбегает Йолана и начинает помогать ему. Со стороны бокового кратера слышен звук очередного взрыва. Гарсия вскидывает замораживатель вверх, Йолана продолжает обрабатывать лаву.

114.

Вид на лавовый поток.

Островков затвердевшей лавы становится все больше. Они кружатся в потоке, цепляются за берега и друг за друга и наконец останавливаются образуя подобие очень ненадежного моста.

Голос Гарсии.

Лана, вперед!

В кадре появляется Йолана с кристаллом в одной руке и замораживателем в другой. Приближаетс к «мосту». Видно, что жар от потока едва переносим. Текущая магма напирает сверху на «мост», грозя снести его или затопить. Йолана поливает ее из замораживателя.

Лава застывает и громоздится над «мостом» подобием торосов. Девушка, не прекращая стрелять по сторонам из замораживателя, отчаянно бросается на мост, еле удерживая равновесие на зыбких кусках зыстывшей породы. Комбинезон на ней начинает дымиться.

115.

Склон вулкана перед потоком.

Гарсия стреляет вверх. Оборачивается назад, беззвучно чертыхается, ставит замораживатель на минимальную мощность и начинает стрелять в сторону Йоланы.

116.

Вид на лавовый поток.

Йолана на середине «моста». Одежда на ней готова вот-вот вспыхнуть. Фиолетовый конус от излучателя Гарсии накрывает ее. Тоненькие зеленые молнии бьют за пределы экрана, туда, где должен находиться Гарсия. Одежда на девушке перестает дымиться.

117.

Картина боя «глазами» огневика. Вид вперед.

Почти точное повторение картины 99, с той лишь разницей, что Гарсия стоит на берегу лавового потока и стреляет из замораживателя, а Йолана бежит по «мосту».

118.

Вид на «мост» с противоположного берега лавового потока.

Гарсия в дымящейся одежде бежит по распадающемуся на отдельные островки застывшей лавы «мосту», перепрыгивая с одного куска на другой. Сверху в поток, поднимая тучи брызг, сыпятся подбитые огневик.

Некоторые из них всплывают и из последних сил цепляются щупальцами за остатки моста, пытаясь забраться на него. Гарсия в упор поливает их из замораживателя. С берега его накрывает конус фиолетового цвета. Одежда на Гарсии прекращает дымиться.

119.

Другой берег лавового потока.

Йолана стреляет вверх по налетающим огневикам. Переводит замораживатель на минимальную мощность и начинает поливать перебегающего «мост» Гарсию. Архелолог подбегает и они вместе устремляются вниз.

120.

Склон вулкана. Рассвет.

Над близкими уже джунглями полыхает заря. Гарсия и Йолана шагом спускаются вниз. Позади виден основной лавовый поток. Еще дальше – плюющийся в бессильной злобе огневиками и вулканическими бомбами боковой кратер вулкана. Время от времени слышаться отдаленные взрывы, и почва под ногами людей начинает мелко дрожать.

Постепенно беглецы углубляются в лабиринт многотонных базальтовых глыб, оставшихся от извержения, произошедшего в Бог знает какую эпоху.

Гарсия.

Кажется выбрались…

Герои идут все медленнее и медленнее – сказывается усталость. Постепенно среди базальтовых глыб начинает попадаться чахлая растительность. Сначала какие-то мхи и лишайники, затем мелкие кустики и наконец небольшие деревца с широкими чашеобразными листьями. Над джунглями встает солнце.

121.

У подножия вулкана. Утро.

Комбинезоны обоих героев постепенно зеленеют.

Йолана подходит к одному из деревьев, наклоняет его и подставляет рот под струю воды стекающую с листа. Жадно пьет. Потом поворачивается к Гарсии.

Йолана.

Пей! Дождевая.

Землянин кладет на землю замораживатель и Кристалл, снимает рюкзак, пьет. Потом с удивлением начинает ощупывать свое левое плечо, недоуменно смотрит на совершенно целый, будто только со склада, комбинезон.

Гарсия (с недоумением).

Лана, послушай, я точно помню, как вкровь ободрался вылезая из этой чертовой дыры. И как горел на мне комбинезон, когда я шел над лавой. А теперь смотри… И цвет меняется?…

Йолана.

Самовосстонавливающаяся макировочная ткань. Кстати, она еще и небольшие раны залечивает. Так что за свое плечо можешь не волноваться…

Гарсия.

Здорово! Но не пора ли нам связаться с нашим многоногим и многоруким другом. Мне вся эта беготня уже порядком поднадоела.

Раскрывает рюкзак, достает из него навигатор, выдвигает антенну и начинает вызывать.

Гарсия.

Сфайтер! Сфайтер! Где вы там, старый симулянт! Говорит Гарсия. Прием.

Некоторое время не слышно ничего, кроме потрескивания, потом прямо между деревьями появляется голографическое изображение паука и раздается его недовольный голос.

Сфайтер.

Слышу хорошо. Ну что там у вас?

Гарсия.

У нас Кристалл. Мы его достали! Кончайте придуриваться! Немедленно взлетайте и к нам!

Сфайтер.

Не так быстро, дружище! Мне еще надо починить двигатель.

Гарсия

Какого черта! Он что, и в правду сломан?

Сфайтер (тоном, которым говорят с глупыми маленькими детьми или взрослыми идиотами.)

Наша операция секретна не только для панцирников, но и для людей – не членов Ордена. Даже, для людей – в первую очередь. Я не могу просто сесть на планету, а потом объявить, что у меня была серьезная поломка двигателя. Состояние основных узлов корабля отслеживается несколькими запломбированными черными ящиками, показания которых подделать невозможно.

Так что мне не оставалось ничего другого, как взаправду повредить двигатель. На ремонт потребуется некоторое время. Прошу без крайней необходимости меня не отвлекать. Я нахожусь здесь...

Рядом со Сфайтером появляется объемная карта. На ней изображен полуостров с несколькими вулканами и большой остров возле его оконечности, отделенный от материка не очень широким проливом. Одна из «рук» паука показывает на точку на берегу острова.

Гарсия.

Ого! А дальше вы улететь не могли?

Сфайтер.

Это ближайшее к вашему вулкану из возможных мест посадки. Я должен был снижаться не абы как, а по глиссаде, характерной для поврежденного корабля.

Гарсия.

По глиссаде он должен был снижаться!... Баллистика, туды ее в качель!...

Сфайтер (показывая сначала на один из вулканов, а потом на реку, берущую начало возле его подножия).

Именно, баллистика...

Вот он, ваш Геллдрулл. Можете сплавиться по реке, а потом переправиться через пролив. Тогда вы достигнете корабля задолго до конца ремонта.

Самое трудное позади, и вам остается только легкая, приятная прогулка. Или ждите меня на месте. Все.

Гарсия. (несколько обескураженно)

У меня тоже. Конец связи.

Сфайтер.

Конец связи.

Объемное изображение исчезает.

Йолана возится с рюкзаком. Достает оттуда флакон каких-то таблеток и две металлические полосы непонятного назначения, заправленные в длинные чехлы, напоминающие ножны. Потом бережно укладывает на дно кристалл. Вешает одни ножны себе на пояс, другие протягивает товарищу.

Гарсия (тоже вешая ножны на пояс)

Слышала?

Йолана.

Я и так об этом знала.

Гарсия.

А чего не сказала.

Йолана.

Ты не спрашивал… На, лучше подкрепись!

Протягивает несколько таблеток Гарсии, остальные проглатывает сама. Землянин послушно отправляет таблетки в рот. Взваливает на плечо рюкзак и подбирает замораживатель

Гарсия.(Задумчиво).

В сущности он прав… Нам остается легкая прогулка. Похоже, после ада мы попали прямо в рай.

Обводит рукой окружающий пейзаж.

Вокруг порхают огромные, удивительно яркие насекомые, со стволов деревьев свисают лианы, покрытые гроздьями белых цветов. Слышаться звуки, напоминающие пение птиц.

Гарсия.(Весело)

Осталось найти только райское яблоко. Вперед, о моя Ева!

Направляется вглубь леса. Йолана плетется следом. Огромная черная крылатая тень проносится по земле так быстро что герои не успевают ее заметить.

122.

Джунгли у подножия вулкана. Утро.

Археолог останавливается и поджидает отставшую Йолану. Та, еле переставляя ноги, подходит.

Гарсия.

Прости, я последний дурак и эгоист. Ты же бодрствовала, пока я спал в пещере. Ложись, отдохни.

Йолана (вяло).

Нет, надо торопиться…

Гарсия.

Куда? Все равно помочь в починке двигателя мы не можем. Какая разница, где спать – здесь или на корабле.

Вот тут вроде должно быть удобно. А я покараулю…Хотя, что здесь может случиться? Огневики далеко позади…

Археолог небрежно закидывает замораживатель за спину. Йолана подходит к месту, указанному Гарсией. Это ровная, покрытая мягким пушистым мхом площадка возле большой базальтовой глыбы. Девушка без сил опускается на мох, прислоняется спиной к глыбе, вытягивает ноги и закрывает глаза…

Ужасный рев сотрясает округу. «Глыба» вдруг резко вздымается вверх.

123.

Джунгли у подножия вулкана. Общий план. Утро.

Огромный ящер, похожий на тиранозавра только с тремя парами лап (большие задние для прыжков и бега, маленькие передние – хватательные, средние – и для того и для другого ) поднимается во весь свой семиметровый рост. Фигурка Йоланы, лежащая у его ног, кажется игрушечной. Огромный хвост молотит из стороны в сторону, в щепки разнося стволы деревьев.

Чудовище медленно вертит из стороны в сторону огромной головой, пытаясь разглядеть наглеца, нарушившего его сон. Это ему не удается, ящер переступает задними четырехметровыми ногами и чуть не наступает на Йолану, которая поспешно откатывается в сторону.

Наконец рептилия замечает ее и начинает медленно наклоняться. Вся сцена сопровождается ужасным ревом и шипением.

124.

Крупно. Вид снизу на голову ящера.

Голова медленно опускается. Яростно вращающиеся, горящие багровым огнем глаза смотрят прямо в камеру. Огромная открытая пасть, вооруженная метровыми клыками приближается заполняя собою почти весь экран. Ужасный рев не смолкает...

Фиолетовый свет бьет ящеру прямо в пасть. Сверкают толстые зеленые молнии – замораживатель включен на полную мощность. Голова мгновенно застывает, покрываясь белым инеем. Рев обрывается, сменяясь треском разрядов.

125.

Джунгли у подножия вулкана. Утро.

Гарсия стоит спиной к камере, широко расставив ноги, и стреляет в голову ящера, который горой мышц возвышается на заднем плане.

Голова монстра уже заморожена до температуры жидкого гелия, но тело еще продолжает жить. Стоящий на паре самых задних лап ящер пытается сделать шаг вперед, и в этот момент Гарсия переносит огонь на его туловище, которое мгновенно цепенеет и покрывается инеем почти до самого кончика хвоста.

На миг замороженная туша замирает на одной ноге в позе неустойчивого равновесия, потом медленно накреняется и начинает падать на Йолану. Несколькими энергичными кувырками девушка откатывается далеко в сторону.

Тело ящера ударяется о землю и с каким-то стеклянным звоном рассыпается на тысячи осколков.

126.

Джунгли у подножия вулкана. Утро. Средний план.

Йолана и Гарсия стоят и ошалевшими глазами смотрят на полуметровый кончик хвоста ящера, бешенно извивающийся в траве – все, что осталось от чудовища.

Гарсия (с отвращением глядя на останки ящера).

У-у-у, отморозок!

Йолана. |(хрипло).

Отличный выстрел, спасибо!

Гарсия (стараясь говорить небрежным тоном. )

Не за что. Не все же тебе меня спасать...

Йолана (постепенно обретая привычный менторский тон).

Кстати, против такого зверья совсем не обязательно использовать полную мощность. Это ведь не огневики.

Забирает у Гарсии замораживатель и смотрит на счетчик энергии.

Йолана.

Ого! Аккумулятор почти полон. Эта штучка вот-вот перестанет работать!

Гарсия.

Что же делать?

Йолана.

Ничего, она сама перейдет в режим излучения. Забыл?

Вскидывает оружие к плечу и выпускает из раструба бледный фиолетовый конус, который тут же сменяется красным лучом, срезающим вершину ближайшей уцелевшей пальмы. Ветви с грохотом валятся на землю.

Йолана.

Вот так!

Гарсия.

Здорово!... А когда аккумулятор разрядится, он снова перейти в режим замораживания?

Йолана (пожимая плечами).

Конечно!

Гарсия.

Вот здорово! Мне эта штука нравится все больше и больше!

Йолана.

Откуда такой восторг?. Ты же все это опробовал на тренажере.

Гарсия.

Понимаешь, тренажер – это одно. А реальная машинка – совсем другое.

Чья-то большая черная тень быстро проносится по земле. Девушка резко оглядывается.

Йолана.

Что это?

Гарсия.

Что?

Йолана.

Ты разве ничего не заметил?

Гарсия.

Нет,... а что?

Йолана.

Ничего, пошли отсюда.

Гарсия (себе под нос).

Да, девочка, тебе пора отдохнуть.

127.

В глубине джунглей. Утро.

Гарсия и Йолана пробираются сквозь лес, гораздо более густой, чем в предыдущей картине. Постепенно поднимаются на небольшой холм. Его вершина свободна от зарослей, на ней растет только одно раскидистое дерево. Путешественники подходят и начинают пить с листьев дождевую воду. Съедают по горсти питательных таблеток.

Гарсия.

И все-таки тебе надо отдохнуть. А я покараулю.

Йолана (еле ворочая языком.)

Да.

Без сил падает в тень под деревом. Гарсия садится рядом, держа излучатель наизготовку. Внимательно оглядывает местность.

128.

Вид с вершины холма. Солнечное утро.

Холм не высок и видно с него не далеко. Прямо перед Гарсией раскинулся сплошной зеленый ковер джунглей. За ним, на довольно приличном расстоянии – цепь вулканов, над ближайшим из которых поднимается столб дыма. Высоко в небе парят какие-то темные точки, но разобрать, что это такое невозможно.

Голос Гарсии.

Я вот все думаю, почему вулкан стал выбрасывать огневиков? Неужели они могут управлять извержением?... Поразительно!... Или это просто совпадение, и они воспользовались случаем?... Нет, это крайне маловероятно...

129.

На вершине холма. Утро.

Землянин сидит под деревом, рядом лежит Йолана.

Гарсия.

И еще... Почему они нас так упорно преследуют? Неужели Кристалл представляет для огневиков какую-то ценность?... И вообще, они разумны?... Наверное все-таки нет. Их поведение скорее напоминает поведение общественных насекомых... А ты как думаешь?

Ответа нет. Гарсия поворачивается к Йолане и видит, что девушка спит. Во сне ее лицо приобретает трогательное, почти детское выражение.

130.

На вершине холма. Позднее утро.

Со времени действия предыдущей картины прошло довольно много времени. Тень от дерева сместилась, и солнечные лучи почти достают все еще спящую Йолану. Гарсия кладет на землю излучатель, встает, бережно берет девушку на руки и осторожно переносит в глубокую тень. Подбирает излучатель и садится рядом.

Все вокруг дышит покоем. Огромные отливающие металлическим блеском разноцветные стрекозы беззвучно носятся над вершиной холма. Над сверкающими в траве цветами вьются столь же огромные ярко раскрашенные бабочки.

Снизу из джунглей прилетает маленький летающий ящер размером не больше вороны и садиться на нижние ветки дерева неподалеку от Гарсии, который с любопытством рассматривает проявления инопланетной жизни. Из травы появляется полуметровая шестиногая ящерка и, шустро перебирая лапками, пробегает мимо. За ней появляется вторая, потом третья...

Большая черная тень проносится по поляне. Землянин поднимает голову, но видит только стаю маленьких птерозавров, вылетевшую из джунглей,с тревожными криками пролетающую над его головой и скрывающуюся по другую сторону холма.

Гарсия оглядывается по сторонам и видит, что стрекозы и бабочки куда-то исчезли. Трава тут и там шевелится. Шестиногие ящерки бегут уже сплошным потоком. Вместе с ними несется какая-то мелкая живность. Стайки разнообразных летающих ящеров летят одна за другой, опережая рои насекомых. Сжимая в руках излучатель, Гарсия поднимается на ноги и тревожно всматривается в джунгли...

Раздается треск ломающихся сучьев, и на опушку один за другим выпрыгивают, похожие на больших кенгуру трехметровые двуногие ящеры. Две пары маленьких лапок прижаты к груди, мощные задние ноги ритмично толкают тела вперед и вверх, длиные вытянутые хвосты помогают сохранять равновесие. Некоторые из них бегут, обтекая холм, но другие несутся прямо на людей.

Гарсия вскидывает излучатель, и красный луч разрезает двоих динозавриков пополам где-то в районе грудной клетки. Верхние половины их тел уже конвульсивно дергаются в густой траве, а нижние все еще продолжают бежать вверх по склону. Темная кровь толчками вырывается из разрезанных торсов. Пробежав несколько шагов, нижние половины тел наконец падают и начинают биться на земле.

Боковым зрением Гарсия видит фиолетовый конус, бьющий у него из-за спины – это вступает в бой проснувшаяся Йолана. Еще две рептилии, пробежав некоторое расстояние, валятся на землю тушами замороженного мяса.

Униган девушки переходит в режим излучения, сверкает красный луч, и обезглавленное тело пятого ящер пронесшись между Гарсией и Йоланой скрывается за вершиной холма. Отрезанная голова у ног людей бессмысленно разевает пасть и вращает глазами.

Гарсия (назидательным тоном, оборачиваясь вслед убежавшему телу).

Никогда не надо терять голову!

Наступает тишина, нарушаемая только треском веток по обеим сторонам холма, там, где скрылись уцелевшие динозавры.

Йолана.

Почему они напали?!

Гарсия.

Это не...

Новый, гораздо более сильный шум заглушает его ответ. От тяжелого топота вздрагивает земля. Деревья на опушке начинают раскачиваться, и на склон холма выбегают приземистые, покрытые роговыми пластинами ящеры, похожие на огромных рогатых шестиногих жаб. Они движутся сплошным потоком, и те из них, кто оказался прямо перед холмом, не в силах свернуть в сторону, бегут прямо вверх по склону, тяжело и натужно пыхтя.

Видно, что эти животные совершенно не приспособлены для бега, что никогда в жизни они не бегали. И тем не менее сейчас они бегут, бегут, не разбирая дороги. Картина напоминает атаку тяжелых танков.

Красные лучи двух излучателей пляшут по огромным бронированным лбам, срезая низко нависающие над ними рога, прожигая в телах огромные дыры, но чудовища продолжают свое безумное движение. Слышен треск костей, когда рогатые ящеры топчут поверженные тела двуногих. И только у самой вершины, не добежав до нее какого-нибудь десятка метров, они падают и, пропахав в земле глубокие борозды, замирают почти у самых ног пораженных людей.

Йолана.

Почему?...

Новый, еще более ужасный грохот не дает ей закончить. Деревья с треском падают, и на опушке появляются ящеры, похожие на шестиногих бронтозавров. Маленькие головки на длинных шеях раскачиваются на пятнадцатиметровой высоте.

Два зверя без оглядки несутся вверх по склону, другие обтекают холм с двух сторон. Дрожит земля.

Гарсия и Йолана (одновременно).

Бей правого!

Герои вскидывают излучатели и сосредотачивают их огонь на левом ящере, который останавливается, будто наткнувшись на стену, а потом с ревом начинает заваливаться на бок.

Секундная несогласованность действий может дорого обойтись людям – правый ящер вырывается вперед, он уже почти совсем рядом. Два луча одновременно перерезают горло чудовища – один по середине, другой – ближе к голове. Голова и часть шеи катятся по траве, а тело продолжает бежать вперед. Из обрубка толчками льется поток крови.

Наконец передняя пара ног подкашивается, но две задние еще продолжают работать. Грудь ящера касается земли и ползет вперед, прорывая глубокую канаву, укороченная наполовину шея мотается из стороны в сторону, как из шланга поливая все вокруг кровью, заливая подножие дерева, Гарсию и Йолану.

Наконец подкашивается вторая пара ног, за ней третья. Гигантские когти скребут землю, огромный хвост без устали молотит по траве...

На заднем плане издыхает первый «бронтозавр». Глухие стоны умирающего гиганта постепенно затихают. Слышен только удаляющийся топот миновавших холм ящеров.

Йолана.

Почему они нападают?!

Гарсия.

Они не нападают, они бегут... И нам бы...

Йолана.

Бегут? От кого?

Вместо ответа Гарсия молча показывает рукой на опушку.

131.

Опушка леса у подножия холма. Вид издали. День.

Видны поваленые, раздавленные бронтозаврами деревья. Все тихо и безжизнено. Поначалу стоит мертвая тишина, но постепенно в ней начинают слышаться какие-то звуки – шерохи, шуршание, скрипы, потрескивание. На опушке возникает какое-то движение.

Проходит несколько секунд, и шевелящаяся черная лента выползает из джунглей, устремляясь вверх по склону. Изображение приближается. Теперь видно, что лента состоит из множества огромных, черных восьминогих муравьев. Насекомые добегают до ближайших трупов ящеров и облепляют их совсех сторон.

132.

Вершина холма. День.

Огромная черная крылатая тень проносится по холму, но Гарсия и Йолана слишком увлечены зрелищем наступающих муравьев, чтобы обратить на нее внимание.

Йолана (снадеждой в голосе).

Может они нажрутся мяса и успокоятся?...

Гарсия.

Вряд ли. Нам лучше поторопиться!...

Оба поворачиваются и начинают спешно спускаться по противоположному склону холма.

Неожиданно наперерез им из травы с разных сторон выскакивают три муравья. Теперь, когда насекомые оказываются рядом с людьми, становятся понятны их истинные размеры. В длину каждое из них достигает двух метров, тяжелые головы оснащены устрашающего вида полуметровыми челюстями. Восемь ног поддерживают тела на высоте 70-80 сантиметров. Движутся насекомые с удивительным для таких размеров проворством, так что герои еле успевают вскинуть излучатели.

Два луча поджигают траву и муравьев. Насекомые вспыхивают с сухим треском.

Гарсия.

Это только разведчики. Но скоро будут все остальные!... Вперед!

Бегут дальше.

133.

Холм, вид сверху. День.

Сплошной черный поток муравьев переваливает через вершину и устремляется за беглецами, постепенно нагоняя их. Это не преследование. Насекомые движутся своей дорогой, сметая все на пути, а люди просто оказались в неподходящем месте в неподходящее время.

Гарсия и Йолана оборачиваются и огнем своих излучателей выжигают передние ряды. Теперь фронт наступающих насекомых прядставляет из себя не линию, а подкову, охватывающую бегущих людей. Герои приближаются к кромке леса.

134.

У подножия холма. День.

Из-за деревьев на приближающихся людей бросается несколько разведчиков. Гарсия сжигает их своим излучателем. Люди с ходу вбегают в лес.

Но и здесь им нет передышки. Муравьев слишком много, появляются они слишком неожиданно, движутся слишком быстро, а времени слишком мало. Поэтому герои стреляют при малейшем подозрительном движении или шорохе, ни мало не заботясь об остатке энергии в излучателе. Вокруг вспыхиают и валятся деревья, дым застилает глаза.

С горящего дерева на спину Йолане прыгает муравей и сбивает ее с ног.

135.

Крупно.

Муравей на спине девушки тенется челюстями к шее.

136.

В джунглях. День.

Гарсия ударом ноги отбрасывает муравья в сторону и тут же коротким выстрелом излучателя поджигает его. Насекомое вспыхивает с сухим треском. Йолана вскакивает на ноги, и они отстреливаясь бегут дальше. Деревья впереди редеют, и герои выбегают на опушку, за которой поднимается склон нового холма.

Бегут вверх по склону. Гарсия оборачивается и несколько секунд поливает опушку из излучателя. Губы его шевелятся.

Гарсия (себе под нос).

Ничего себе прогулочка!

137.

Опушка леса на склоне холма. День.

Из джунглей появляется сплошная черная масса муравьев и затопляет склон. Красные лучи пляшут по передним рядам, полностью выжигая их.

138.

Вершина холма. День.

Гарсия и Йолана вбегают на вершину и видят, что с другой стороны навстречу им поднимаются муравьи. Это уже не разведчики, а основные силы, обошедшие холм.

Теперь людям предстоит сражаться в окружении. Они становятся спина к спине и начинают отстреливаться. Порыв ветра приносит откуда-то облако пепла и черного дыма. Йолана и Гарсия заходятся в кашле.

Гарсия (не прекращая огня).

Слава Богу, что джунгли такие влажные.... Только пожара нам здесь не хватало!

139.

Холм, вид сверху. День.

Трава на холме давно превратилась в пепел и по этому пеплу вверх со всех сторон лезут новые и новые полчища муравьев, чтобы в свою очередь вспыхнуть и превратиться в пепел под ударами излучателей. Они наступают волна за волной, размеренно и неотвратимо, как морской прибой.

Камера показывает панораму окрестностей. Муравьиному морю не видно конца. Сплошной шевелящийся ковер насекомых заполняет собой весь холм кроме небольшой его части, примыкающей к самой вершине, опушку джунглей с тлеющими тут и там остатками деревьев и сами джунгли, которые, впрочем, уже нельзя назвать этим словом – вместо вечнозеленых деревьев и кустарников они наполнены жуткими мертвыми скелетами без коры и листьев.

И опять огромная крылатая тень пересекает пейзаж внизу.

140.

Холм, вершина. День.

Комбинезоны героев приобретают черный цвет выжженной травы.

Излучатель в руках Гарсии начинает отказывать. Луч истончается, бледнеет, от него уже нет почти никакого толку.

Йолана.

Сейчас он переключится!

Гарсия.

Что?!

Йолана.

Переключится, черт побери!...

Землянин недоуменно вертит в руках униган, упорно не желающий переходить в режим излучения.

Гарсия (сквозь зубы).

Инопланетная техника, туды ее в качель!

Йолана вертится, словно уж, стараясь стрелять одновременно во всех направлениях. Но, несмотря на ее героические усилия, муравьи подбираются все ближе и ближе.

Пытаясь понять, что произошло с излучателем, Гарсии заглядывает в раструб, но тут же, опомнившись, убирает голову.

И вовремя. Фиолетовый конус бьет рядом с его лицом.

141.

Холм, склон. День.

Фиолетовый свет накрывает муравьев. С треском бьют зеленые молнии. Насекомые цепенеют. Следующие муравьи с каким-то отвратительным шорохом и хрустом лезут поверх убитых и тоже застывают, наткнувшись на фиолетовый луч.

На той половине склона холма, которую удерживает Гарсия постепенно растет вал из замороженных насекомых. Часть убитых муравьев скатывается по переднему склону, и поэтому вал постепенно приближается, грозя обрушится на людей. К тому же под его прикрытием муравьи могут подобраться слишком близко...

Гарсия.

Лана! Меняемся!

Поняв все с полуслова, девушка занимает место Гарсии, а он ее. Фиолетовый конус замораживателя накрывает обугленную дымящуюся землю, по которой на людей надвигается вал муравьев.

С противоположной стороны красный луч ударяет в нагромождение мертвых насекомых, и оно с жутким треском вспыхивает, поднимая к небу огромный столб клубящегося огня и разбрасывая вокруг снопы искр.

Черные комбинезоны героев местами краснеют под цвет пламени и приобретают какой-то празднично-карнавальный вид. От запаха горящих муравьев люди заходятся в глубоком кашле, жар пламени заставляет их отступать, но отступать особо некуда, сзади уже растет новая гора мертвых насекомых – работа Гарсии.

Героям приходится подойти к ним почти вплотную, и Йолана не решается пустить в ход свое оружие. Гарсии приходится действовать в одиночку.

К счастью гора муравьиных тел сзади начинает догорать, и Гарсия с Йоланой теперь могут начать шаг за шагом отступать обратно. Решив, что они отошли на безопасное расстояние, Йолана стреляет. Луч, вырвавшийся из ее излучателя гораздо тоньше и бледнее, чем раньше, но вторая куча муравьиных тел, тем не менее, вспыхивает, давая возможность героям заняться тем, что у них за спиной.

Первая куча уже догорела, и за ее остатками видно, как новые колонны муравьев готовятся к штурму. Йолана стреляет, но из ее излучателя вырывается лишь жалкий лучик и тут же умирает.

Некоторое время Гарсии приходится сражаться в одиночку, ведя огонь во всех направлениях, потому, что вторая куча тоже догорела и через ее пепел уже лезут новые захватчики. Наконец к нему присоединяется и Йолана.

Два замораживателя удерживают атакующих гораздо лучше, чем один, но все равно горы мертвых муравьев постепенно приближаются, грозя обрушится на людей.

Гарсия.

Черт! Они задавят нас своими мертвецами!... Когда переключимся на излучение?

Йолана.

Не скоро! Аккумуляторы еще пусты!...

Муравьи продолжают наступать...

И вдруг все прекращается. Стрелять не в кого! Новые полчища насекомых больше не появляются на вершине вала из трупов своих сородичей. Еще несколько мгновений археолог и Йолана продолжают поливать вал из своих замораживателей, потом опускают оружие. На поле боя опускается мертвая тишина.

Йолана (стуча зубами от холода, веющего от груды замороженных насекомых).

Миг! Они ушли? Правда?

Гарсия (тоже стуча зубами).

Похоже на то...

Йолана (тихо, еще не веря своему счастью).

Ура!

Гарсия.

Рано радуешься.

Йолана (недоумевая).

Но ведь они ушли!

Гарсия.

Это-то и тревожит. Кто мог их так?...

Не договорив, хватает Йолану за руку и вместе с ней устремляется через нагромождение замороженных муравьиных трупов. Под их тяжестью тела насекомых ломаются, крошаться, люди вязнут в этом месиве и с большим трудом продвигаются вверх.

Йолана хочет что-то сказать, но в этот момент холм потрясает мощный подземный удар, за ним еще один. Люди падают, скатываются по внешней стороне вала, но тут же вскакивают и оглядываются, сжимая в руках оружие, готовясь снова, если надо, открыть стрельбу. Но кроме замороженных трупов вокруг ничего не видно.

Новый удар сотрясает холм. Люди катятся по обугленной земле. Кучи мертвых муравьев с грохотом рассыпаются. Холм вспухает, трескается, и из его недр вверх ударяет фонтан огня и вулканических бомб. Герои вскакивают на ноги и очертя голову бросаются вниз. Бомбы, пока еще только бомбы, падают вогруг, поджигая останки насекомых.

Новый взрыв, новая порция вулканических бомб. Землянин на бегу оглядывается – худшие предчувствия не обманули его – несколько бомб раскрываются в полете и превращаются в планирующих огневиков. Гарсия и Йолана начинают отстреливаться. Подбитые огневики один за другим падают на землю.

142.

Холм, вид сверху. День.

С высоты виден весь обугленный холм с бьющим из его вершины огненным фонтаном и бегущие по склону маленькие фигурки. Огневики и вулканические бомбы вылетают из вновь образовавшегося кратера, не долетают некотрое расстояние до камеры и устремляются к земле.

Бомбы неприцельно падают на склон холма, а огневики раскрываются и начинают свой планирующий полет. Героям пока удается успешно от них отстреливаться.

Видно, что вновь образовавшееся жерло сильно уступает в мощности даже боковому кратеру вулкана – огневиков и бомб не много, летят они не высоко и не далеко. Вскоре Гарсия и Йолана выходят из опасной зоны.

143.

Второй холм, склон у подножия. День.

Герои бегут по почти не обгоревшему участку. Их комбинезоны из черных постепенно становятся серыми - трава здесь не выжжена, а начисто съедена муравьями. Гарсия сворачивает в ложбину между первым и вторым холмом и они с Йоланой оказываются между мертвых, обглоданных насекомыми деревьев

Подземный толчок! Прямо перед героями из земли ударяет в небо столб пламени и взлетает пара-тройка вулканических бомб. С треском вспыхивают кустарник и деревья. Люди поворачивают обратно.

Новый толчок, новый столб пламени и новый пожар прямо впереди. Теперь у людей остается одна дорога – вверх по склону первого холма, того на вершине которого они отдыхали сегодня утром.

144.

Первый холм, склон у вершины. День.

Задыхаясь, Гарсия и Йолана подбегают к вершине. Дерево, под которым они отдыхали, стоит обглоданное, белея содранной корой. Люди пробегают мимо, и почти тотчас следует очередной удар.

Вырванное с корнем пылающее дерево летит по воздуху, а на его месте бьет в небо огненный фонтан.

145.

Вид снизу. День.

По воздуху летит горящее дерево. Падает на землю, разбивается на части, верх взметаются миллионы искр. Над искрами летит огневик, раскрывается, начинает планировать, но натыкается на конус фиолетового цвета. Щупальца опадают, и огневик камнем падает вниз.

146.

Первый холм, вид сверху. День.

Огненый фонтан бьет из вершины холма. В воздухе летят огневики и вулканические бомбы. Другие огневики агонизируют на земле. Неподалеку догорает упавшее дерево. Гарсия и Йолана, отстреливаясь, мчатся вниз по склону, пробегая мимо скелетов убитых ими и обглоданых муравьями динозавров. Туловище бронтозавра напоминает огромный тоннель со стенами из ребер.

147.

Первый холм, внутри скелета бронтозавра. День.

Изнутри скелет еще больше напоминает тоннель. Гарсия и Йолана появляются в его переднем конце, набегают на камеру. Камера разворачивается следом. Вид на бегущих со спины.

Герои достигают в заднего конца скелета и выбираются наружу. Грохот взрыва, прямо перед камерой взлетает огненный столб.

148.

Первый холм, склон. День.

Вид сбоку. Гарсия и Йолана несутся сквозь тоннель из ребер. После того, как они пробегают, скелет разлетается , взорваный ударившим из-под земли столбом огня. В воздухе крутятся обломки обугленных костей.

149.

Первый холм, вид сверху. День.

То же самое, что в предыдущей сцене, но снято сверху.

Потом камера следует за Йоланой и Гарсией, которые, отстреливаясь, подбегают к опушке мертвых джунглей и скрываются в них.

150.

Мертвые джунгли. День.

Йолана и Гарсия бегут между стволов, постепенно замедляя бег, потом переходят на шаг. Вдали затихают раскаты извержений мини-вулканов.

Гарсия.

Кажется, оторвались... Заметила, они теперь сменили тактику? Пытаются достать нас из-под земли. И чуть было им это не удалось… Во всяком случае, приятно сознавать, что благодаря нам на этой планете стало несколькими вулканами больше. Пусть даже и маленькими.

Йолана.

Будь внимательнее. Прислушивайся к толчкам...

Гарсия.

И ты тоже...

Если бы не эти чертовы огневики, муравьи нас бы сожрали. Как говориться, не было бы счастья... Но теперь я почти на все сто уверен – огневики каким-то образом способны чувствовать присутствие Кристалла, и он им зачем-то очень нужен...

Йолана.

Думаешь, они разумны?

Гарсия.

Не обязательно. Пчелы, у которых похитили мед, преследуют врага не менее упорно. Разумные существа взяли бы нас в кольцо и не выпустили. А не лезли бы не беспорядочно то тут, то там...

Конечно, они могут вызывать извержения по собственному желанию... Но и это ни о чем не говорит...

Для них лава, как для нас вода. Бобры строят плотины на лесных ручьях, а огневики на лавовых потоках. Помнишь ту, которую мы взорвали? Думаю, манипулируя такими плотинами можно подвести магму к любому участку поверхности. Конечно, вблизи очага вулкана.

Йолана.

Надо уходить от вулканов.

Гарсия.

Мы это и делаем. Предлагаю, пока можно, держаться муравьиной тропы. Наши маленькие восьминогие друзья, говоря военным языком, провели зачистку местности. Грех было бы не воспользоваться их любезностью.

Йолана.

А если их тропа свернет в сторону?

Гарсия.

Тогда выйдем к реке, построим плот и спустимся к морю, как предлагал Сфайтер...

151.

Общая панорама. Вид сверху. Ранний вечер.

Йолана и Гарсия медленно продвигаются по мертвым джунглям. Камера постепенно поднимается, открывая взгляду все более широкую панораму. Фигуры людей отдаляются и превращаются в почти неразличимые точки. С высоты муравьиная тропа кажется узкой серой лентой на зеленом ковре джунглей.

В кадр попадает цепь вулканов. Геллдрулл, продолжает извергаться. Остальные ведут себя более-менее спокойно.

Один из вулканов представляет из себя низкий полуразрушенный конус, почти до краев заполненный расплавленной магмой. Недалеко от этого вулкана берет начало горная речка, впадающая в большую полноводную реку.

Через некоторое время в кадр попадает устье этой реки и морской пролив между материком и большим островом. Камера продолжает подниматься, и поверхность планеты постепенно пропадает в облачной дымке.

152.

Полоса мертвых джунглей. Вечер.

Огромное, красное, низко висящее над горизонтом солнце светит сквозь ветви мертвых деревьев прямо вдоль проделанной муравьями дороги. Сидя на поваленном стволе, Йолана и Гарсия заканчивают подкрепляться питательными таблетками.

Гарсия. (глядя на солнце).

Сколько у нас времени до темноты?

Йолана (тоже взглянув на солнце).

Думаю, немного.

Гарсия (поднимаясь на ноги).

Тогда в путь.

153.

Полоса мертвых джунглей. Вид с высоты 100 – 150 метров. Вечер..

Гарсия и Йолана движутся среди объеденных муравьями деревьев.

Голос Йоланы.

Мы идем не туда.

Голос Гарсии.

Да, не совсем туда. Но я хотел бы, пока можно, придерживаться тропы. Хватит с нас сюрпризов...

Люди подходят к большому поваленному дереву...

Камера резко пикирует на Гарсию и Йолану. Слышится сдавленый вскрик. Несколько мгновений на экране ничего нельзя разобрать, кроме беспорядочного мелькания каких-то цветных пятен. Затем камера медленно поднимается вверх. В поле зрения полоса мертвых джунглей. Возле большого поваленного дерева никого нет...

154.

В воздухе. Вечер.

Огромный летающий ящер с неестественно толстым туловищем, тяжело взмахивая крыльями, несет в когтях Гарсию и Йолану. Внизу на небольшом расстоянии медленно проплывают верхушки обглоданных муравьями деревьев. Птерозавр сворачивает в сторону, и на смену мертвым деревьям приходят живые.

155.

В воздухе. Средний план. Вечер.

Гарсия, перехваченный лапой ящера, сжимает в руках замораживатель. На заднем плане видна Йолана, в точно таком же незавидном положении. Позади ее то возникают то исчезают из виду концы крыльев чудовища. Слышен свист рассекаемого ими воздуха.

Гарсия (морщась от боли, со стоном).

Ты жива?

Йолана.

Как будто...

Гарсия.

Оружие?...

Йолана.

Всегда со мной!

Ящер делает вираж, накреняется и на заднем плане в пугающей близости проплывают верхушки деревьев.

Гарсия (говорит, с трудом преодолевая боль).

Слушай внимательно... Птичку надо завалить... Но с умом... Сначала надо заморозить лапы, чтобы он нас не отпустил. Потом крылья, потом голову... Очень важно: крылья нужно заморозить одновременно, в одинаковом положении...Максимально развернутом... Иначе сорвемся в штопор, или упадем... А так у нас будет шанс...

Йолана.

Может, подождем пока сядет?

Гарсия.

Нет! Он несет нас в гнездо своим птенцам... Или гаденышам, не знаю, как правильно... Возможно, мы от них и отобьемся, но потом... Куда он нас занесет, и сколько времени придется добираться до корабля?... Мы можем, пока летим, просто истечь кровью...

156.

Вид сверху, глазами людей, которых несет ящер. Вечер.

Внизу совсем рядом проплывают зеленые кроны. Постепенно деревья мельчают и им на смену приходят кустарник.

Голос Гарсии.

Надо действовать согласованно...Давай порепетируем...

Кустарник постепенно сменяется каменными осыпями. Чувствуется, что ящер свернул к горам.

157.

В воздухе. Средний план. Вечер.

На переднем плане Гарсия, на заднем – Йолана. Внизу медленно проплывают скалы. Спины комбинезонов героев окрашены в светло-серый цвет брюха ящера. По передним половинкам пробегают разноцветные пятна и полосы – маскировочные костюмы не успевают приспосабливаться к смене пейзажа под крыльями рептилии.

Землянин направляет замораживатель на лапу у себя за спиной.

Гарсия.

На счет раз, стреляем по лапам...

Направляет замораживатель на грудные мышцы, управляющие правым крылом.

Гарсия.

На счет два, парализуем крылья...

Направляет замораживатель на голову.

Гарсия.

На счет три – голову… А теперь вместе. Только не урони замораживатель!…Раз!…Два!…Три!

Оба синхронно проделывают те же манипуляции.

Гарсия.

Отлично!... Думаю, у нас есть шанс!… Главное – не попасть друг в друга.

Пейзаж под крыльями ящера начинает поворачиваться.

Йолана.

Он сворачивает! Пора!

Гарсия.

Вижу!… Приготовиться…

Гарсия и Йолана поднимают замораживатели, направляя раструбы на лапы рептилии...

Впереди показывается острый скальный гребень. Кажется, что ящер заденет его лапами. Но нет, гребень проносится в каком-нибудь метре под героями. Их глазам открывается крутой обрыв, под которым плещется озеро раскаленной магмы.

Гарсия.

О, нет!…

158.

Вид сверху на кратер полуразрушенного вулкана.

На фоне раскаленной лавы виден черный силуэт ящера, кругами поднимающегося вверх.

Голос Гарсии.

Он просто использует восходящие потоки, чтобы набрать высоту... Мы слишком тяжелая ноша, даже при половинной тяжести... А я уж подумал...

Голос Йоланы.

Сейчас стрелять нельзя...

Голос Гарсии.

Тонкое замечание... И, главное, своевременное.

159.

В воздухе. Средний план. Вечер.

Огромный ящер несет героев, тяжело взмахивая крыльями. На переднем плане Гарсия, на заднем – Йолана. Обращенные к земле части их комбинезонов приобретают цвет расплавленной магмы. Внизу, постепенно отдаляясь, медленно по кругу проплывает лавовое озеро.

Наконец, видимо решив, что набрал достаточную высоту, птерозавр направляется к горам.

Гарсия.

Пора! Приготовились!

Берет оружие наизготовку, направляя раструб назад и вверх, на лапы ящера.. Йолана делает то же самое. Археолог напряженно смотрит на крылья, ловя подходящий момент…

Гарсия.

Раз!…

Фиолетовые конусы вырываются из замораживателей. Трещат зеленые молнии…

Гарсия.

…Два!…

Оба героя перенацеливают оружие на грудные мышцы, приводящие в движение огромные крылья и стреляют…

Гарсия.

…Три!

Ящер, только сейчас почувствовавший смертельный холод, начинает поворачивать голову, и в этот момент на нее падают два потока фиолетового света. Голова и шея мгновенно застывают, покрываясь инеем. Пейзаж внизу начинает медленно поворачиваться.

160.

В воздухе. Дальний план. Вечер.

Замерзший ящер с полностью расправленными крыльями и слегка повернутой набок головой, держа в лапах Йолану и Гарсию входит в вираж и по спирали начинает планировать к земле.

Голос Гарсии.

Черт, он успел повернуть голову! Центровка нарушена!... Ты на дельтаплане когда-нибудь летала?

Голос Йоланы.

Я на всем летала!

Голос Гарсии.

А я – нет… До сегодняшнего дня…Делай что-нибудь пока мы не сорвались в штопор!

Голос Йоланы.

Вытяни замораживатель влево!… Еще!…Еще!!…Еще!!!

161.

В воздухе. Крупный план. Вечер.

Повинуясь командам Йоланы, Гарсия что есть силы вытягивает в сторону свой замораживатель. Крен ящера немного уменьшается.

162.

В воздухе. Общий план. Вид сверху вниз. Вечер.

Спираль, описываемая планирующим птерозавром становится несколько положе.

Голос Йоланы.

Все. Больше ничего сделать нельзя!

В кадре снова показывается конус полуразрушенного вулкана и лавовое озеро, плещущееся в его кратере.

Голос Гарсии.

Черт! У меня вовсе нет настроения здесь купаться!

163.

В воздухе. Вид глазами Гарсии. Вечер.

Внизу проносится поверхность лавового озера. Все ближе и ближе. Уже хорошо различимы даже отдельные огневики, плавающие в нем, как тюлени в земных морях.

Неожиданно впереди появляется скалистая кромка кратера и летит прямо на камеру. Столкновение кажется неизбежным.

Голос Гарсии.

О, НЕТ!!!

В последнюю секунду гряда уходит куда-то вниз, мелькают острые зубы камней, и перед камерой распахивается покрытый вулканическим пеплом склон, который приближается с пугающей быстротой. Удар! Вверх вздымается туча вулканического пепла...

<5>

164.

Над склоном вулканического конуса. Вечер.

Ящер пролетает над самой кромкой кратера так, что ноги людей едва не задевают за острые камни. В следующее мгновенье он уже несется над склоном. Тела Гарсии и Йоланы погдужаются в вулканический пепел, оставляя в нем глубокую борозду. Туча пыли тянется за птерозавром, как дым за подбитым бомбардировщиком.

Тело ящера клюет носом, ударяется о склон, рассыпается на мелкие осколки, вспыхивает и взрывается.

Поднимая тучи пепла, Гарсия и Йолана кубарем катятся по склону и влетают в заросли кустарника. Некоторое время слыщится треск ломаемых кустов, потом все стихает.

165.

У подножия вулкана. Вечер.

Гарсия неподвижно лежит на животе. Комбинезон на его спине изодран ящером, сквозь лохмотья виднеются раны от когтей. Рядом валяется разодраный же рюкзак, через дыры в котором как ни в чем ни бывало сияет Кристалл.

Археолог со стоном подгибает ноги, с трудом поднимается, морщась от боли и оберегая сломаную правую руку.

Хромая, подходит Йолана с замораживателем в руке. Ее одежда не в лучшем состоянии, лицо и руки исцарапаны ветками кустарника. Как и землянин она вся перепачкана вулканическим пеплом.

Девушка кладет униган, открывает рюкзак и достает оттуда большой тюбик скакой-то мазью, потом подходит к Гарсии.

Йолана (показывая на остатки комбинезона.)

Снимай!

Землянин мешкает, и тогда девушка осторожно, но решительно стягивает с него остатки комбинезона. Раны на груди выглядят почти так же устрашающе, как и на спине.

Йолана выдавливает на ладонь содержимое тюбика и начинает смазывать им особо пострадавшие места, не забывая время от времени поглядывать на небо и держать в поле зрения свое оружие. Археолог морщится.

Йолана.

Повернись!

Землянин послушно поворачивается. Девушка продолжает лечебную процедуру. При соприкосновении с открытыми ранами мазь пениться и взбухает, постепенно покрывая собой все тело.

Йолана расстегивает молнию, и остатки комбинезона мягко падают к ее ногам. В багровом свете заходящего солнца девушка напоминает персонаж фильма ужасов – не то вампира, не то его жертву. Все тело покрыто вулканическим пеплом и засохшей кровью. Раны от когтей кажутся еще больше, чем у Гарсии, ведь сама она значительно уступает землянину в росте.

Не морщась, Йолана натирает себя грудь, живот и бедра содержимым тюбика.

Йолана.

Еще повернись.

Археолог поворачивается. Девушка стоит перед ним совершенно обнаженная, но сейчас ее вид может вызвать вожделение разве что у какого-нибудь закоренелого маньяка

Йолана протягивает ему тюбик и поворачивается спиной.

Йолана.

Мажь!…

Гарсия послушно берет левой рукой тюбик и, отводя глаза начинает смазывать раны девушки. Его пальцы нежно скользят по ее плечам, спине, переходят на бедра...

Слой пены, покрывающий тела героев становится все толще. Он твердеет прямо на глазах, превращая людей в каких-то двуногих толстокожих.

Йолана.

Все, Мигель Гарсия! Твои раны скоро заживут. И скажи спасибо нашим комбинезонам. Если бы не они, мы бы точно истекли кровью еще в воздухе.

Молча подбирают замораживатели, садяться спина к спине, но не касаясь друг друга, и начинают оглядывать окрестности.

166.

На склоне. Панорама. Вечер..

Камера постепенно поворачивается, показывая окружающую местность.

Чуть выше сидящих людей виден скалистый гребень, который они так удачно миновали совсем недавно. Между гребнем и местом, где сидят герои догорают останки ящера. Глубоко промерзшие, сделавшиеся хрупкими, как стекло осколки тела соседствуют с бесформенными, кровоточащими наполовину обуглившимися кусками мяса. Можно опознать только кончик хвоста и концы крыльев, метра по два в длину каждый.

Ниже Гарсии и Йоланы, на расстоянии примерно сотни метров склон заканчивается обрывом. Справа, неподалеку от них, прямо из недр отвесной скалы бьет ключ.

Вода падает с высоты десятка метров, течет вниз по склону и скрывается в нагромождении каменных глыб, над которыми поднимаются клубы негустого пара.

Тишина. Не заметно ни малейших признаков присутствия каких-либо животных. Только далеко в вышине видны какие-то темные точки. Возможно это ящеры, подобные тому, который напал на людей.

167.

На склоне. Сумерки.

Гарсия начинает клевать носом. Заметив это, девушка слегка толкает его и протягивает ему горсть таблеток.

Йолана.

На-ка, подкрепись... А потом спи, я покараулю.

Гарсия.

А ты?

Йолана.

Я - потом... Ты больше побился. Спи первый, потом я разбужу.

Оба глотают по пригоршни таблеток. Йолана прислоняется спиной к камню и берет поудобнее оружие, готовясь нести вахту. Землянин ложится рядом.

168.

На склоне. Ночь.

Из-за далекого гребня встает одна из лун Виванды. Весь небосклон необычайно густо усыпан звездами. В их свете покрытая засохшей целебной пеной Йолана кажется каменной статуей.

Откуда-то издалека раздается протяжный крик неизвестной твари. Йолана поворачивает голову на звук, некоторое врямя сидит неподвижно, затем легонько толкает археолога.

Йолана.

Просыпайся!

В ответ землянин мычит что-то нечленораздельное.

Йолана.

Ну, как себя чувствуешь?

Гарсия.

А... Спасибо, гораздо лучше.

Йолана.

Отлично. Тогда покарауль, а я посплю.

Гарсия (пытаясь нащупать свой униган).

Как, все спокойно?

Йолана.

Более-менее. Только какая-то тварь все время кричит, да огоньки странные летают. Вон видишь...

Показывает рукой на участок неба над гребнем, где рывками движутся разноцветные огни. Опять раздается далекий протяжный крик.

Гарсия.

Красиво. Похоже на светлячков.

Йолана (укладываясь).

Близко они не подлетали, но будь настороже... Разбудишь на рассвете...

Поворачивается на бок и мгновенно засыпает. Землянин остается сидеть с униганом наизготовку.

Ночь, звездное небо, медленно встающая над горизонтом луна и тишина, изредка нарушаемая криками неведомых обитателей Виванды.

169.

На склоне. Рассвет.

Луна зашла, звезды становятся все бледнее. Землянин сидит, глядя на ширящуюся над горами полосу зари. Неподвижно лежавшая девушка вдруг резко садится.

Йолана (бодрым, совершенно не сонным голосом).

Я же просила разбудить на рассвете. Пошли, хватит валяться.

Подхватив оружие, рюкзак с Кристаллом и остатки комбинезона, направляется к водопаду. При каждом шаге толстая корка затвердевшей лечащей пены, скрывающая ее тело покрывается все новыми и новыми трещинами. Землянин идет следом.

170.

У водопада. Раннее утро.

Не выпуская из правой руки униган, Йолана становится под упругие струи теплой воды, поднимает вверх левую руку, медленно поворачивается лицом к землянину и начинает сдирать с себя засохшую пену, которая падает к ее ногам и уносится потоком. Дыры в стоящем у ее ног рюкзаке сделались меньше, но сквозь них все еще можно разглядеть переливающийся всеми цветами радуги Кристалл.

Постепенно открывается тело девушки, ослепительно, как после парной, сияющее в розовых лучах восходящего солнца. От ужасных ран почти не осталось и следа. Только очень внимательно приглядевшись, можно разглядеть на загорелой коже чуть более светлые, чем фон полосы.

Гарсия (восхищено).

Говорят, что Афродита родилась из морской пены. Ерунда! Теперь то я знаю, что она родилась из воды горячего источника на склоне вулкана...

Йолана (прогоняя с лица улыбку и пытаясь не выглядеть польщенной).

Не знаю кто, такая эта Афродита, но если ты хочешь сделать комплимент, то зря стараешься... Умойся лучше.

Захватив одежду и рюкзак, уходит вниз по ручью и скрывается за базальтовыми глыбами в клубах пара.

Гарсия встает под водопад, так же как и Йолана не выпуская из рук оружия. Смыв засохшую пену, он забирается на нагромождение глыб, останавливается и подозрительно втягивает носом воздух...

171.

Вид сверху вниз. Утро.

Взору археолога открывается естественный, сильно вытянутый овальный бассейн примерно двух метров в длину. Сквозь клубы розового, подсвеченного восходящим солнцем пара видна блаженствующая в воде Йолана. Рядом с ее правой рукой лежит верный униган.

Глаза девушки полузакрыты, но, оказывается, это не мешает ей прекрасно видеть все вокруг себя.

Йолана.

Не принюхивайся. Сероводородная ванна – как раз то, что нам сейчас нужно... Ложись!

Сдвигается к краю, освробождая археологу место.

172.

В естественном бассейне. Утро.

Землянин подходит к бассейну, кладет на его край замораживатель и одежду, неловко сползает в воду стараясь не задеть Йолану. Но ванна слишком мала, чтобы два человека могли улечься в ней не соприкосаясь плечами и бедрами. Наконец археолог, бормоча под нос извинения, кое-как устраивается справа от девушки. Та молчит.

173.

Бассейн. Вид сверху. Утро.

Сквозь клубы пара видны неподвижно лежащие Йолана и Гарсия. Проходит несколько минут.

174.

В естественном бассейне. Утро.

Молчание делается тягостным. Неожиданно археолог начинает смеяться. Сначала негромко и натянуто, потом – все громче и искренней.

Йолана смотрит на него с некоторым испугом и даже делает движение чтобы отодвинуться, но места для этого в ванной нет.

Гарсия (перестав смеяться и поворачивая голову к девушке.)

Отличный анекдот вспомнил. Встречаются два горца – пастуха, и один говорит другому: “Слюшай, дарагой, у нас в горах страшный птиц появился, дельтаплан называется. Людей крадет. Я вчера одного такого встретил – пока пять раз в него не выстрелил, он человека из когтей не выпустил!”…

Йолана.

Это нервное... Ничего, скоро пройдет...

Замолкает и продолжает отчужденно молчать. Землянин поднимает руку и касается плеча девушки. Та слегка вздрагивает. Пальцы Мигеля сползают ей на грудь...

Йолана отбрасывает руку археолога, резко садится и наотмашь бьет его по лицу.

Гарсия (держась за щеку).

Ты что!!?… Cама же позвала…

Йолана (презрительно).

Если тебя, болвана, лечат, это не значит, что ты можешь позволять себе… Я тебе не какая-нибудьтолстозадая Иайна!…

Гарсия (обличающе).

Так ты ревнуешь, милочка!

Йолана.

Кто? Я?!!!

Гарсия.

Ты-ты.

Йолана молчит.

Гарсия.

Молчишь?!… Ну, молчи… Только пожалуйста, не думай, что я без ума от твоих прелестей… Просто не хотел обижать тебя отказом… Боевой товарищ, как-никак… А уж если откровенно… Мне, только бы выбраться отсюда… И больше никогда тебя не видеть!

Вскакивает и пытается вылезти из ванной. Девушка хватает его за левую руку и с неожиданной силой усаживает обратно.

Йолана.

Сядь! Мне плевать на твое отношение, но руку ты должен залечить до конца. И не вылезешь отсюда, пока я тебе не разрешу!

Только сейчас археолог вспоминает про свою сломаную правую руку. С интересом рассматривает ее, шевелит пальцами.

Гарсия (хмуро, поворачиваясь к Йолане).

Спасибо за заботу… Если бы ты еще не пинала меня на каждом шагу. Что я тебе такого сделал?… Почему ты со мной обращаешься, как с преступником каким-то?… В конце концов мы делаем одно дело…

Йолана медленно поворачивается к нему.

Йолана.

Хорошо, Мигель Гарсия, я тебе все объясню… Только не обижайся… Говоришь, я с тобой, как с преступником обращаюсь? А ты и есть преступник. Убийца ты! Ты мечту мою убил!

Гарсия.

Я?!

Йолана.

Да, ты.... Представь себе девчонку, к своему несчастью обладающую необыкновенными способностями активатора. Девчонку, которую с пеленок готовят к тому, что она всю жизнь должна посвятить служению Ордену и передать свои способности по наследству.

Вся ее расписанная по минутам жизнь подчинена этой цели. У нее почти нет времени на простое общение с родителями и подругами, только тренировки, тренировки, тренировки…

Выживание в джунглях, в пустыне, в горах, в океане, в открытом космосе... Владение всеми приемами рукопашного боя…Вождением всех видов транспортных средств, от гужжевой повозки и миниподводной лодки до межзвездного корабля… Медицина, прикладная психология и еще чертова пропасть различных дисциплин, могущих пригодиться рыцарю Ордена…

Гарсия изумленно смотрит на напарницу. Такого потока красноречия от всегда молчаливой девушки он не ожидал.

Йолана.

... А девчонке хочется совсем не этого. Пока она маленькая, ей хочется играть в куклы, а повзрослев она начинает мечтать о Любви. О такой Любви, про которую читала в тех немногих книжках, которые по чьему-то недосмотру попадали ей в руки в редкие паузы между тренировками…

Но она прекрасно знает, что такой Любви, как в книгах у нее никогда не будет. И вообще никакой любви у нее никогда не будет.

Потому, что ей предназначено родить детей от рыцаря, обладавшего самыми большими способностями активатора и умершего двести лет назад. Рыцаря, чье семя хранится в жидком азоте за семью печатями в одном из тайных замков Ордена…

Она должна принести свое счастье в жертву во имя того, чтобы через много-много поколений родился человек, способный активизировать Кристаллы до нужного для телепортации уровня.

Но девочка не может отказаться от своего счастья хотя бы в мечтах. И она мечтает о том, как с далекой, загадочной и могучей Материнской Планеты прилетит Прекрасный Принц и спасет Орден, а ее возьмет в жены…

Никому, ни подругам, ни родителям, ни Наставникам не рассказывает она о своих мечтах. И только перед сном, когда все тело болит после очередных тренировок она закрывает глаза…

Йолана замолкает и отворачивается. Глаза этого неустрашимого бойца подозрительно блестят. Гарсия молчит и через некоторое время девушка снова поворачивается к нему.

Йолана.

И вдруг появляешься ты – настоящий человек с Материнской Планеты. Сначала до нас доходят невнятные слухи, я боюсь им верить, но потом меня вызывает сам Магистр, и я узнаю что все это правда. Сбываются тайные детские мечты...

Да будь ты даже горбатым, одноглазым столетним паралитиком, я и то бы тебя полюбила. Магистр показывает мне твою фотографию, и с этой минуты судьба моя решена… Я с радостью узнаю, что зачислена в группу, которая должна тебя освободить.

Агент Ордена, имени которого никто из нас не знает, сообщает обо всем что с тобой происходит. Мы изо всех сил спешим на помощь…

А ты… Ты, который должен беречь себя для меня… Ты бросаешься на первую попавшуюся… На эту… На эту толстомясую шлюху Иайну!

Йолана отворачивается. Плечи ее вздрагивают. Обескураженный Гарсия сидит, не зная, что делать. Потом смущенно трогает девушку за плечо.

Гарсия.

Ну…Ты извини. Я же не знал… Я и не подозревал, что являюсь активатором и что должен хранить девственность для встречи с тобой…

На моей планете несколько иные представления о том, как мужчина должен вести себя до свадьбы… Да и после тоже… А уж о твоем существовании я и вообще не подозревал…

Йолана (поворачивается к землянину, глаза сверкают гневом).

На твоей планете! Планете таких же грязных негодяев, как ты! Планете, где…

Гарсия.

А, вот оно в чем дело! Материнская планета оказалась, не столь прекрасной, как ты представляла. То-то я удивляюсь – столь бурная реакция на такой пустяк.

А дело то вовсе не в «измене». «Измену» ты мне как-нибудь простила бы. А вот то, что своим появлением я разрушил прекрасную легенду, твою хрустальную мечту… Да, похоже, не только твою…

Некоторое время оба сидят молча, не глядя друг на друга.

Гарсия.

Постарайся, пожалуйста, понять… Земля, конечно, не рай. Но и не скопище «грязных негодяев». Думаю, у нас негодяев в процентном отношении не больше, чем у вас…

Один полковник Фодель чего стоит. И у меня, после всех его штучек, наверное, больше оснований встать в позу оскорбленной невинности. Но я же этого не делаю…

Да Земля оказалась вовсе не той Мудрой и Прекрасной Материнской Планетой, в лоно которой вы все стремитесь вернуться. Но и Небо, о котором грезили сотни миллионов землян, на поверку оказалось не лучше… Великое Кольцо распалось, Далекая Радуга полиняла...

В юности мы рвались смотреть «Звездные войны» и зачитывались сагами о космических пиратах. Но, вот парадокс, оказывается, в глубине души мы хотели верить в наивные сказки о вселенском мире Добра и Справедливости.

Чтобы понять это, мне понадобилось лоб в лоб столкнуться с полковником Фоделем и его милыми сотрудниками...

Понимаю, твое разочарование в тысячу раз сильнее ... Ведь для меня все эти сказочки были не более, чем игра ума. А для тебя Материнская планета – смысл и цель жизни... Но я же не виню тебя за несовершенство Вселенной. Постарайся и ты меня не винить...

Йолана (явно сожалея о своем приступе откровенности).

Ладно, что-то мы с тобой разболтались... Пора собираться...

Вылезает из ванной и, настороженно взглянув на небо, начинает одеваться.

175.

Склон на краю обрыва. Утро.

Гарсия и Йолана стоят на краю обрыва, глядя вниз на долину, на дне которой сквозь туман испарений блестит, кажущаяся с высоты тонкой, лента реки. Еще дальше можно разглядеть воды далекого моря. Сам обрыв хоть и крут, но не отвесен. По нему вполне можно спуститься, особенно в условиях половинной силы тяжести.

Оба героя полностью восстановились, их одежда выглядит, как новая. То же самое можно сказать о рюкзаке с кристаллом.

Гарсия (доставая навигатор и безуспешно пытаясь его включить).

Надо бы определиться на местности… Черт! Похоже спекся.

Йолана (забирая прибор и тоже пытаясь его включить).

Да, не выдержал удара.

Гарсия.

Видно камешек неудачно подвернулся. Вот тебе и передовая внеземная технология!

Йолана.

Никто не расчитывал на такую воздушную акробатику. А брать усиленную модель тоже не имело смысла – мы и так перегружены.

Гарсия (снова забирая навигатор).

Ладно, черт с ней с картой, лишь бы связь была... Алло, Сфайтер!...Сфайтер!…

Голос Сфайтера (через, примерно, полминуты).

Ну слышу, слышу.

Гарсия.

Я вас тоже слышу, но не вижу.

Голос Сфайтера.

И я вас не вижу.

Гарсия.

Похоже, у нас слегка повредился навигатор, и мы теперь не знаем своего местоположения. Стоим на берегу какого-то обрыва. Под нами река.

Будем спускаться по ней до моря, пересечем пролив, а там снова выйдем на связь и попросим вас дать какой-нибудь сигнал, чтобы определиться.

Голос Сфайтера.

Это как же надо грохнуться, чтобы разбить такой прочный прибор. Мои поздравления! Как вам это удалось?

Гарсия.

Мы тут немного позанимались этой... воздушной акробатикой...

Голос Сфайтера (с ехидцей).

Какой-какой акробатикой?

Гарсия.

Воздушной,… а не той, о которой вы подумали!

Сфайтер.

Понял... А насчет спуска по реке и пересечения пролива... Может безопаснее будет посидеть на месте и подождать, пока я за вами не прилечу? Мне тут с берега видно, какие симпатичные зверюшки населяют здешнее море...

Гарсия.

Боюсь, если мы будем сидеть на месте, до нас вскоре доберуться огневики. А это веселей, чем любые зверюшки.

Тут у нас неподалеку лавовое озеро, их там немерено... Так что нам лучше все время двигаться. Как говорил Карл Маркс: «Оборона – смерть вооруженного восстания».

Голос Сфайтера.

Не знаю кто такой Карл Маркс, наверно какой-то крупный специалист по вооруженным восстаниям с вашей планеты...

Гарсия.

Это точно...

Голос Сфайтера.

... Но вам виднее. Сообщите, когда надо будет дать ракету... У меня все.

Гарсия.

У меня тоже.

Выключает навигатор.

Йолана (неодобрительно).

Много болтаешь...

Подходит к обрыву, явно намереваясь начать спуск.

Гарсия.

Постой! Нам еще нужно кое-что забрать.

Девушка смотрит на него с недоумением.

176.

Склон вулкана. Утро.

Герои поднимаются к останкам летающего ящера.

Гарсия (внимательно рвзглядывая куски обугленного мяса).

Теперь я понял, почему эта птичка при ударе устроила такой замечательный фейерверк...

Водород... Его туловище было частично наполнено водородом. Этакий живой дирижабль...

А я то ломал голову, как ему удалось поднять и нести сразу двоих... Даже при половинной силе тяжести это было бы невозможно, если бы не водород...

Йолана (раздраженно).

Ты привел меня сюда чтобы поделиться этим открытием?

Гарсия.

Не только. Надо кое-что отсюда прихватить...

Подходит к концу одного из крыльев, поднимает его и расправляет...

Йолана.

Ты хочешь планировать с обрыва?… Тебе понравилось?

Гарсия.

Нет. Хватит воздушных приключений. Лавры Дедала и Икара меня не прельщают.

Надеюсь не приближаться к дельтапланам ближайшую сотню лет...

Подходит к остаткам второго крыла, внимательно их разглядывает...

Гарсия.

А вот паруса нам понадобятся,… чтобы пересечь пролив...

177.

Спуск с обрыва. Утро.

Перелезая с уступа на уступ, цеплясь за корни редких деревьев и трещины в скалах, Гарсия и Йолана постепенно спускаются все ниже и ниже.

Иногда, когда под ногами оказывается совсем уж отвесная пропасть, им, в поисках более удобного спуска, приходится долго идти по горизонтали или даже подниматься немного вверх. Иногда - повисать на вытянутых руках и совершать прыжки с довольно большой высоты. Но при половинной силе тяжести все это не составляет особого труда.

По мере спуска, растительность на скалах делается все гуще. Далеко внизу сквозь туман блестит река.

178.

Спуск с обрыва. Утро.

Карниз, по которому движутся герои становится все уже и наконец сходит на нет. Дальнейший путь обрывается. Перед ними несколько десятков метров абсолютно гладкой скалы, за которыми, чуть внизу, видно продолжение карниза. Сверху свешивается толстая лиана.

Гарсия берется за лиану, пробует ее на прочность, отступает чуть-чуть назад…

Гарсия (весело).

Ты – Джейн, я – Тарзан!…

При помощи лианы перелетает на продолжение карниза. Йолана следует его примеру. Спуск продолжается.

179.

Спуск с обрыва. Карниз. Утро.

Герои спустились уже до половины обрыва. Это видно по тому, как приблизилась река.

Неожиданно раздается грожкое жужжание, и из-за скального уступа вылетает огромная (около метра длиной) оса. Археолог еле успевает достать из-за спины оружие и заморозить насекомое в каком-то метре от своей головы. Желтое с черными полосами тело ударяется о карниз и со стеклянным звоном разбивается на мелкие кусочки. Осколки падают в пропасть.

Землянин не успевает перевести дух, как из-за выступа, с еще более грозным жужжанием, вылетают сразу две осы. Их встречает тонкий фиолетовый конус унигана Йоланы, который тут же сменяется ярко-красным лучом. Насекомые сгорают мгновенно, но из-за выступа слышится еще более грозное жужжание. Гарсия и Йолана начинают озираться в поисках укрытия.

По счастью сзади них находится достаточно широкая пещера, куда герои и устремляются. И вовремя. Налетевший рой ос в ярости кружится над их укрытием. Но через узкий проход насекомые могут протиснуться только поодиночке.

180.

В пещере.

Землянин превращает в камень первую атакующую осу и тем самым закрывает проход.

Но не надолго. Дождавшись, пока труп немного оттает, следующее насекомое разрывает останки на части и лезет вперед. Его ждет та же участь. Но уже слышно жужжание третьей осы…

Гарсия закрывает вход большим камнем, Йолана ему помогает. Становится почти совсем темно, но, зато, безопасность на какое-то время обеспечена.

Йолана.

И что дальше?

Гарсия.

Не знаю… Подождем… Не может же весь этот рой караулить нас тут вечно…

Йолана.

Весь, конечно, не может. Но нам хватит и нескольких штук…

Гарсия.

С несколькими справиться будет легче… Предлагаю подождать, потом резко выскочить, расправиться с часовыми, если они будут, и бегом вперед… Там у них наверняка гнездо. Если сожжем его, останется только справиться с теми осами, которые в момент атаки будут где-то в другом месте…

Йолана

Знаешь, сколько их может быть?…

Гарсия.

У тебя есть другой план?…

181.

На карнизе.

Осы, вьющиеся вокруг входа в пещеру, постепенно улетают прочь, оставив только нескольких сторожей.

182.

В пещере.

Гарсия.

Думаю, пора!

Начинает тихонько отодвигать закрывающий вход камень. Йолана помогает. Наконец камень застывает в неустойчивом положении. Одно движение, и он откатится в сторону.

Гарсия (беря оружие наизготовку).

По моей команде… Давай!

Девушка откатывает обломок. Со всей возможной скоростью землянин выскакивает наружу…

183.

На карнизе.

Из отверстия пещеры вылетают замороженные останки осы. Вслед за ними – археолог. Еле удержавшись, чтобы не свалиться в пропасть он открывает огонь по насекомым. Двух первых он замораживает еще на карнизе, трех других – уже в воздухе…

Не теряя времени, Гарсия бросается за выступ. Из пещеры показывается Йолана.

184.

На карнизе за уступом.

Огромное осиное гнездо нависает прямо над карнизом. Четко видно входное отверстие, из которого протискивается очередное насекомое. Еще несколько кружат в воздухе. Землянин открывает по ним беглый, но меткий огонь. Заледеневшие тела летят в пропасть. , Появившаяся из-за выступа Йолана одним выстрелом поджигает гнездо, которое вспыхивает и исчезает в вихре гудящего пламени. Несколько вьющихся поблизости ос вспыхивают тоже.

Гарсия отшатывается назад, прикрывая локтем лицо. Но уже через секунду он возобновляет отстрел уцелевших насекомых. То же делает и Йолана. Горящие тела медленно кружась опускаются в пропасть. Их обгоняют стремительно падающие, замороженные до каменного состояния трупы…

Излучатель девушки перестает работать и переключается в режим замораживателя.

Йолана.

Черт! Аккумуляторы совсем не держат!

185.

Спуск с обрыва. День.

Река уже недалеко. Отчетливо слышен шум быстро текущей воды. Растительность сделалась совсем густой. Герои уже не столько спускаются по скалам, сколько с помощью лиан перелетают с одной скальной полки на другую.

Землянин вновь и вновь повторяет свою сакраментальную фразу: «Ты - Джейн, я – Тарзан», но с каждым разом все менее весело и все более устало. Чувствуется, что герои постепенно выбиваются из сил.

Наконец археолог останавливается и прислоняется спиной к каменной громаде.

Гарсия.

У меня такое чувство, будто все происходит во сне и не со мной. Полное отупение…

Йолана.

У меня тоже… Нервное переутомление… Спустимся – отдохнем… А пока – терпи…

Продолжают спуск.

Но вот перед героями снова появляется участок абсолютно гладкой стены. Кажется последний, потому, что внизу, совсем близко, видны бурные воды реки. Археолог привычно-устало берется за очередную лиану.

Гарсия.

Ты - Джейн, я…

«Лиана» вдруг оживает и оказывается огромным питоном, который мгновенно заключает землянина в свои смертельные объятия. Тот едва успевает схватить змея за шею и удержать жуткую раскрытую пасть на расстоянии 20 сантиметров от лица. Выбитый из рук замораживатель падает вниз...

Йолана вскидывает оружие. Руки Гарсии дрожат от напряжения, но лицо продолжает сохранять отсутствующее, почти сонное выражение.

Землянин поворачивается боком, чтобы подруге было удобнее целится… Йолана стреляет. Луч замораживателя аккуратно задевает голову питона…

Археолог резко встряхивает руками, замерзшая голова отлетает от тела и с хрустальным звоном разбивется о камень. Туловище змея дергается несколько раз и затихает…

Гарсия (тоном, каким благодарят за переданную за столом соль).

Спасибо.

Йолана (тем же тоном).

Не стоит…

Несколько минут землянин освобождается от колец уже мертвого тела. Все это время Йолана стоит с замораживателем наизготовку...

Гарсия (внимательно осмотрев новую лиану и пробуя ее прочность).

Ты Джейн, я – Тарзан!

Перелетает на следующий уступ. Йолана за ним. Потом оба спускаются к воде, и землянин подбирает потерянное оружие.

Йолана.

Теперь можно немного передохнуть… А потом будем делать твой плот…

186.

На берегу реки. День.

Выбрав участок берега, возле которого течение, вроде бы, чуть потише, герои начинают строить плот.

Гарсия приближается к подходящему на его взгляд дереву и в раздумье смотрит на не очень толстый, но, видимо, прочный ствол.

Подходит Йолана и вынимает из висящих на поясе ножен продолговатый кусок металла. Археолог достает свой и начинает недоуменно вертеть в руках. Потом наносит по стволу пару неуверенных ударов. Тупой стержень оставляет на коре неглубокие вмятины.

Йолана забирает у него жезл с видом строгой мамаши, отбирающей у неразумного дитяти опасную игрушку. Закрыв глаза, проделывает пальцами какие-то странные движения...

Стержень начинает вытягиваться и изгибаться. Проходит полминуты, и в руках у девушки оказывается самый настоящий топор.

Еще несколько манипуляций, и топор превращается в пилу, затем в лопату, потом в гаечный ключ, после него - в какой-то совершенно непонятный инструмент, предназначенный для неведомой цели.

Йолана (снова возвращая стержню первоначальный вид и протягивая его землянину.)

Это трансформер. Нажимаешь вот сюда и мысленно представляешь инструмент, который тебе нужен. В памяти трансформера хранится около полутора тысяч основных форм. Он выберет наиболее близкую к задуманной тобой и примет ее.

В принципе можно создавать и собственные оригинальные формы, но для этого нужна специальная тренировка.

Землянин принимает металлический жезл и некоторое время безуспешно вертит его в руках. Наконец устройство начинает меняться, но какими-то странными судорожными толчками.

Йолана.

Концентрируйся! Представляй себе то, что больше всего хочешь получить.

После нескольких минут конвульсивных движений трансформер превращается в какой-то уродливый гибрид мачете, топора и скульптуры в стиле «ню».

Гарсия (виновато вертя в руках получившуюся конструкцию).

Ну вот... Сделать хотел грозу, а получил козу…

Йолана (брезгливо забирая из рук землянина шедевр абстрактного искусства и превращая его в настоящий мачете.)

Ты наверное хотел получить это?... Об инструменте надо думать, а не о бабах!…

Землянин берет мачете, взвешивает в руке и несколько раз рубит им воздух.

Гарсия (Подкручивая воображаемые усы).

Ох и жизнь наступит, Анка, когда всех огневиков порубаем!… Но для деревьев больше подходит все-таки топор.

Йолана делает ему топор. Землянин начинает рубит дерево…

187.

На плоту. День.

Плот несется вниз по порожистой реке. Стоя на носу, Гарсия отпихивается шестом от проносящихся в опасной близости скал. Готовая отразить любое нападение Йолана с замораживателем в руках зорко оглядывает берега и воздушное пространство, в котором кружат разнообразные летающие ящеры.

Иногда плот накрывают водяные валы, и его экипажу приходится прикладывать титанические усилия, чтобы не оказаться смытым за борт. Стоя по пояс в бурлящей пене, Гарсия и Йолана еле удерживают равновесие. Их комбинезоны приобретают цвет пены…

188.

Вид на реку сверху. День.

По бурной реке несется плот, на котором видны две крохотные человеческие фигурки. Между ними можно разглядеть крепко привязанные к палубе рюкзаки.

Время от времени плот заслоняет проносящийся между камерой и рекой силует летающего ящера.

189.

Река. День.

Поток понемногу расширяется и успокаивается. Плот выносит на относительно спокойный участок и прижимает почти вплотную к береговым утесам. Комбинезоны героев делаются коричневыми, под цвет бревен.

Археолог слегка расслабляется и даже начинает что-то мурлыкать себе под нос.

Гарсия (держа в руках шест, с замораживателем за спиной).

Все перекаты, да перекаты,

Послать бы их по адресу…

На это место ведь нету карты

Давно идем по абрису…

Йолана (продолжая внимательно оглядывать берега и воздух).

Чего?

Гарсия.

Да так. Одна песенка вспомнилась… Расслабься немного…

Но Йолана продолжает бдительно нести дозорную службу. И не зря…

Притаившийся на вершине одного из утесов ящер, не слишком большой, но очень зубастый и, вообще, выглядящий весьма кровожадно, вдруг прыгает на плот. Вернее, пытается…

Йолана вскидывает оружие и успевает заморозитьего в самом начале прыжка. Подняв фонтан ледяных брызг, шестилапая туша неуклюже плюхается рядом с плотом. Волны захлестывают жалкое плавсредство. Вода вокруг ящера мгновенно замерзает.

Некоторое время плот плывет рядом с ледяным саркофагом, внутри которого можно отчетливо разглядеть ужасную оскаленную пасть и огромные ватаращенные глаза. Гарсия толкает шестом глыбу замерзшей воды, и та начинает медленно поворачиваться, открывая взгляду все новые детали вмерзшего в него ящера. Потом течение относит плот в сторону…

Река снова сужается и убыстряет бег…

190.

На плоту. День.

Скалы по обе стороны от плота несутся все быстрее и быстрее. Грохот реки нарастает.

Гарсия (стараясь перекричать шум воды).

Жаль, навигатор спекся. Хотел бы я знать, куда нас несет.

Йолана (тоже во все горло).

Я помню карту. Скоро должно начаться тихое озеро…

Течение все убыстряется, грохот растет…

Стоящий на носу землянин вдруг бросает свой шест, выхватывает из-за спины замораживатель и начинает лихорадочно обстреливать реку прямо по курсу.

Гарсия.

Лана!!!

Йолана тоже открывает огонь. Археолог начинает морозить воду вокруг плота…

Удар! Оба героя валятся с ног…

191.

Водопад. Вид снизу. День.

Водопад состоит из трех отдельных потоков. В том месте, где они сливаются, вода кипит, как в котле. Над облаком брызг стоит гигантская радуга.

На вершине среднего, самого широкого из потоков, перегородив течение, нависая над падающей водой, между скал застряла огромная льдина.

192.

Водопад. Верхняя часть.

Теперь камера находится немного выше льдины. Видно, что в ее центр вморожен плот, на котором находятся две человеческие фигурки.

Панорама водопада. Вниз с ревом падают потоки воды. Льдина вот-вот готова рухнуть и последовать за ними.

Одна из фигур ложится и начинает подползать к краю льдины, обращенному к водопаду.

193.

На льдине.

Гарсия подползает к краю и заглядывает вниз. От вида стремительно несущейся воды может закружиться голова. Археолог опускает ствол замораживателя и открывает огонь. К нему присоединяется Йолана. Фиолетовые конусы накрывают поток.

194.

Вид на водопад. День. (Высота точки съемки плавно меняется, камера отходит-подходит, чтобы максимально полно показать грандиозное зрелище).

Внутри фиолетовых конусов из потока в раструбы замораживателей бьют разноцветные молнии. Огромные массы воды превращаются в льдины, с грохотом рушащиеся вниз. Постепенно в этом потоке льда становится все больше, а воды – все меньше. Водопад медленно, но верно превращается в ледопад, который постепенно застывает. Вода продолжает течь по двум боковым проходам. На вертикальной ледяной поверхности ослепительно сияет солнце.

195.

На вершине ледопада.

Гарсия достает свой трансформер. Йолана следует его примеру. Шум воды отдалился и сделался заметно тише. Теперь, чтобы разговаривать, не обязательно кричать во все горло.

Гарсия.

Надо рубить ступени. И побыстрее, пока это все не рухнуло.

Закрывает глаза и начинает трансформацию…

Йолана (Отбирая у него трансформер).

Момент! Ты тут такого натворишь, что льдина треснет!…

В руках у девушки возникает ледоруб.

Йолана (протягивая инструмент обратно археологу).

Держи!

Вдруг наклоняется и проводит пальцами вдоль щиколоток землянина. Тот смотрит на девушку с недоумением.

Не обращая внимания на его изумленный взгляд, Йолана повторяет движение вокруг своих щиколоток.

Выпрямляется и жестом танцовщицы кордебалета высоко поднимает правую ногу. Землянин видит, как из подошвы ее комбинезона начинают выжвигаться длинные острые шипы. Посмотрев на собственные подошвы, он видит то же самое.

Гарсия.

Вот это для мужчин, рюкзак и ледоруб!...

Подходит к краю льдины, свешивается вниз и начинает бить первую ступень.

196.

Вид на ледопад. День.

Пересекая ледопад по диагонали справа налево и сверху вниз, мучительно медленно движутся две крохотные фигурки. Их комбинезоны постепенно принимают цвет льда, и потому люди делаются все менее заметными. За спинами героев видны рюкзаки и замораживатели.

Радуга, стоящая над местом слияния теперь уже двух потоков, и яркое полуденное солнце, отражаясь в ледяной стене, производят удивительные визуальные эффекты.

197.

На ледопаде.

Балансируя на узком ледяном выступе, Гарсия наклоняеся вперед и начинает вырубать очередную ступень. По лицу землянина ручьями течет пот. Позади него, чуть выше стоит Йолана. Девушка дрожит от холода.

Сквозь толщу прозрачного льда виден падающий вниз стремительный поток.

198.

Панорама. Вид с ледопада.

Далеко внизу сливаются три потока – два водных (по бокам) и один ледовый (в центре). Пенные валы яростно атакуют подножие ледопада и отрывают от него довольно крупные куски, настоящие мини-айсберги, которые медленно кружась уплавают вниз по течению.…

199.

Панорама. Вид на реку и водо-ледопад сверху.

200.

Верхняя часть ледопада.

Волны реки атакуют лед, заполняющий пространство между скал, и постепенно размывают его. В толще льда появляются трещины. Постепенно расширяясь, они сбегают вниз.

201.

Вид на ледопад. День.

Повторение картины 194, с той лишь разницей, что фигурки людей спустились гораздо ниже. Они приближаются к началу последней трети своего пути.

202.

На ледопаде.

Гарсия продолжает рубить ступени, но в его движениях чувствуется усталость. Зато теперь двигаться гораздо легче, чем раньше. Вертикальная стена превратилась в просто очень крутой склон.

Хорошо видно, как истончился лед. Поток бежит, кажется, под самыми подошвами героев.

Гарсия наносит очередной удар. В этот момент сверху доносится треск и по льду проходит косая трещина, в которую попадает его ледоруб. Вверх бьет фонтан воды. Археолог теряет равновесие и начинает падать. Йолана пытается его удержать и тоже теряет точку опоры…

Под грохот трекающегося льда оба героя стремительно несутся вниз по склону, перелетая через возникающие на их пути трещины. Сверху вслед за ними летят ледяные глыбы…

203.

Вид на ледопад. День.

Внизу ледопада видны беспорядочно скользящие вниз фигурки людей. Трещин, во всех направлениях пересекающих стену, с каждым мгновением становится все больше.

То тут, то там наверх прорываются потоки воды, несущие с собой куски льда. Ужасный треск и грохот заглущает шум двух соседних каскадов. Ледопад стремительно превращается в водопад. Среди мешанины воды и льда мелькают обломки плота.

204.

Река под водопадом. День.

Гарсия с Йоланой проскальзывают на пологую, еще не разрушившуюся часть ледопада и, как с трамплина, вылетают с нее в реку. Быстрое течение подхватывает героев и относит от того места, куда секунду спустя начинают валиться глыбы льда. Поднятые ими водяные валы накрывают людей с головой…

205.

Вид снизу на водопад.

Вода свободно несется по всем трем проходам. Небольшие ледяные наросты на скалах – вот все, что осталось от ледопада.

206.

Излучина реки ниже по течению.

По бурным волнам покачиваясь плывут миниайсберги.

Гарсия и Йолана борятся с течением. Наконец им удается подплыть к берегу. Продрогшие герои выбираются на скалы, снимают рюкзаки, униганы, сбрасывают и расстилают промокшие комбинезоны. Археолог оборачивается и смотрит на остатки ледопада.

Гарсия.

Ни фига себе, переход Суворова через Альпы!...

Герои садятся, прижимаясь спинами к нагретым солнцем скалам. Сотрясающая их дрожь постепенно проходит.

Гарсия.

Ну, Красная Шапочка, доставай свои пирожки. Нам не мешает подкрепиться.

Йолана лезет в рюкзак и достает очередные две порции питательных таблеток. Герои молча глотают.

Несколько минут проходит в молчании.

Девушка с нездоровым интересом и легким ужасом искоса поглядывает на землянина. Так могла бы смотреть на Казанову или дона Жуана благовоспитанная барышня девятнадцатого века. Археолог слишком измучен, чтобы обращать на это внимание.

Йолана (наконец, собравшись с духом).

Мигель… Вот ты все время называешь меня разными именами… Сейчас – Красной Шапочкой. Когда делали плот – Анкой. На скале – Джейн. До этого – Афродитой. После того, как мы выбрались из вулкана – Евой…

Гарсия (вполголоса).

Какая память!...

Йолана.

… Внутри вулкана – Алисой, а перед спуском в него – Вергилием. До этого – миссис Хадсон… Ты тоскуешь по этим женщинам?… Это имена сексуальных партнерш, оставленных тобою на Материнской Планете?…

Гарсия (сдерживая улыбку).

Ну,… всех партнерш так сразу не вспомнишь…

При этих словах лицо Йоланы передергивается.

Гарсия (задумчиво).

Возможно, среди них попадались Алисы, Евы и Анки. Почти наверняка – одна-две Джейн. Насчет Красной Шапочки, Афродиты и миссис Хадсон сильно сомневаюсь… Но то, что среди них не было Вергилия, я могу гарантировать твердо…

Йолана морщит лоб, пытаясь переварить услышанное. Не в силах справиться с непосильной задачей, решает переменить тему разговора.

Йолана.

Ты прав, память у меня замечательная.

Гарсия (передразнивая).

Ага: «Я помню карту. Скоро должно начаться тихое озеро…»

Йолана.

Но там действительно было показано озеро, а не водопад…

Гарсия.

Да не обижайся… Сколько лет этой карте? А на такой сейсмически активной планете рельеф может поменяться за неделю…

207.

На берегу. День.

Одевшись, герои начинают строить плот.

Землянин подходит к одному из деревьев и ударяет кулаком по стволу.

Гарсия.

Жаль, наши трансформеры утонули.

Йолана.

Ничего, как-нибудь обойдемся.

Девушка наводит замораживатель на самое основание стоящего чуть в стороне дерева и жмет на спуск. Гарсия подходит к покрытому инеем стволу и, стараясь не обжечься о замороженную до нескольких градусов Кельвина нижнюю часть, налегает плечом. Со звоном основание ствола рассыпается, и он падает на землю.

Так повторяется несколько раз. …

Археолог катит бревна к воде, а девушка заготавливает лианы. Деревья в низовьях реки заметно толще, чем в верховьях, поэтому управляться с ними тяжелее…

Забравшись по колено в холодную воду, Гарсия связывает стволы лианами. Видно, что новый плот размерами будет значительно превосходить старый…

208.

Река недалеко от устья. Вторая половина дня.

Ленивое течение медленно несет плот мимо низких, покрытых чем-то вроде мангровых зарослей берегов.

Стоя на носу с шестом в руках и замораживателем за спиной, Гарсия время от времени отталкивает проплывающие мимо ветви. Йолана несет дозорную службу, бдительно оглядывая воздух и поверхность реки.

В воде видны спины рептилий, напоминающих огромных шестилапых крокодилов. Несколько десятков этих тварей, широко раскрыв зубатые пасти, загорают на прибрежной отмели. Над ними кружатся мелкие летающие ящеры – чистильщики. Время от времени какой-нибудь чистильщик бесстрашно садится между огромных зубов и начинает выковыривать остатки пищи.

На мангровых деревьях растут гигантские цветы, над которыми вьются разнообразные, ярко раскрашенные насекомые. Высоко в небе видны крупные и средние летающие ящеры…

Гарсия.

Надо бы пресной воды набрать, пока можно.

Йолана (не прекращая наблюдения, поворачиваясь к архелолгу спиной).

В рюкзаке пакеты.

Гарсия достает несколько пакетов, напоминающих по виду обычные полиэтиленовые, но закрывающиеся на молнии и начинает наполнять их водой. Рядом проплывает бревно и он отталкивает его рукой. Наполнив емкости и закрепив их на палубе рядом с рюкзаками, археолог снова берет в руки шест.

Река становится шире. Прямо по курсу слышен шум морских волн…

Гарсия отпихивает очередное бревно, но оно, вместо того, чтобы спокойно отплыть в сторону вдруг бросается прямо на землянина...

Перекусив пополам шест, огромный шестилапый крокодил взбирается на носовую часть плота, отчего все сооружение опасно накреняется. Археолог падает и еле удерживается, чтобы не свалиться в пасть чудовища.

Йолана вскидывает замораживатель. Фиолетовый конус накрывает голову и переднюю часть туловища крокодила, превращая в лед его и окружающую воду. Хвост рептилии судорожно бьет по поверхности. Вверх летят фонтаны брызг. Плот с намертво примороженным к нему монстром начинает вращаться…

Йолана теряет равновесие, падает и роняет униган, который катится к воде. В последний момент землянин подхватывает его и замораживает хвост крокодила…

209.

Вид на реку сверху.

Между двух поросших манграми берегов плывет накренившийся плот, к носу которого приморожена продолговатая льдина. Внутри льдины угадывается силует замерзшей рептилии. Несколько ее собратьев, поднимая довольно сильные волны, спешат к плоту с разных сторон.

210.

На реке.

Стоя спиной к спине с замораживателями в руках, герои с тревогой всматриваются в волнующуюся поверхность реки, из которой то тут то там выглядывают зубастые головы.

Йолана.

Не нравятся мне эти твари…

Гарсия.

Не нравятся – не ешь…

Археолог целится в одного, слишком приблизившегося, крокодила и жмет на спуск. На том месте, где только что плавала голова чудовища возникает небольшая льдина. Тело рептили бьется в конвульсиях. Вода вокруг него вскипает. Остальные крокодилы устремляются к раненому собрату.

211.

Под водой.

Камера смотрит снизу на поверхность реки, где в предсмертной агонии бьется чудовище. Со всех сторон к нему устремляются другие крокодилы и начинают рвать на части. Вода окрашивается кровью…

212.

На плоту.

Герои смотрят назад на бурлящую воду.

Гарсия.

Не думал, что они так любят мороженное… Надо им добавить еще…

Осторожно балансируя на накренившемся плоту, подходит к примерзшей льдине и несколько раз ударяет по ней ногой. Успевший подтаять лед трескается, и замороженная туша крокодила отделяется от плота, который тут же выпрямляется…

213.

В устье реки. Вторая половина дня.

Берега отходят все дальше. Перед героями открывается морской простор. Землянин кладет свой замораживатель и поднимает припасенную заранее мачту.

Гарсия (втыкая мачту в щель между бревен).

Ну что же, пора поднимать паруса…

Достает из рюкзака куски крыльев летаюшего ящера и привязывает их по обе стороны импровизированной мачты. Ветер начинает относить плот вдоль берега в сторону от устья.

Йолана (указывая на виднеющуюся совсем в другой стороне полоску суши)

Остров там…

Гарсия.

Знаю. Но что делать. Наша колымага не может идти круто к ветру, это же не яхта… Надеюсь, за тем мысом ветер переменится, и мы сможем пересечь пролив…

214.

В море.

Плот продолжает идти вдоль берега, на который накатываются волны прибоя. Гарсия колдует с парусами, пытаясь уйти в открытое море, но без особого успеха. Его замораживатель лежит на палубе. Плот огибает скалистый мыс…

Вдруг сильный удар сбивает людей с ног. Плот становится дыбом. Оба героя и замораживатель археолога летят в волны. Из-под бревен поднимается огромная, похожая на холм спина ящера. Плот соскальзывает по ней в воду. Вслед за спиной на поверхности появляется длинная шея, увенчанная головой с массивным клювом.

Если бы не этот клюв и не шесть ног, можно было бы сказать, что ящер – точная копия земного брахиозавра.

Герои забираются на плот. Йолана вскидывает замораживатель, но Гарсия пригибает ствол книзу.

Гарсия.

Нет!… Лучше убери парус!

Йолана нехотя опускает оружие и подходит к мачте. Гарсия бросается в воду за своим оружием.

215.

Под водой. Коралловая отмель.

Археолог опускается на дно, усеянное разнообразными кораллами самых причудливых форм - живыми и мертвыми, ставшими жертвами брахиозавров. Сквозь прозрачную воду видна огромная туша, медленно передвигающаяся на трех парах толстых лап. Еще дальше через голубоватую мглу угадывается силует другого ящера. Тут и там вьются стайки ярко окрашенных рыб.

Но землянину некогда разглядывать эти красоты, он должен найти замораживатель. Гарсия обследует дно пока у него не кончается воздух.

216.

На поверхности.

Вынырнув, землянин видит покачивающийся невдалеке плот со спущенным парусом, тревожно глядящую Йолану с замораживателем наизготовку и, совсем рядом, тушу брахиозавра.

Прямо над ним раскачивается кажущаяся маленькой голова ящера, тупо глядящего на окружающих с высоты двух десятков метров.

На заднем плане видны торчащие из воды шеи и головы еще нескольких рептилий.

Гарсия.

Не стреляй!

Набрав воздуха, снова уходит в глубину.

217.

Под водой.

Гарсия опускается совсем рядом с тушей брахиозавра. Под раскидистым коралловым кустом он видит свой замораживатель и плывет к нему. Сверху к тому же кусту устремляется голова ящера. Вблизи, да еще под водой она вовсе не кажется маленькой.

Брахиозавр открывает клюв и начинает крошить и перемалывать кораллы, подбираясь к кусту под которым лежит униган. Из пасти чудовища тонкой струйкой течет мелкий коралловый песок…

Гарсия ускоряет движение, выхватает свое оружие из под самого клюва чудовища и устремляется наверх. Рептилия провожает его тупым взглядом.

218.

На поверхности.

Землянин выныривает возле опущенной в воду шеи чудовища, изо всех сил плывет к плоту и мгновенно взлетает на него.

Гарсия.

Поднять паруса!

Йолану не надо долго упрашивать. Свежий ветер ударяет в расправленные крылья птерозавра и начинает медленно уносить плот в открытое море.

Только сейчас герои замечают еще нескольких брахиозавров, пасущихся поблизости. Постепенно все ящеры остаются позади.

Йолана.

Почему ты не дал мне его пристрелить?!

Гарсия.

Чтобы он взбаламутил всю воду? Как бы я тогда нашел замораживатель… Да и вообще, эта зверюга мирная, жалко убивать…

219.

Пролив, примерно посередине между материком и островом. Ранний вечер.

Подгоняемый ветром плот неспешно пересекает пролив. Сидя на бревнах в тени паруса, Гарсия и Йолана смотрят на мелькающие в волнах то тут, то там треугольные плавники.

Гарсия.

Похоже они сужают круги,… собаки!… Интересно, это акулы или ихтиозавры?

Йолана.

Скоро узнаешь!

Треугольный плавник проносится совсем рядом с плотом. Огромный хвост, подняв тучу брызг, ударяет по воде, и длинное торпедообразное тело уходит в глубину.

Гарсия.

Похоже, все же ихтиозавр!… Вернее его вивандийский аналог.

Йолана (сквозь зубы).

Я счастлива!

Встает и берет наизготовку замораживатель. Землянин следует ее примеру.

Еще несколько ихтозавров проносятся совсем рядом . Один из них описывает у поверхности широкий полукруг, разгоняется, несется прямо на плот, резко погружается и, вдруг, возле самого борта взлетает высоко в воздух.

Йолана вскидывает униган и накрывает фиолетовым конусом проносящееся высоко над бревнами тело. В следующее мгновение, подняв фонтан брызг, замороженная туша камнем падает в воду по другую сторону плота.

Гарсия.

Браво! Рыбалка влет – это что-то новенькое!

Йолана (опять сквозь зубы).

Ихтиозавр – не рыба.

Гарсия.

Ну ты и зануда!

Вокруг плавающей в волнах туши крутятся треугольные плавники.

220.

Под водой.

Ихтиозавры рвут на части труп своего неудачливого собрата.

221.

На плоту.

Герои смотрят на кипящее за кормой море.

Гарсия.

Надеюсь, это их задержит.

Йолана.

Жди…

Плот сотрясается от удара. Рыбоящер запрыгивает чуть ли ни на его середину.

Герои отскакивают к противоположному борту и почти одновременно открывают огонь. Ящер застывает навеки, накренив своей тяжестью плот. Его свисающий в воду хвост тут же становится приманкой для других рептилий. Вода закипает от ударов десятков тел.

Треугольные плавники режут волны в опасной близости от ног людей. Бревена ходят ходуном.

Гарсия вскидывает оружие и начинает замораживать воду по всему периметру плота. К нему присоединяется Йолана.

222.

Вид на плот снизу.

По поверхности моря плывет льдина с вмороженными в нее плотом (в центре) и несколькими ящерами (ближе к краям). Торчащие изо льда части тел ихтиозавров еще шевелятся. К ним устремляются уцелевшие рептилии. Начинается жуткое пиршество…

223.

Вид сверху. Ранний вечер.

По сверкающей в лучах заходящего солнца поверхности моря медленно вращаясь плывет льдина с вмороженными в нее плотом. Возле ее краев вода кипит под ударами хвостов уцелевших ихтиозавров. Розовая солнечная дорожка проходит через середину льдины, заставляя ее сверкать нестерпимым блеском…

224.

На плоту.

Герои стоят прижавшись спинами к мачте и дрожат от холода.

Гарсия (глядя на безумную оргию ихтиозавров).

Все это хорошо, но мы потеряли и без того небольшую скорость. Как бы не застрять тут до темноты.

Йолана только пожимает плечами.

Неожиданно море вокруг льдины успокаивается. Ихтиозавров, как ветром сдуло.

Йолана.

Ушли?

Гарсия.

Это и страшно... Что могло их так напугать?

Йолана (с надеждой).

Может быть просто насытились?

Гарсия (показывая на постепенно оттаивающие останки ихтиозавров).

Нет. Вон еще сколько всего осталось.

Йолана (перехватывая поудобнее замораживатель).

Тогда…?

Гарсия.

Да… Наши старые добрые друзья… Черт, только подводного извержения нам не хватало!

Оба тревожно озираются по сторонам, вглядываясь в пугающе спокойную поверхность моря…

Сильный удар сбивает героев с ног. Раздается громкий треск и через льдину, от края до самого плота проходит трещина.

Гарсия (лежа на бревнах, радостно).

Слава Богу!

Йолана (тоже лежа).

Что?…

Гарсия (поднимаясь).

Это не извержение!…

Йолана (поднявшись).

А что?…

Второй удар сбивает героев с ног. С другой стороны плота появляется новая трещина. Но падая, Йолана успевает выстрелить в неведомого ящера, мелькнувшего между двух расходящихся ледяных кромок. Молодая трещина тут же замерзает…

Гарсия.

Попала?

Йолана.

Не знаю…

Новый, еще более сильный удар! Плот ходит ходуном.

Гарсия.

Скорее всего – нет… Отсюда его не достать!…

Прежде, чем девушка успевает что-то ответить, землянин с замораживателем наперевес прыгает за борт. Как раз в тот момент, когда на льдину обрушивается очередной удар.

225.

Под водой.

Огромный ящер, похожий на мозозавра, но с тремя парами плавников, появляется из глубины и, разогнавшись, ударяется о нижнюю поверхность покрытой трещинами льдины (отчего трещин становится еще больше). В ту же секунду в воду падает Гарсия. Археолог озирается, пытаясь отыскать противника, но ящер уже скрывается в глубине.

226.

На поверхности.

Землянин поднимает из воды голову и видит, что стоящая на плоту Йолана готовится прыгнуть вслед за ним.

Гарсия.

Нет! Охраняй кристалл!

Набрав полные легкие воздуха, ныряет.

227.

Под водой.

Археолог погружается, медленно поворачиваясь вокруг своей оси, чтобы не оставить без внимания ни одно из возможных направлений появления чудовища. Но он не видит ничего кроме зловещей тьмы внизу.

Мозозавр появляется неожиданно, когда Гарсия готов уже начать всплывать. Тьма внизу сгущается, и землянин вдруг видит прямо под собой ужасную, широко раскрытую, стремительно надвигающуюся пасть. Он едва успевает направить на нее оружие и нажать на спуск…

Вода между пастью и раструбом замораживателя мгновенно превращается в лед…

228.

На поверхности. (замедленно).

Словно ракета, стартующая с подводной лодки, мозозавр пробивает водную поверхность и взлетает вверх. Его голова и передняя половина тела заморожены, зато задняя половина и хвост содрогаются в агонии. Из широко разинутой пасти торчит трехметровый конус льда, к которому намертво приморожен замораживатель, в приклад которого судорожно вцепился Гарсия. Вся эта многофигурная композиция медленно поднимается в воздух, а потом, подняв фонтан брызг плюхается обратно…

229.

На поверхности. Нормальный темп.

Незамороженная половина ящера яростно вспенивает хвостом воду. Гарсия еле удерживает в руках приклад унигана.

Йолана стреляет с плота, и незамороженная половина мозозавра превращается в замороженную.

Землянин пытается оторвать ствол оружия от ледяного конуса, торчащего из пасти мертвого чуда-юда. В конце концов это ему удается.

Археолог плывет к плоту. И вовремя. Среди волн появляются треугольные плавники ихтиозавров.

Йоана помогает товарищу забраться на льдину.

Гарсия (стуча зубами от холода, глядя на ихтиозавров, кружащих вокруг трупа мозозавра.)

Поразительное чутье у этих тварей. Знают, когда надо исчезнуть и когда надо появиться!

Йолана (глядя на замораживатель землянина).

Между прочим, твоя пушка, перешла в режим излучения.

Гарсия.

Отлично!

Вскидывает униган и начинает аккуратно растапливать лед вокруг плота. Потом переводит огонь на ихтиозавров, уже приступивших к трапезе. Вверх поднимаются тучи пара…

230.

Под водой.

Ихтиозавры отрывают куски от замороженного тела мозозавра. Рядом с ним они выглядят, как пескари рядом с матерой щукой.

Сверху сквозь поверхность ударяет ослепительный луч. Вода закипает. Рыбоящеры в ужасе мечутся в разные стороны, пытаясь найти спасение.

231.

На поверхности.

Гарсия опускает излучатель. Столб пара над поверхностью воды исчезает. Вокруг трупа мозозавра плавают вареные ихтиозавры.

Гарсия.

Надеюсь, это их задержит. Кто не хочет мороженого, сможет полакомиться ухой!

Йолана.

Я же говорю: ихтиозавры – не рыбы…

Гарсия.

А я говорю: ты – зануда…

232.

У берега острова. Поздний вечер.

Низкое, уже коснувшееся горизонта солнце оставляет на воде багровую дорожку, по которой, подгоняемый прибоем, к берегу приближается плот. Очередная волна подхватывает плавсредство и выносит на берег. Гарсия и Йолана сбегают на галечный пляж.

233.

Галечный пляж. Поздний вечер.

Гарсия и Йолана идут вдоль берега моря, время от времени насторожено оглядывая пространство у себя над головой. В небе все спокойно. Над нешироким (метров пятьдесят) пляжем нависают высокие отвесные скалы. Солнце садится в море. Герои приближаются к небольшому мысу, закрывающему обзор.

Йолана.

По-моему, вскоре после этого мыса…

Гарсия (доставая из рюкзака навигатор).

Да, я знаю у тебя отличная память… Но все же не мешает удостовериться… Алло, Сфайтер! Ответьте!

Некоторое время навигатор молчит. Наконец раздается недовольное ворчание.

Голос Сфайтера.

Ну что там у вас?!… Если будете отвлекать меня каждую минуту, я не закончу ремонт до полной и окончательной победы изначального человечества над панцирниками.

Гарсия.

Мы уже на острове… Дайте-ка ракету!

Голос Сфайтера.

Поздравляю!

Проходит полминуты. Над высоким обрывистым берегом, из-за мыса в темнеющее небо взлетает яркая осветительная ракета.

Гарсия.

Отлично, мы совсем рядом. Будем у вас через час-полтора.

Голос Сфайтера.

Можете не торопиться. Я закончу раньше.

Гарсия.

Но мы, все-таки, пойдем. Конец связи.

Голос Сфайтера.

Конец связи.

Герои обходят мыс и застывают на месте…

234.

Вид вдоль берега. Вечер.

Все пространство пляжа от воды до скал заполнено греющимися в лучах вечернего солнца длинношеими ящерами, пхожими на плезиозавров, только с тремя парами ласт. В воде на разном расстоянии от берега видны шеи и головы таких же рептилий. Время от времени какая-нибудь голова скрывается под водой и через некторое время появляется, держа в зубах рыбу.

235.

Галечный пляж. Вечер.

Йолана вскидывает к плечу замораживатель, но землянин резким движением пригибает его ствол вниз.

Гарсия.

Тебе бы только пострелять!… Что за дурацкая манера сначала палить, а потом разбираться!

Выходит вперед. Начинает подпрыгивать, свистеть и хлопать в ладоши. Головы на длинных шеях медленно поворачиваются в его сторону.

Ободренный зрительским вниманием, археолог берет кусок гальки и запускает им в ближайшего плезиозавра. Тот огрызается и даже делает несколько демонстративных бросков.

Но на суше ящер почти беспомощен, и Гарсия этим пользуется. Новые куски гальки летят в несчастное животное. Плезиозавру это надоедает и он ищет спасения в море.

С криком: «А ну давай, пошел!», землянин усиливает напор. Один из соседей обиженного ящера следует его (ящера) примеру. Потом еще один, и еще…

Среди плезиозавров начинается паника. Неуклюже переваливаясь, они устремляются в воду. Через минуту пляж пустеет. В волнах видны удаляющиеся длинные шеи и маленькие змеиные головки.

Гарсия (жестом фокусника показывая на пляж )

Вуаля, мадам! Проход свободен!… Несси не простила бы мне, если бы я позволил заморозить столько ее родственников!

Поворачивается и идет вперед. Йолана глядит в море и вдруг заливается громким хохотом. Гарсия смотрит по направлению ее взгляда.

236.

Вид на море. Закат.

Солнце светит почти прямо в камеру, оставляя на воде багровую дорожку, по которой к берегу в панике, выпрыгивая из воды и снова ныряя, плывут плезиозавры. В торопливости, с которой рептилии сменили направление движения есть действительно что-то комичное.

Голос Йоланы.

Ой, великий укротитель ящеров, уморил!… «Вуаля, мадам! Проход свободен!»

237.

Галечный пляж. Закат.

Землянин смотрит на Йолану.

Гарсия.

Это не смешно!

Хватает девушку за руку и тащит прочь от воды. Но Йолана и сама уже все понимает…

Первый подземный толчок настигает героев, когда они уже подбегают к скалам. Сбитые с ног, они поднимаются и начинают карабкаться наверх. Сзади раздается грохот взрыва.

238.

Вид на море. Закат.

Вода отступает, обнажая дно и унося с собой бешенно сопротивляющихся плезиозавров. Где-то у самого горизонта вверх ударяет струя пара. Томительно тянуться секунды…

Волна небольшого цунами устремляется к берегу. Достигнув мелководья, водяной горб начинает расти в высоту, загибаться, на его вершине появляется пенный гребень.

239.

На скале. Закат.

Йолана и Гарсия в бешеном темпе лезут вверх по скале. Но до вершины еще далеко. Герои достигают небольшой горизонтальной полочки. Сзади слышен рокот набегающей волны.

Гарсия (поворачиваясь и снимая с плеча оружие).

Нам не уйти! Стреляй!.. Форсированная мощность!!!

Оба рвут предохранители униганов и открывают огонь.

Гарсия (кричит).

Ты левую, я – правую!

Поворачивает ствол унигана вправо, Йолана – влево.

240.

Вид на море. Закат.

Пенящаяся волна крутит и несет на берег плезиозавров. Конусы необыкновенно интенсивного фиолетового света ударяют в воду, мгновенно превращая ее в лед. Потом конусы расходятся в разные стороны и начинают замораживать воду, прорывающуюся между застывшей волной и скалами.

Лучи закатного солнца, сверкая и преломляясь, проходят сквозь толщу новорожденного айсберга, создавая восхитительные световые эффекты. Замороженные шеи и головы плезиозавров торчат изо льда, как исполинские змеи.

241.

Море. Вид сверху. Закат.

В том месте, где лава выходит на поверхность, море кипит и пузырится, в небо бьет струя пара. Волна цунами устремляется к берегу, но, наткнувшись на фиолетовые конусы замораживателей, мгновенно застывает. Конусы перемещаются вдоль берега вправо и влево, замораживая воду, рвущуюся вдоль пляжа.

Теперь основание скал охватывает нечто вроде ледяной подковы, временно защищающей их от ударов новых волн.

Из кипящей воды вылетают огневики и устремляются в сторону берега, но не долетев до него, падают в воду, поднимая вверх столбы пара.

242.

На скале. Закат.

Пользуясь передышкой, Гарсия и Йолана закидывают за спины униганы и устремляются вверх. Скала начинает дрожать. Вниз сыпятся отдельные камни. Раздается глухой гул нового подземного удара.

243.

Айсберг. Закат.

Айсберг сотрясается от подземных толчков. Внутри него разгорается ярко-красный свет, причудливо преломляющийся в ледяных гранях. Поверхность горы дрожит, покрывается сетью трещин, несколько мгновений масса льда еще сопротивляется страшному внутреннему давлению, но в конце концов не выдерживает.

Грохот взрыва оглушителен. Вверх и в стороны летят обломки льда, смешанные с паром и кусками раскаленной лавы.

244.

Взрыв айсберга. Вид со скалы сверху.

То же, что и в предыдущей сцене, но снято сверху. Глыбы льда самых разных размеров летят на камеру.

245.

На скале

Уцелевшие глыбы ударяют в скалу и разбиваются на сотни осколков, обдавая ледяной крошкой людей, продолжающих поспешно лезть вверх.Уже виден верхний край обрыва. Наступает мгновенное затишье.

Неожиданно приклады замораживателей начинают вибрировать и пульсировать тревожным красным светом, раздаются бьющие по нервам звуки сирены. Гарсия и Йолана срывают из-за плеч оружие и швыряют его вниз, откуда раздается грохот нового вулканического взрыва. Скала опять начинает дрожать, вниз сыпятся камни.

246.

Вид со скалы вниз.

Кипящее море заливает пляж. Из того места, где стоял айсберг вверх бьет фонтан огня и пара. Грохот, треск, шипение. Вверх летят вулканические бомбы и огневики. Навстречу им падают сорвавшиеся со скалы камни и два пыдающих невыносимым светом излучателя.

247.

Кромка обрыва. Закат.

Гарсия и Йолана переваливают через кромку и кубарем катятся прочь от края. Перед ними лежит довольно ровное плато. Сзади слышно оглушительное шипение и грохот.

В следующий миг над краем обрыва взлетает столб раскаленного пара, куски породы и несколько огневиков. Одному из них удается зацепиться щупальцами за край скалы. Он подтягивается вверх и ползет к людям, сжигая вокруг себя траву. Гарсия и Йолана вскакивают на ноги и бросаются прочь. Под ногами дрожит земля. Край обрыва вместе с огневиком откалывается и рушится вниз…

248.

Под обрывом. Сумерки.

Из жерла вновь образовавшегося вулкана льется лава. Вверх летят вулканические бомбы и огневики. Лежащие на краю кратера униганы затмевают своим сиянием и лаву и огневиков. Неожиданно амплитуда их пулсаций увеличивается…

Ослепительная вспышка, грохот взрыва…

249.

На плато. Сумерки.

Гарсия на бегу достает навигатор.

Гарсия.

Сфайтер!…Алло, Сфайтер!

Ответа нет.

Гарсия.

Сфайтер, мы потеряли оружие! Нас преследуют огневики!..

Пространство за спинами героев озаряется ослепительной вспышкой. Взрывная волна, даже многократно ослабленная краем скалы, бросает их вперед, катит по земле. Грохочет гром. Из-за обрыва поднимается багровое грибовидное облако.

Несколько мгновений люди лежат оглушенные, потом вскакивают и бегут дальше от края обрыва.

Новый удар и грохот. По сравнению с громом от взрыва униганов он кажется шумом детской хлопушки. Впереди разверзается широкая огненная трещина и оттуда вылетает рой огневиков. Герои меняют направление и бегут вдоль берега. За их спинами падают огневики...

Гарсия (в навигатор).

Огневики лезут отовсюду! Уводим их от корабля… Как только сможешь, взлетай и подбери нас! На связь не выходи. Ставлю непрерывную передачу. Запеленгуешь… Торопись!…

250.

Внутри корабля. Машинное отделение.

Непонятное переплетение каких-то труб, кабелей. Сфайтер ловко ввинчивает в гнезда странного вида детали. Оглядев напоследок свою работу, направляется к выходу

251.

Рубка. Ночь.

Сфайтер входит и устраивается напротив пульта управления. Начинает неторопливо переключать какие-то тумблеры. Стрелки приборов приходят в движение. Рубка наполняется приглушенным гудением. Сфайтер нажимает очередную кнопку, и в кабину врывается треск, грохот и взволнованный человеческий голос.

Голос Гарсии

… их от корабля… Как только сможешь, взлетай и подбери нас! На связь не выходи. Ставлю непрерывную передачу. Запеленгуешь... Торопись!… Сфайтер, мы потеряли оружие! Нас преследуют огневики!

Грохот чудовищного взрыва. Непонятный треск, шумы…

Снова Голос Гарсии

Огневики лезут отовсюду!. Уводим их от корабля… Как только сможешь, взлетай и подбери нас! На связь не выходи. Ставлю передачу… Запеленгуешь... Торопись!…

Сфайтер начинает лихорадочно переключать тумблеры. Гудение усиливается. Стрелки приборов мечутся, как сумасшедшие.

Голос Гарсии

Сфайтер, мы потеряли оружие! Нас преследуют огневики!

Снова грохот взрыва, треск, шумы…

Стены корабля делаются прозрачными. Снаружи уже наступила ночь. Теперь кажется, что Сфайтер и приборы в рубке висят в темноте на высоте трех метров от земли. Наверху раскинулось небо с миллиардами ярчайших звезд.

Паук двигает какую-то ручку, темная поверхность под его ногами проваливается вниз.

Все время слышен голос Гарсии, без конца повторяющий одно и то же сообщение, прерываемое на середине грохотом взрыва.

Где-то сбоку угадывается сверкающее в звездном свете море. Впереди появляются какие-то огни, несутся навстречу. Становится ясно, что это жерла вновь возникших минивулканов. Видны потоки лавы.

Стрелка пеленгатора дрожит прямо перед Сфайтером, он ведет корабль, ориентируясь на ее показания. Голос Гарсии становится все громче, заполняет собой рубку.

252.

На плато. Ночь.

Герои бегут из последних сил. Прямо перед ними в небо ударяет очередной фонтан огня, вверх взлетает рой красных точек. Огневики приближаются. Они пикируют прямо на людей. Но сзади уже видны огни подлетающего космического корабля.

253.

В рубке управления. Снаружи – ночь.

Внизу показываются две, освещенные светом лавы бегущие фигурки. Раскалывается земля, и из ее недр в сопровождении фонтана огня вылетают несколько огневиков и начинают планировать на людей, закрывая их собой. Сфайтер резко бросает корабль вниз.

Звездообразные, раскрывшиеся огневики несутся навстречу и исчезают по бокам сверху и снизу – корабль обгоняет их. Человеческие фигуры совсем рядом. Видны запрокинутые к небу лица.

Нижняя часть рубки подергивается рябью и втягивает в себя героев. В следующее мгновение они уже лежат на полу, рядом со Сфайтером.

Корабль резко взмывает и вздрагивает от нескольких слитных ударов. По верхней полусфере рубки сползают тяжелые капли расплавленной магмы – все что осталось от попавших на нее кремнеорганических существ. Земля и летящие над ней, еще не успевшие упасть, огневики стремительно проваливаются вниз.

Гарсия (бессильно полулежа на полу).

Вы успели вовремя…

Йолана (садясь).

Спасибо, Сфайтер. Ты действительно лучший пилот всего скопления!

Корабль летит на запад, догоняя зашедшее солнце. Внизу проносятся жерла многочисленных минивулканов, плато, исчерченное потоками лавы. Мелькают воды пролива с отражающимися в них бесчисленными звездами, сверкающая серебром река, по которой плыли герои, огненный кратер вулкана, над которым их нес ящер, черные зловещие джунгли и , наконец, непрерывно извергающий лаву вулкан с простым и скромным названием «Настоящий Ад».

Все это проносится внизу и остается позади. Герои провожают памятные места задумчивыми взглядами.

Впереди разгорается заря. Звездолет достигает границ атмосферы. Навстречу ему из-за закругленного горизонта бьют солнечные лучи.

Гарсия (садясь и с интересом разглядывая свой разорванный комбинезон.)

А чего это он не восстанавливается?

Йолана (закрывая глаза).

Теперь уже не восстановится. У каждого материала есть свой предел прочности.

За прозрачными стенами рубки – открытый космос, усеянный многочисленными звездами скопления. Виванда, разделенная на две половинки линией терминатора, стремительно уходит назад.

Гарсия.

Да, предел прочности… Я уж думал, мы не выберемся… Ну ладно. Главное, мы ЕГО достали. Самое трудное – позади…

Вынимает из рюкзака Кристалл, который в руках землянина вспыхивает и начинает переливаться всеми цветами радуги.

Сфайтер.

Должен вас огорчить. Самое трудное только начинается. Час назад я получил сообщение: объединенный флот коалиции собирается взорвать Альгаут!

КОНЕЦ ВТОРОЙ ЧАСТИ.

КОНЕЦ

Черныш Всеволод

.

copyright 1999-2002 by «ЕЖЕ» || CAM, homer, shilov || hosted by PHPClub.ru

 
teneta :: голосование
Как вы оцениваете эту работу? Не скажу
1 2-неуд. 3-уд. 4-хор. 5-отл. 6 7
Знали ли вы раньше этого автора? Не скажу
Нет Помню имя Читал(а) Читал(а), нравилось
|| Посмотреть результат, не голосуя
teneta :: обсуждение




Отклик Пародия Рецензия
|| Отклики

Счетчик установлен 4 сентября 2001 - Can't open count file